Без правил
Шрифт:
– Это бред! Никому нет до меня дела, я просто девушка, с которой ты спишь!
– Дуру не строй из себя! – рявкнул Егор, чем немного привёл меня в чувство. – Почему я должен объяснять тебе очевидные вещи?!
Я лежала у него на коленях, мы смотрели друг другу в глаза, оба тяжело дышали, и нас обоих трясло: меня от страха, а Егора от злости. Только вот он смог взять себя в руки, на минуту закрыл глаза и выдохнул, после чего снова посмотрел на меня.
– Успокойся.
– Как? – жалобно спросила я. – Мне страшно…
– Я ничего тебе не сделаю, - вкрадчиво произнёс Егор. – Верь мне.
–
– Останься со мной, пожалуйста, - прошептал он и нервно сглотнул. – Ты – всё, что у меня есть.
Я видела, с каким трудом ему дались эти слова, и самым ужасным было то, что они меня тронули, несмотря на то, свидетельницей чего я недавно стала. Зажмурившись, я уткнулась Егору в грудь и тихо заплакала, понимая, что обрекла себя на пожизненную связь с криминалом. Мне вдруг как никогда захотелось домой, к маме, чтобы она обняла меня и сказала, что всё будет хорошо. А ещё я отчётливо услышала слова своей бывшей лучшей подруги у себя в голове, примерно такие: «Ты что, с ума сошла? Как ты могла столько времени не знать, с кем ты встречаешься?!» Пока я оплакивала свою спокойную жизнь, Егор прижимал меня к себе, гладил по голове, целовал волосы, но не произносил ни слова, зная, что не может мне помочь, и мне нужно пережить это самой. Так, на диване в гостиной, мы просидели всю ночь, практически не разговаривая – я просто не могла ничего ему сказать, слишком много всего сразу обрушилось на меня. Я одновременно боялась Егора, жалела, и, возможно, любила, в чём не хотела признаваться даже самой себе, особенно в свете событий последнего вечера. Мне было ясно, что он не отпустит меня теперь уже никогда, и мне оставалось только смириться с этим.
Под утро я задремала, окончательно устав от слёз и тяжёлых мыслей, а также головной боли, которая не давала мне покоя всю эту длинную ночь. Но проспала я недолго, меня разбудил звук открывшейся входной двери. Вошёл Вадим.
– Князь… - начал он, но Егор сделал ему знак замолчать, затем внимательно посмотрел на своего помощника.
Вадим сделал выразительный кивок, Егор ответил ему еле заметным движением головы и моргнул, а я поняла, что для того человека, который ночью валялся в ногах Егора, всё кончено. Вздрогнув, я закрыла глаза и сжалась всем телом, чувствуя холод где-то в районе позвоночника. Вадим покинул гостиную, а Егор повыше натянул на меня плед, которым укрывал всю ночь.
– Больше не реви, - тихо попросил он.
– Это не то дерьмо, из-за которого стоит убиваться.
– Он человек…
– Он – паскуда, каких мало. Из-за него ты свалилась с той лестницы, и он бы тебя добил, можешь не сомневаться.
– Если бы тебя не было в том клубе, я не пошла бы тебя искать и не свалилась с той лестницы, - сделала я новую жалкую попытку обвинить его во всех бедах человечества.
– Вот сейчас не будем задевать тему того, кого и где не должно было быть. – Егор начал злиться. – И пошла ты меня искать только из-за своего идиотского желания везде совать свой нос, а в этом уж точно не я виноват.
– И ты бы не рассказал мне ничего, если бы память не вернулась!
– Тебе спокойная жизнь вообще не нравится, да? Я бы никогда
– Я бы всё равно узнала, я журналист…
– Знаешь, где я видел твою журналистику? – Егор метнул на меня испепеляющий взгляд. – Думаешь, я не просёк, куда тебя тянет? Я не позволю тебе лезть в криминал. Если по-хорошему не дойдёт, вообще этим не будешь заниматься.
– Это не тебе решать!
– Нет уж, дорогая, решать это как раз мне, если у самой мозги не в ту сторону повёрнуты. Ты от вида пистолета чуть концы не отдала, а там, куда ты собралась залезть, реально убивают людей, толпами кладут! Адекватно оцени свои шансы не свихнуться. У тебя вся жизнь будет как сегодняшняя ночь, и я не смогу всё время вытирать тебе сопли.
– Я тебя не просила, я просила меня отпустить, - я прикусила губу.
Егор издал звук, похожий на раздражённый стон и потёр глаза.
– Я больше не могу.
Сказав это, он встал, сгрёб меня в охапку и пошёл наверх, в спальню. Опустив меня на кровать, он уже хотел лечь рядом, но в этот момент у него зазвонил телефон. Поговорив с кем-то пару минут, он убрал телефон в карман, посмотрел на меня, подошёл к комоду, на котором лежали мои лекарства, вытащил из упаковки ампулу с лекарством и шприц.
– Медсестра заболела, - просто сказал он. – Капельница вчера последняя была, уколов ещё на два дня, так что придётся мне тебя колоть.
Когда он повернулся ко мне со шприцем, в который только что набрал лекарство, я сидела возле спинки кровати, завернувшись в плед и поджав под себя ноги. Егор закатил глаза, отложил шприц, скрестил руки на груди и опёрся спиной на комод.
– Ну?
– Баранки гну. Я не дам тебе делать мне уколы.
– Я понять не могу, ты дурой когда стать успела? От страха мозги что ли растеряла? Я шприц при тебе распечатал, лекарство при тебе набрал, что не так? Если бы я хотел тебя убить, я бы точно не стал ждать до утра.
Неожиданно дверь спальни открылась, вошёл Паша.
– Помешал? – спросил он, обращаясь к Егору.
– Как раз вовремя, - они пожали друг другу руки. – Укол сделай, - Егор отдал шприц Паше и направился ко мне.
– Нет! – только успела взвизгнуть я, когда он сдёрнул с меня плед и отбросил его в сторону.
Секунд через сорок я уже лежала на животе, на ногах у меня сидел Егор, держа мои руки за спиной одной своей, причиняя меня боль везде, где его тело соприкасалось с моим. Свободной рукой он задрал мою рубашку, стянул трусики и скомандовал Паше. Его товарищ быстро подошёл, наклонился и воткнул иглу мне в ягодицу, я дёрнулась и закричала от боли.
– В нерв, походу, - как-то виновато произнёс Паша, вводя лекарство, отчего стало ещё больнее.
– Дёргаться меньше надо, - бросил Егор, вставая и накидывая на меня плед.
– Что кололи? – поинтересовался Паша.
– Лекарство её, - раздражённо ответил Егор.
– Не понял?
– Я тоже.
Они вышли из спальни, Егор прикрыл дверь, но оставил небольшую щель, собираясь, видимо, быстро вернуться.
– Ты по делу или просто так?
– По делу. Этот урод раскололся, куда товар сплавил, думал, его это спасёт.