Без права выбора

Олешкевич Надежда

— Что за вздор?!

Монстр схватил меня за руку, и та начала стремительно покрываться корочкой льда. Воздух стал тяжелым. Я не смог вдохнуть, ощутил, как легкие тоже леденеют под воздействием этого существа.

Пришлось подавить порыв ответить и оттолкнуть чудовище силой своей эши. Нельзя сопротивляться. От этого станет только хуже. Не мне… Лисае!

— Какой ребенок? — выдавил с трудом.

«Твой», — прозвучало у меня в сознании, в то время как голова Безгласого подалась вперед. Остановилась возле моего носа, едва касаясь его своей

тьмой. Эши… начала стремительно покидать меня. Монстр стал высасывать ее, но раздался звук, похожий на грудной рев, и существо отступило — слилось с окружающим этот островок света мраком.

— У меня нет детей, — процедил я сквозь зубы, потерев место прикосновения создания в балахоне. Омерзительные твари! Зачем губить жизнь какого-то ребенка, портить его существование, обрекать на страдания еще до того, как он попадет к ним? К тому же я не припомнил ни одной женщины, с которой был неосторожен. — Повторюсь, я предлагаю себя. Вам ведь выгодно! Я осознанно иду на этот шаг. Что какое-то дитя против?..

«Твой ответ?!» — сильной вибрацией отдало во все тело, пресекая любые разглагольствования.

Я до боли в сухожильях сжал кулаки. Поборол внутренний протест. Повел плечами, справляясь с возникшим желанием упасть на колени и подчиниться.

— Сперва приведите Лисаю! Я отвечу, как только удостоверюсь, что она покинула вашу обитель.

— Агфар… — появился приглушенный шепот.

— Агфар! Аг-фар. Ох, Агфар… — донеслось множество голосов сразу со всех сторон.

Мрак начал отступать. По просторному пустому залу разнесся грохот. Я обернулся на закрывшуюся дверь и заскользил взглядом по черно-белой плитке на полу. Разве раньше был не обычный камень? Заметил краем глаза Лисаю. Она сидела на одиноком стуле и заплетала косу. Бросился к ней, но застыл на полпути, увидев ее двойника.

— Агфар, — повторился голос мышки.

Одна за другой появлялись похожие на мою любимую девушки. Тьма всасывалась в стены. Теперь стал виден просторный пустой зал, показавшийся больше, чем должен быть на самом деле. Я точно помнил, сколько времени потратил на то, чтобы обойти здание вокруг. Это помещение занимало больше места. Иллюзия?

— Агфар, — произнесла ближайшая девушка и потянулась ко мне.

— Агфар, это я, — обрадовалась другая и помахала в приветствии.

— Я тебя так ждала, — подала голос третья.

Взгляд метался от первой, ко второй, потом к новой, следующей, еще одной… Они были похожи, как две капли воды. Босые. С распущенными волосами, потерявшими цвет, которые напоминали прогнившую солому. В грубом сером платье, порванном во многих местах. А лицо… Бледное, чумазое, с заострившимися чертами, острыми скулами и впалыми глазами. Если это двойники моей мышки, то она провела без меня не пару минут — несколько долгих месяцев в полном мраке, без еды и воды.

— Что это? — обратился я, устремив взор к потолку. Внутренне рвался проверить каждую, но решил действовать осторожно.

«Забира-ай с-свою», — зашелестело в моем сознании.

Это

испытание? Монстры решили дать мне задачу, чтобы я ошибся и вывел отсюда вместо моей Лисаи обычную иллюзию? Собрались потешиться?!

Разозлившись на ситуацию в целом, я обернулся к закрытому входу. Мне не нравилось быть подопытным. Вот только ничего не оставалось, и придется играть по их правилам. Я всмотрелся в лицо первой девушки, попытался почувствовать ее, как раньше, но связь исчезла. Она оборвалась, едва Лисая от меня убежала.

Тянуло подойти хоть к какой-нибудь из них. Коснуться щеки, прошептать утешительные слова и заверить, что я ее спасу. Но моя эши противилась. Как бывало в случае опасности, она щетинилась, рвано пульсировала, готовая в любой момент превратиться в непробиваемую броню.

Шаг.

Свет моргнул. Дрогнул. Все вокруг пошло еле заметной рябью, но быстро восстановилось.

Я осторожно двинулся вперед, ожидая возможного нападения. Сосредоточился. Не пропускал ни малейшего движения. Взгляд же переходил от одной Лисае к другой, затем к третьей, лежавшей на полу.

Это не она! Ни одна из них не могла быть моей мышкой, ведь невозможно настолько измениться за столь короткий срок. За пару минут нельзя превратиться в подобие ожившего духа. Поэтому я неторопливо шел вперед, выверяя каждый шаг.

Из стен уже сочилась тьма. Всего полминуты — и она лизала мои пятки, отрезая путь к отступлению. Я же все больше сомневался: вдруг пропустил настоящую Лисаю и из-за своих предубеждений погубил ее? Но что-то резко изменилось.

Эши!

Я посмотрел на ближайшую девушку, которая стояла ровно и смотрела мне прямо в глаза. Она удивилась. Улыбнулась. Бросилась ко мне, собираясь прыгнуть в мои объятья, но я не смог к ней даже прикоснуться. Отшатнулся, ощущая неприятие дара, и вдруг заметил ее…

— Лисая?

Она сидела, прислонившись плечом к стене и опустив голову. Волосы касались пола. Ладонь лежала на черной плитке. Девушка не реагировала на мое приближение, будто и не дышала вовсе.

— Мышка, это ты? — осторожно спросил, боясь спугнуть, и точно понял, кто передо мной. Бросился к ней. Упал рядом на колени и замер, страшась даже прикоснуться. — Лисая, взгляни на меня.

Сердце сжалось. Грудь пронзило тысячами игл из-за проснувшейся совести. Это я виноват! Из-за меня она сейчас в таком состоянии.

Не шевелилась. Сидела в одной позе, поджав ноги под себя. В какой-то момент стала постукивать пальцем по плитке. Вдруг дернула головой, будто что-то услышав, и начала подниматься. Вскоре выпрямилась. Отправилась на чей-то зов, безжизненно переставляя ноги.

— Лисая! — позвал я громче и уже вцепился в ее плечи.

Не встретил сопротивления. Она даже не открыла глаза. Будто по нескольку раз на дню ее вот так трясли и просили очнуться. Словно пребывала в своем мире — не здесь, а где-то далеко от меня, куда ни одному смертному не достучаться.