Без Надежды
Шрифт:
– Отпущу кнопку – и мы оба вознесемся на небо. Здесь триста граммов тротила… Вынь из волыны затвор. Выкинь его подальше. Отдай мне ключи от машины. И ляг мордой вниз. Тогда останешься жив. В любом другом случае сдохнешь.
Мент меня слушал. И только. Было сразу заметно, что мои приказы ему как об стену горох. Исполнять он их не намерен.
– Ну, – неуверенно поторопил я его и отступил еще немного назад. А мусор в свою очередь шагнул ко мне. И направил волыну мне в пах.
– Сперва отстрелю тебе
На нее ему было глубоко наплевать. Он не верил, что она настоящая. И ничего не боялся.
Я понял, что проиграл.
И в этот момент у меня в кармане заверещал телефон. Только его мне сейчас не хватало!
Я эффектно, как Статуя Свободы, как Мухинская колхозница, [20] вытянул вперед левую руку с беленьким выключателем, а правую сунул за пазуху.
20
На статуе скульптора Мухиной возле ВДНХ рабочий и колхозница совокупляются посредством выставленных перед собой серпа и молота.
Мент еще больше напрягся, но препятствовать мне достать трубку и не подумал.
«А вдруг это Света? – мелькнула в голове неуместная мысль. – Больше мне звонить сейчас некому. Неужели Конфетка?! Нашлась!!!»
Я нажал на кнопочку. Поднес сотовый к уху.
– Слушаю.
– Денис, привет! – Нет, не Конфетка. Это была Наташа. Жизнерадостная и веселая. Выбрала время! – Денис…
Я молчал. Мне сейчас было не до нее.
– Денис…
Мне нечего ей было сказать.
– …Ты меня слышишь?
Мусор качнул пистолетом и омерзительно хмыкнул.
– Денис… Денис, если ты меня слышишь, отойди на шаг в сторону, – выделяя каждое слово, отчеканила Наталья.
Я не успел удивиться – на это у меня не было времени. Я действовал сейчас чисто автоматически и, даже не осознав, зачем это делаю, подался чуть влево. Мусор немного переместил ствол следом за мной.
А через мгновение выстрелил!
Но не в меня! В никуда! К тому моменту «Макаров» уже был направлен в небо!
Сержант заваливался на спину!
А из его бронежилета торчало стальное блестящее древко стрелы арбалета «Саксон»!!!
В первую секунду я даже не сообразил, что же произошло.
Звонок от Натальи. Дикая просьба: «Отойди на шаг в сторону». Я послушно отхожу, и сразу же му» сора словно бьет в грудь копытом кобыла. Даже такая, в полтора центнера, туша не смогла бы устоять на ногах. А если, к тому же, и грудь пробита пятимиллиметровой стрелой, какая тут может быть речь о прицельной стрельбе! Только в небо!
Я дождался, пока мент безжизненно замрет на асфальте, подумал, что он, наверное, уже мертв,
Выщербленный тротуар с остатками еще не растаявшей слякоти… Две старухи с котомками, испуганно вжавшиеся в стену дома… Мужик с коричневым кейсом, застывший на пороге своей иномарки…
Свидетелей мало, и это радует. Но где Наталья?
Плотный ряд припаркованных к поребрику легковушек… У одной – белого обшарпанного «Москвича» – нараспашку открыта передняя дверца, и выглядит это как недвусмысленное приглашение залезать… До «Москвича» метров тридцать…
Я стремительно взял старт к нему!
На то, чтобы преодолеть дистанцию до машины, у меня ушло секунд пять. Еще парочка, чтобы влететь на переднее пассажирское кресло и захлопнуть за собой дверцу.
Рюкзачок мешал! Наплевать!
Наталья сразу же сорвала «Москвич» с места, и тот на удивление резво для такого ведра набрал скорость, на первом же перекрестке ушел вправо, метров через пятьдесят на полном ходу с эффектным заносом вписался под узкую арку и успокоился только в тесном дворе-колодце, чудом не клюнув с разбегу бампером стену желтого дома.
– Надо было отъехать подальше. Слишком близко от банка, – заметил я, и это было первым, что я сказал за сегодня Наталье.
– Вон «Мазда»! – пропустив мимо ушей мое замечание, кивнула она на белую иномарку, стоявшую в противоположном от нас углу тесного дворика. – Быстро!
Я выскочил из машины и, пока бежал к «Мазде», успел мысленно попросить у Наташи прощения за то, что недооценил ее, заподозрил в том, что решила чересчур рано бросить машину. На самом деле она оказалась куда предусмотрительнее!
«Вот только… Откуда взялась эта красавица? Почему оказалась так подготовлена к тому, чтобы вытащить меня из дерьма, в которое я влез? Почему столь легко сумела убить человека? Откуда узнала, что именно этой ночью я буду брать банк? И вообще, кто она такая?!!»
– Рассказывай, – повернулся я к ней, когда мы выехали из двора и, на этот раз не спеша, покатили по улице.
– Чего рассказывать? – чуть заметно улыбнулась Наталья.
– Откуда нарисовалась? Как догадалась, что меня придется вытаскивать именно сейчас? И вообще, что меня придется вытаскивать?!! Откуда у тебя эти машины?
– «Мазда» подруги. А «Москвич» я угнала.
– Кстати, – вспомнил я, – ты забыла в нем свой арбалет.
– Я его там не забыла, а оставила. Он больше не нужен. Он теперь грязный. – Наталья повернулась ко мне. – Надеюсь, деньги с тобой?
Я подумал, что так и не снял рюкзак. Сижу враскоряку с ним за спиной. И снимать не собираюсь. Кто знает, когда и как быстро придется выскакивать из этой «Мазды».
– Деньги со мной.
– Сколько там, не считал?