Бэйсд

Хэмел Б Б

— Зачем ты здесь, Линкольн?

Он улыбнулся.

— Неужели мы не можем просто провести время вместе?

— Я думала, мы решили, что это слишком рискованно.

— Да, но мне нравится такой риск. Такой риск меня бодрит.

Я отвела взгляд. Уж я то точно понимала, о чём он говорил. Находиться рядом с ним было правильно, хорошо. А тот факт, что это было чем-то запретным, лишь добавлял азарта.

Вот только мне не нужны были запреты, мне был нужен именно Линкольн.

— Может, я не могу с этим

справиться.

— Бри, детка, ты можешь с этим справиться. И мы оба это знаем.

Я вновь посмотрела на идеальное ухмыляющееся лицо «Бэйсда». Хотелось одновременно ударить его и поцеловать.

— Пусти меня.

Линкольн пожал плечами и сделал шаг назад. Я отошла с колотящимся сердцем. Мне едва удавалось себя контролировать, и было необходимо установить дистанцию. Иначе я бы набросилась на него.

Я прислонилась к бильярдному столу.

— Ты здесь только поэтому?

Линкольн вздохнул.

— Ты и, правда, хочешь перейти к делу, да?

Но я не хотела. Мне хотелось флиртовать с ним весь день. Хотелось, чтобы он дразнил меня, пока я теряла контроль, чтобы толкал меня за грань, а потом возвращал обратно.

— Да, — вместо этого сказала я. — Думаю, да.

— Что ж, дело вот в чём, — Линкольн замолчал. — Твой отец изменяет моей матери.

Я моргнула, захваченная врасплох.

— Что?

— Я знаю, по крайней мере, одного человека, с кем он недавно был.

— Как? Почему? — я едва соображала. — Мой отец не мог так поступить.

— И после всего, ты всё равно считаешь своего отца хорошим человеком?

— Он мой отец, — огрызнулась я.

Линкольн нахмурился.

— Прости. Я знаю, Бри.

— Как ты узнал про измену?

— Джесс сказала.

— Скорее всего, что она врёт. Просто снова пытается мутить воду.

— Мне жаль, Бри, но сейчас это не так.

Внутри меня всё сжалось.

— Откуда ты знаешь?

— У неё есть доказательство. Небольшое видео. Влетело мне в копеечку.

— Видео можно подделать. Уж мы то знаем.

— Но не это.

— Подожди... Ты заплатил за доказательство измены моего отца?

Бэйсд покачал головой.

— Не совсем.

— А что тогда, Линкольн? Зачем тебе это нужно?

Я почувствовала, как глаза наполнились слезами, а внутренности скрутило от ярости. Я не хотела плакать и чувствовала себя ребёнком, но ничего не могла с этим поделать. Мне казалось, что весь мир рушился на моих глазах.

— Я понимаю, что это очень тяжело, но прислушайся. После несчастного случая, Клифф контролировал каждый мой шаг. Он твой отец, и всегда им останется, но сейчас он единственный, кто стоит на пути... — Линкольн замолчал и посмотрел по сторонам.

— На пути чего?

— Свободы. На пути свободы делать то, что мы хотим.

— Ты всё ещё на условно-досрочном.

— Когда-нибудь это закончится.

—

Я не понимаю, — сказала я.

Моя голова шла кругом.

— Я говорил с Клиффом, и он признал, что давил на Джесс, чтобы она усложнила нам жизнь. Поэтому я спросил девушку, есть ли у неё что-нибудь грязное на него, чтобы я мог ослабить его хватку.

— И у неё случайно оказалось доказательство того, что мой отец – изменник?

— Да. К сожалению, выяснилось, что это так.

— Твою мать, — сказала я и снова прислонилась к столу. — Кто она?

— Какая-то мелкая знаменитость. Я даже не знаю, продолжается ли это сейчас или нет. Тому видео, что я получил, несколько месяцев.

— Какая-то мелкая знаменитость, — повторила я. — Сколько ей лет?

— Примерно нашего возраста.

Я скривилась.

— Гадость. Как, чёрт побери, он мог так поступить с Джулс? Со всеми нами?

Линкольн шагнул ко мне.

— Я не знаю.

— Я думала, он любит Джулс, — я почувствовала себя идиоткой, но осознание того, что мой отец был изменником, задело меня сильнее, чем я могла бы представить.

— Возможно, когда-то так и было. Но любовь — не то, что ты хочешь. Это то, в чём нуждаешься.

— И он не нуждается в Джулс, — прошептала я.

Линкольн покачал головой.

— Меня тоже это бесит, Бри. Очевидно, что Клифф не понимает.

— Не понимает чего?

Бэйсд подошёл ближе, и теперь нас разделяло не больше фута (прим. пер. – около 30 см).

— Того, что любовь невозможно контролировать. Когда это происходит, тебе конец. Ты либо управляешь развитием событий, либо она пожирает тебя.

— Тебе нужно расслабиться и не напрягаться, — тихо сказала я.

— Все ошибаются. Это не пожар или что-то вроде. Это волна, и ты либо оседлаешь её, либо утонешь.

— Линкольн... — я уставилась на него.

— Нет. Хватит, Бри. Я беру всё в свои руки.

Я не ответила. Мне и не нужно было. Совсем не хотелось говорить ничего, что бы нарушило то жаркое, тягучее и внезапное, что росло между нами. Линкольн подался вперёд, мягко ухватил меня за волосы и прижал свои губы к моим.

Я сразу же ответила на поцелуй, потеряв себя в переполняющем потоке желания. Раздвинув ноги, обхватила ими Линкольна, притянув ближе. Он подался вперёд, схватив меня за задницу, и пока мы целовались, крепко прижимал к своей груди.

Это было то, чего я долгое время боялась, непреходящая новизна его прикосновений. Я боялась, что это сломает меня, нас обоих. Это могло сжечь нас дотла. Это была волна.

И я плыла по ней. Я хотела Линкольна больше всего на свете. Почувствовав мышцы его груди, руки, сжимавшие мою задницу, и прижимавшие меня крепче. Его рот был напористым и жадным, когда он нежно прикусывал меня за губу.