Без права выбора
Шрифт:
— Хотите с удовольствием посмотреть, как выпрыгну из окна? — бесшумно шевелились мои губы. — Да пожалуйста!
Я готовилась к этому моменту. Всегда держала этот путь как запасной. Зачем идти сложной тропой и набивать себе шишки, если можно выбрать прямую и широкую дорогу?
Стоило взобраться на подоконник, как я обернулась. Вдруг не удержусь и все же упаду в кустарник? Немного подумав, вернулась в комнату и достала из сундука еще одно платье. Подстраховка не помешает.
Итак! Книга на месте, кожаный мешочек с монетами присутствует, рекомендательные
Я вспомнила недавний разговор с графом и мотнула головой. Прочь грустные мысли! Сейчас нельзя отвлекаться и нужно действовать крайне осторожно.
Под ногами зашевелилась белая эши. Я эту неделю не просто изучала подарок отца, но также тренировалась. Концентрация, полная отдача, четкий контроль.
Крупицы собирались в плотную толстую плиту. Силой мысли я разместила три таких в виде ступеней. Правда, до конца не была уверена, что мысленно удержу их и не провалюсь. Они ведь крепились не ко мне, а к стене! Ничего подобного я раньше не делала.
Эши отзывалась, как и прежде. Она довольно медленно превращалась в то, что я держала у себя в голове. Главное — четкое понимание своих желаний.
«Плотная толстая плита, плотная толстая плита…»
Я глянула вниз и испугалась. Крупицы тут же распались. Все это опасно, глупо, неправильно. Отчаянно…
— У тебя получится, — медленно выдохнула я. — Не стоит волноваться. Это ведь твоя эши. Она твоя, и ничья больше. Кому, как не ей, слушаться тебя и подчиняться? Да, моя эши. Продолжение моего тела, неотъемлемая часть меня, мой божественный дар.
Не помогло.
— Эши, мне очень нужна твоя помощь, — мысленно потянулась я к сверкающим передо мной крупицам.
Очередной образ в моей голове. Под ногами медленно начали создаваться прочные плиты. Шаг веры.
Я не позволила сердцу екнуть. Удержала под контролем свои эмоции и мысли. Нельзя допустить ни капли страха, когда стоишь на готовом вот-вот рассыпаться творении.
Второй шаг.
Сзади зашуршали распавшиеся крупицы. Они потекли вниз, чтобы превратиться в еще одну ступень.
Я подобрала юбку, чтобы видеть, куда ступаю. Боком привалилась к стене и смотрела только на поблескивающие в свете Тэмаари плиты. Сейчас строго запрещено о чем-то думать! Лишь мыслеобразы, четкие, крепкие, ясные.
Ветер шелестел в волосах. Заледеневшие пальцы скользили по темной в ночи кладке камней. Задний двор пребывал в напряженной тиши, будто обитатели его неотрывно следили за сумасшедшей беглянкой. Кто вообще станет выбираться из дома таким способом?
Я приблизилась к углу окна первого этажа, потопталась на месте, чтобы развернуться. Теперь ступени пошли в обратном направлении. Сзади исчезали, спереди появлялись. Все было гладко. И от этого становилось невыносимо.
Руки и ноги вскоре начали дрожать. Каждый шаг, будто последний. Я на миг глянула в пропасть, отделяющую меня от земли, и заметила забытые садовником вилы, угрожающе наставленные на меня. Одернула себя, сосредоточилась.
— Эши,
Крупицы рассыпались за мной и неторопливо перетекали в очередное творение на уровень ниже. Ожидание сдавливало тело ледяными клешнями. Я отбрасывала понимание, что в миге от того, чтобы провалиться, и упорно создавала следующую плиту. От волнения сильнее прижималась к стене. Мало ли, вдруг пошатнусь и упаду. В голову не проникало посторонних мыслей, а под носом от долгой концентрации уже ощущалось что-то теплое. Я вытерла кровь и продолжила.
Середина окна первого этажа.
Нижняя кромка окна.
Краем глаза я заметила движение внизу. Кусты затряслись. Я отвлеклась на них и тут же провалилась, всего на миг потеряв контроль над эши. Из меня будто выбило дух. Крик едва не вспорол ночную тишь, но я вовремя зажала ладонью рот, готовясь к неизбежному.
Началась бешеная круговерть. Хруст под ногами, резкая боль в бедре, жжение в предплечье, мельтешение разных по черноте пятен. И обрушившееся сверху облегчение — жива. На голову полетели составленные в стопку корзины. Ладони обожгло. Раздался треск рвущейся ткани.
От грохота должен был проснуться весь дом. Я зажмурилась и пару секунд лежала в напряженной до предела тишине. Рядом что-то зафыркало. Я подняла голову и заметила, как к забору мчится маленький кролик. А вот и причина моего падения.
Какая ирония. Провалить побег из-за кролика!
Но вокруг по-прежнему все было погружено в спокойный сон. Я ждала голосов, бликов света, каких-нибудь смельчаков, решивших проверить, кто ломится в дом. Или из дома.
Выждав минуту, я поднялась. Зашипела, ощутив слабость в ноге. Платье пропиталось какой-то влагой и прилипло к бедру. Только не это!
— Спокойно, это обычная царапина. Ничего серьезного там быть не может, — немеющими губами утешала я себя. — Все обошлось.
Жаль, у меня не было мужской одежды. Так было бы проще добраться до раны, чтобы ее перевязать. Пришлось прижать ладонь к пульсирующему болью месту и поспешить, ковыляя, к задней калитке.
Благо, я уже знала, как она открывалась. Много раз видела из окна и потому без особого труда отыскала спрятанный во вьющемся плюще длинный ключ. Вставила в замок. Повернула. Внутренне сжалась от громкого щелчка и, словно вылетевшая из клетки птица, рванула на улицу.
Все, теперь только бежать. Быстро, без оглядки, куда глаза глядят. Лишь бы оказаться подальше от дома графа. В большом городе меня не найти. Никак! Учитывая, что к утру я уже покину столицу и буду планомерно двигаться в сторону Эймира — маленького пригородного поселения, где жил дядюшка Фрэд. Летела вперед, позабыв о боли в ноге, ведь сейчас не было ничего важнее моего спасения. О ране можно позаботиться после.
Через десяток остановок, множество перебежек и бесчисленное количество спешных шагов я привалилась плечом к высокой постройке. Дыхание сбилось. Легкие полыхали огнем. Я глотала воздух, прижимая ладонь к груди, а другую — к бедру.