Без права выбора

Коуст Дора

Он молниеносно взобрался по ступеням. Лекси испуганно пискнула и побежала по широким коридорам, придерживая кучную тучу юбок. Супруг нагонял ее, и ей ничего не оставалось, как свернуть на одном из поворотов, чтобы немного замедлить его.

– Попалась! – вместо коридора она влетела в нишу для статуй, тем самым загнав себя в угол.

Развернувшись лицом к улыбающемуся мужчине, Алексия уперла руки в бока, пытаясь выглядеть уверенно и грозно.

– Вы не посмеете!

– Что я не посмею, дорогая? –

он прижал ее к стене, обнимая обеими руками за талию.

– Не прикасайтесь ко мне! – сердце неистово колотилось испуганной птицей.

– Имею все права, хочу и буду! – губы приближались, собираясь накрыть маленький приоткрытый ротик.

Она вскинула руку, чтобы ударить, прижечь пощечиной, но Регон перехватил ее запястье, припечатывая его к стене. Объятия стали крепче, дыхание участилось, а веки предательски закрылись, предвкушая еще один поцелуй. Да, это был не первый и не последний их поцелуй за пролетевший круг, только дальше украденных урывками прикосновений они не доходили.

Губы встретились, и огонь давно таившегося желания разгорелся с новой силой, опаляя тела, заставляя сливаться их в единое целое, словно воск.

– Ты моя… Когда же ты признаешь это? – шептал мужчина, в то время как Алексия прятала свое раскрасневшееся лицо у него на груди.

– Никогда… – едва уловимая фраза, выданная по привычке, нежели по своей прихоти.

– Вы уверены в этом, моя королева? – смешок явственно ощущался, а за ним последовал легкий поцелуй в макушку.

– Нет.

Спустя целый круг обид, разногласий, бесед, балов, совместных трапез, прогулок, шуток и ухаживаний крепость пала, разрушая собственную стену, от которой давно уже откалывались серые камни, осыпаясь к его ногам. Регон знал, что выигрывает, знал, что осталось совсем чутьчуть, и она сдастся и наконец-то примет своего короля и супруга.

«Ледяная Королева» – так прозвали ее в народе за отчужденность и безэмоциональность, с которыми она встречала своих подданных день ото дня. Но теперь оплот сломлен, вытеснен нежностью и любовью, которыми мужчина пропитал ее мир.

Беспрепятственно взяв Лекси на руки, король понес ее по коридорам дворца в теперь уже их общие покои. Слуги скользили мимо них невидимыми тенями, боясь спугнуть зарождающееся перемирие. Этот круг и для них тоже был тяжелым. Казначей поседел за это время на сотню волос, то есть прямо пропорционально разбитым старинным вазам и сервизам, которые девушка с заядлым упорством приговаривала к смерти. Но сейчас, именно в этот момент, успешному исходу радовался весь дворец от мала до велика, хотя многие не верили, что король сможет найти подход к своей «Ледяной Королеве».

– Я боюсь… – прошептала Алексия, когда они переступили порог их покоев.

– Чего, птичка?

– Говорят, это больно.

–

Моя маленькая глупенькая королева. Разве вам не известно, что общие покои предназначены для того, чтобы проводить вместе время. В череде дворцовых забот король и королева слишком редко видятся, а потому наверстывают простое человеческое счастье здесь. Например, мы можем почитать вместе. Совсем недавно послы привезли новые книги да и много чего еще… Можем посмотреть.

Регон ждал целый круг, а потому дни, недели для него являлись несущественной потерей. Он безумно хотел прикоснуться к ней, желал ее как женщину, как любимую.

– И все?

– А чем бы хотелось заняться вам? – он мягко усадил ее на кровать и, опустившись перед ней на колено, чуть приподнял ее ножку, чтобы освободить ее от туфли. То же самое мужчина проделал и со второй.

Стыдливо спрятав ножки под платье, Алексия засмущалась и не нашлась с ответом.

– Вам стыдно признаться в том, чего бы вы хотели?

– Нет, но мне кажется, вы откажете, посчитав мое желание неразумным. – Она включилась в его игру, понимая, что супруг намеренно провоцирует ее на откровенный ответ.

– А вы попробуйте. – Не вставая с колена, Регон взял ее руки в свои, легко поглаживая костяшки подушечками пальцев, будто подбадривая.

– Мне бы очень хотелось…

– Чего, моя птичка? – нетерпение проскальзывало в его голосе.

– Отужинать в покоях…

Чуть помедлив, он все же ответил, но лицо его покрылось едва уловимой пленкой печали и разочарования:

– Конечно, моя королева.

– Вместе с вами. Я думаю, что придворные не сильно заскучают без нас.

Он не смог скрыть восторга, радости от победы – счастье поселилось в его глазах. Словно обезумев, мужчина прижался к ней и начал покрывать ее лицо быстрыми короткими поцелуями. Задорный смех разносился по комнатам подобно маленьким колокольчикам, что были привязаны к седлам лошадей, запряженных в их свадебную карету.

– Вы переиграли меня.

– Мой взрослый глупенький король. Разве вам не известно, что король и королева играют по одну сторону шахматной доски.

Этот вечер снежной вилие, когда морозы уже приставали к деревьям, оседая инеем на ветках, а дворцовые интриганы давно разбрелись по своим покоям, обсуждая отсутствие венценосных особ, Регон и Алексия разговаривали о многом, если не сказать обо всем. Он рассказал ей о своей семье, о детстве, которого у него не было, а она поведала о своих юных кругах и о семье, для которой она всегда оставалась чужой.

– Я не знал. – Они перебрались на широкую кровать, завешанную темно-фиолетовым балдахином, и Лекси лежала у него на груди, наслаждаясь его теплом и нежными прикосновениями к распущенным локонам волос. – Мне жаль.