Без пощады
Шрифт:
— С помощью воспоминаний вашей матери и тёзки я показал вам, что Ллос не впервые пытается подчинить иллитидов, — продолжал Киммуриэль. — В той давно минувшей эре скрыта тайна дома Облодра, которую даже я узнал лишь сейчас.
Он посмотрел на мать Зирит.
— Вспомните Смутное время, сто тридцать лет тому назад. Ваш дом считался в городе пятым, но вы знали, что превосходите Фен Тлаббар, который был на ступеньку выше, и более достойны, чем дом Облодра, уступавший только дому Бэнр и Баррисон Дель'Армго.
— Я согласилась с решением правящего совета, — запротестовала Зирит.
— Разумеется.
Мать Зирит не выразила несогласия.
— Но дело было не только в этом, — сказал Киммуриэль. — Мать К'йорл действительно пользовалась расположением Ллос в то время, поскольку по её поручению пыталась заразить разум улья. Но занималась она не только этим. Матери К'йорл было недостаточно того, что пообещала ей Ллос. Как вы помните, когда жрицы и волшебники ослабели в ходе Смутного времени, мать К'йорл стала ставить себя над самим порядком Мензоберранзана — даже над самой верховной матерью. И в своём высокомерии К'йорл пыталась сговориться с разумом улья, чтобы попытаться завоевать Мензоберранзан.
— Она хотела завоевать Мензоберранзан? — спросила Зирит.
— Она хотела завоевать Ллос, — ответил Киммуриэль. Он получил их полное внимание.
— Думаю, это правда, — сказала Ивоннель. — Когда я обращаюсь к подаренным мне воспоминаниям, я чувствую, что этот вывод справедлив.
Квентл согласилась.
— Разумеется, завоевать Ллос не вышло, — продолжал Киммуриэль. — Как и помешать ей. Ллос попыталась снова… и потерпела поражение.
Использование имени Паучьей Королевы и слова «поражение» в одном предложении вызвало недовольную гримасу на лице Сос'Ампту. Киммуриэль знал, что вступает на опасную почву, но зашёл слишком далеко, чтобы сменить курс.
Да и когда мужчина-дроу не вступал на опасную почву в окружении женщин своего народа?
— На сей раз она использовала заражённого ею иллитида в качестве агента, — сказал он.
— Ты продолжаешь использовать этот термин, «заражённый», — сказала Зирит. — Тебе следует лучше выбирать слова, касающиеся благословения нашей госпожи Ллос.
— Я использую терминологию иллитидов, — ответил он. — Я рассказываю вам об их убеждениях, подчиняясь приказу.
— И тот факт, что мы до сих пор не убили тебя за эту ересь, прекрасно объясняет, почему Ллос выбрала мать Жиндию, — сказала Зирит.
— Лучше превратить его в драука, — стала угрожать Сос'Ампту.
— Если Ллос действительно выбрала мать Жиндию, — вмешалась Ивоннель, застав их врасплох.
— Как мы можем в этом усомниться? — ответила Сос'Ампту. — Два захватчика!
— Киммуриэль утверждает, что вовсе не Ллос подарила великолепные конструкты матери Жиндии, — сказала Квентл.
— Это была её прислужница, Йиккардария, — сказал Киммуриэль.
— С благословения Ллос, разумеется, — сказала Сос'Ампту.
— Я
— Прислужницей Болифеной, — прояснила для других Квентл.
— Благодаря напоминанию Киммуриэля, я припоминаю этот инцидент, по крайней мере, доклад о нём, — сказала Ивоннель, и Квентл кивнула. — Ивоннель Вечная призвала Болифену, чтобы подтвердить доклад Джарлакса. Йиккардарию изгнали клинки Закнафейна До'Урдена.
Верховные матери заохали, а Сос'Ампту озвучила свои подозрения:
— Ты помнишь его благодаря напоминанию, или он просто вложил эту память в твои мысли?
— Это правда, — настаивала Квентл. — Закнафейн изгнал Йиккардарию на сто лет.
— А теперь она дала матери Жиндии средство расквитаться с Закнафейном.
— Могущества прислужницы не хватит, чтобы создать захватчика или управлять им, — с сомнением заметила Зирит.
— Йиккардарии дала их Малкантет, королева суккубов, любовница Демогоргона, — заявил Киммуриэль.
— Это безумие и глупость! — провозгласила Сос'Ампту. — Зачем Ллос допускать такое? Она получила огромную выгоду от уничтожения Демогоргона, но она…
— Затем, что Ллос не интересуют подробности, — оборвал жрицу Киммуриэль, вызвав у неё очередную гримасу ненависти. Киммуриэль знал, что скорее всего погибнет (и то, если ему повезёт), но продолжал. — Термины, которыми пользуются иллитиды, имеют под собой почву. Ллос обладает стремлениями инфекции, болезни, а не богини. Она не направляет. Скорее, она заражает. Она пытается найти хаос внутри каждого из нас и выпустить его на волю, и выбирает самый очевидный путь, чтобы устроить одну из своих величественных катастроф.
— Казнить этого глупца! — потребовала Сос'Ампту от верховной матери Квентл. — Мы должны немедленно превратить его в драука, чтобы он вечно страдал от боли! Может быть, тогда удастся предотвратить гнев Паучьей Королевы!
— Не могу отрицать, что Ллос это понравится, — тихо согласился Киммуриэль, но другие были сосредоточены на Квентл, которая с сомнением качала головой.
— Тогда это станет крахом дома Бэнр, — Квентл ответила Сос'Ампту, — какой бы курс мы ни избрали.
— Если того потребует Ллос, — настаивала Сос'Ампту. — Не могу сказать, что это незаслуженно.
Помещение взорвалось криками, женщины смотрели друг на друга в поисках руководства.
— Ллос ничего не требует, — вмешался Киммуриэль, перекрикивая Сос'Ампту, которая требовала от него замолчать.
— В этом вся её суть, — добавил Киммуриэль, когда Квентл утихомирила свою разъярённую и фанатичную сестру. — Ей всё равно. Ей всегда было абсолютно всё равно. Дело не в Бэнрах. Дело не в ком-то из нас. Дело в той инфекции, которую представляет собой Ллос, в заразе злобы, хаоса и борьбы.