Без брака
Шрифт:
Трезвонский передал еще одну папку.
– Уважаемый суд, я могу задать вопрос представителю истцов? – поднял руку Артем Павлов.
– Да, пожалуйста.
Адвокат Шутова встал.
– Господин Трезвонский, как мой коллега, вы не можете не понимать, что ваши доверительницы в своих исках суммарно просят больше, чем все имущество господина Шутова. Вы-то, в отличие от них, знаете, что пятьдесят процентов, умноженные на три, дают сто пятьдесят процентов.
– Разумеется, – склонил голову Трезвонский. – Именно поэтому в уточненном исковом заявлении говорится, что госпожа Блохина требует признать за ней право на пятьдесят процентов
– Э-э-э, мы так не договаривались! – завопила Лика Смайл. – Ты чего, сморчок поганый? Ты говорил, что я могу смело на половину его состояния претендовать. А у него к моменту нашей встречи уже два загородных дома было и квартира в Италии. Они что, этой старой кляче должны достаться?
Кровавый палец теперь был направлен в сторону Ники Стар.
– Сама ты старая кляча! – не осталась в долгу та.
– Обе вы старые клячи! – не удержала язык и Мика.
– Порядок в зале! – грозно крикнул Дима.
Я с трудом удержала смех. Бедный он, бедный.
– Уважаемый суд, у меня есть вопросы к госпоже Веселовой, – снова поднял руку Павлов. – Как к истице, которая первой подала заявление в суд о разделе имущества господина Шутова. Остальные истицы присоединились к ней позже.
– Задавайте, – разрешил Дима.
– Госпожа Смайл, или как вас там по паспорту, Лидия Николаевна. Вы, впрочем, как и остальные истицы, никогда не состояли в законном браке с моим доверителем. Вот лично вы когда-нибудь слышали марш Мендельсона?
– Шта? Какого еще сона? Какой такой марш? Мы ж не в армии?
– Того самого Мендельсона, который специально для всех молодоженов написал свое бессмертное произведение. Под него, знаете ли, в каждом ЗАГСе нашей необъятной страны от Находки до Калининграда заключаются официальные браки. Так что, если вы этого самого, как вы изволили выразиться, «сона» никогда не слышали, то это означает только одно. Вы никогда не отвечали на вопрос регистратора ЗАГСа, согласны ли вы стать законной супругой господина Шутова.
– Конечно, согласна! – Лика заорала так громко, что я схватилась за уши. Думала, у меня барабанные перепонки лопнут от этого счастливого визга.
Зал грохнул со смеху, и даже Дима, то есть судья Горелов, не смог остаться бесстрастным. Его лицо тронула едва заметная, но все же улыбка.
– Э, подруга, ты че? Обнаглела в корень? Мы тоже согласны стать его законной женой, – накинулась на Лику Ника.
Мика закивала, да так, словно изображала китайского болванчика.
Зал снова засмеялся.
– Поздно, дамы, поздно, – вполголоса усмехнулся Павлов. – Согласие есть продукт непротивления всех сторон, а господин Шутов, насколько я понимаю, никогда не собирался на вас жениться. Уважаемый суд! Все мы знаем, что незарегистрированные отношения часто называют гражданским браком. Такое встречается довольно часто. Два человека делят совместный кров и быт, производят на свет совместных детей, но не оформляют свои отношения официально. С юридической точки зрения, гражданский брак (в отличие от церковного) – это брак, как раз и заключаемый в ЗАГСе,
– Согласен, – неожиданно вставил свои «пять копеек» Трезвонский. – Однако, ваша честь, все мы знаем, что в этой системе есть лазейка.
– Не надо обращаться ко мне «ваша честь», мы не на Западе. Вы, господин Трезвонский, похоже, импортных сериалов насмотрелись. Используйте принятое в нашей стране обращение.
– Да, уважаемый суд. Так вот, в нашем случае ориентироваться нужно не на Семейный кодекс, а на главу шестнадцатую Гражданского кодекса Российской Федерации. Имущество может считаться совместно нажитым, даже в случае, если официальный брак не оформлен. И господин Павлов не может этого не знать.
– Совершенно верно. – Адвокат Шутова склонил свою голову, кстати, очень благородную. – Но эта норма права действует только в том случае, если оба сожителя вкладывались в совместную покупку. Госпожа Веселова, какую часть денежных средств вы вложили в недвижимость или автомобили господина Шутова?
– Откуда у меня такие деньги? – вытаращила свои глазищи Лика Смайл. – Я блогер и модель, причем начинающая. И я детей воспитывала, мне зарабатывать некогда.
– А вы, госпожа Блохина?
Ника Стар закусила губу и покачала головой.
– Может быть, вы, госпожа Суворова?
– Да права она. – Мика Блох мотнула головой в сторону Лики. – Откуда у меня такие деньги, когда я беременная была, а потом кормящая.
– То есть в имущество господина Шутова никто из вас не вложил ни копейки? Тогда оно не может считаться совместно нажитым. Кроме того, у меня есть свидетельские показания, что мой доверитель не жил вместе с истицами и совместного хозяйства не вел. Он просто приходил к ним в гости, иногда оставаясь на несколько дней подряд, но все это время имел отдельную жилплощадь, на которой проживал один, что подтверждают показания его соседей.
И теперь уже Павлов передал суду пухлую папку с документами.
– Да, но переживания и страдания моих доверительниц, которые все это время считали себя преданными и брошенными и были вынуждены читать в прессе о похождениях отца их детей и его многочисленных любовницах, разве не требуют моральной компенсации? – не унимался Трезвонский. – Ваша честь, то есть, я хотел сказать, уважаемый суд, пока эти несчастные женщины воспитывали детей, являясь, по сути, матерями-одиночками, тем самым внося непосильный для них вклад в их развитие и становление гражданами нашей страны, этот человек строил карьеру и приумножал свое состояние. Да, мои доверительницы не вкладывались деньгами в имущество ответчика, но они давали ему возможность творить и развиваться, взяв на себя всю тяжесть родительства.