Без чувств
Шрифт:
— Присаживайтесь, — отмер император. — Стефан, ты не говорил, что твоя подопечная такая красавица. Как вас зовут, дитя?
Лина беспомощно посмотрела на герцога и залилась краской стыда — император учтив, а она ему даже ответить не может.
— Прошу прощения за свою подопечную, Ваше величество, — отреагировал магистр. — Аэлина ошиблась настойкой, повредила связки, и целители запретили ей семь дней пользоваться голосом.
— Что, ни словечка нельзя произнести? — усомнился монарх. — Что за настой она выпила,
— Очень волновалась, когда узнала о приглашении, хотела предстать перед Вашими величествами в лучшей форме и решила принять настойку, делающую голос особенно нежным и мелодичным. И перепутала бутылочки.
— Единый, мне никогда не понять женщин, — покачал головой император. — Идите ко мне, Аэлина и садитесь рядом.
Лина, ахнув про себя и залившись очередной волной краски, подошла к Его величеству, дождалась, когда герцог отодвинет ей стул и аккуратно села.
Стефан обошел её и собрался сесть рядом, но император недвусмысленно показал на стол рядом с императрицей.
Делать нечего — магистр опустился на него, оказавшись отрезанным от подопечной столом и Их величествами.
Тотчас слуги пришли в движение, и обед начался.
— Попробуйте вот это, — по знаку императора слуга накладывал Лине на тарелку указанное кушанье.
От волнения, Лина едва могла проглотить кусочек.
— Вкусно?
Девушка кивала и благодарно улыбалась. Не станет же она объяснять императору, что вкуса совсем не почувствовала?
— А теперь — вот это. Уверен, вы никогда подобного не пробовали!
Герцог, тем временем, ухаживал за императрицей, кидая внимательные взгляды на свою подопечную.
— У вас большая семья? — поинтересовалась Её величество.
Лина отложила вилку, промокнула губы салфеткой и кивнула.
— Братья, сестры?
— У Аэлины старшие брат и сестра, девушка уже замужем. И еще одна сестра — младшая.
— О! Ваш отец — богатый человек! — восхитился император. — Старшая тоже одаренная?
Лина качнула головой, показывая отрицание.
— Хм, вот как? Но, в любом случае, он не прогадал, передав на вас права. Вы обязательно должны попробовать вон то, да, вон то, зеленое, желе. Необыкновенно нежное и питательное.
Лина еще раз улыбнулась и отправила в рот ложку предложенного блюда.
— Аэлина, твой опекун обижает тебя? — неожиданно спросил император.
Лина едва не подавилась очередной порцией восхитительного желе, закашлялась и отрицательно помотала головой.
Обижает, ещё как обижает, но она не может этого сказать, иначе придётся признаваться во всём.
— Тогда, почему вы в Храме ответили отказом?
Вот! Вопрос, которого она боялась! И как ей отреагировать?
Лина заметила напряженное лицо магистра, не сводящего с неё горящих глаз. Ну, да, он же уверен, что она — какая-то там по счету чья-то дочь, а не Деневеро!
Девушка захлопала
— Ну, ну, полно, не надо плакать! Эй, кто-нибудь, принесите восковую табличку и стило! — приказал Его величество.
Лина похолодела.
А, ведь она предупреждала мага, что император может придумать, как обойти невозможность разговаривать! Единый, что же ей делать? Срочно сломать руку?
В панике, она посмотрела на герцога, тот делал ей какие-то знаки: закатывал глаза, закрывал их…
Что он от неё хочет??
Улыбнувшись императрице, герцог метнул в девушку еще один взгляд, который четко говорил — если она сейчас быстро что-нибудь не предпримет, ей не жить. Да что же это за наказание!
Герцог еще раз закатил глаза.
Упасть в обморок? Ну, и что это ей даст? Набегут целители, её мгновенно приведут в чувство, и ей от ответов не отвертеться.
— Стефан, не смотри так на девушку, ты её нервируешь, — в обмен взглядами вмешался Его величество. — Ты же её совсем запугал, того и гляди она грохнется в обморок! Или, вам есть, что скрывать?
— Нет, — быстро ответил герцог.
— Тогда, развлеки лучше Её величество, а мы с твоей подопечной просто побеседуем, — повинуясь движению бровей супруга, императрица отложила приборы и покосилась на Д*Арси.
Тот немедленно подскочил и отодвинул стул, помогая женщине встать.
— Пойдемте к камину, — проговорила Её величество, — пусть нам туда подадут чай. О, вы уже пробовали этот восхитительный напиток? Его совсем недавно привезли из далёкой страны. Необычный вкус, очень бодрит!
Стефан с тревогой обернулся на девушку, но делать было нечего — предложил руку императрице и повёл её к креслам у камина.
— Итак, теперь ваш опекун нам не помешает, — вполголоса проговорил император. — Обещаю, наш разговор останется между нами. Вот стило. Он вас обижал?
Лина подумала, как ответить. Врать или писать правду? Кто его знает, может быть, у императора есть не только амулет, рассеивающий иллюзии, но и что-нибудь, помогающее отличать правду от лжи? В любом случае, она пришла сюда под своим именем, и Его величество видит её настоящую. То, что герцог считает её временной заменой, ничего не значит.
Лина вздохнула, пододвинула табличку и написала.
«Сложно сказать. Его Светлость не хотел мне навредить, но он меня напугал»
— Что именно он вам сказал? Чем пригрозил?
«Я — не вещь! Поклялась перед Единым, что выйду замуж только за того, кто полюбит меня, и кого полюблю я сама. Не хочу жить в заточении, не имея возможности ни с кем общаться. Герцогу от меня нужен только наследник, я его не интересую, поэтому он требует полного подчинения и не желает считаться с моим мнением».