Betrayed
Шрифт:
Промолчав с минуту, он поднял глаза на Кортни, он тоже плакал.
– Кортни, для меня это так тяжело говорить, я… ты… не первая ведьма которую я вижу… – сказал он на одном вздохе, больше не смотря на нее. – Мой отец был магом, мама – волшебницей.
– Что!? – спросила девочка, не веря в сказанное.
– Я люблю тебя, Кортни, я не хотел, чтоб они сделали с тобой то же, что и со мной. – Выговорил Дэвид хриплым голосом.
– Что ты говоришь? Кто это они? Что сделали?
– Ты знаешь, о чем я; что они сделали… Я рассказывал тебе об этом, после того как ты мне написала в сентябре, –
Кортни застыла, так как она, наконец, поняла, что отец хочет сказать. Она посмотрела на него, уже понимая его поведение.
Она снова зарыдала. Притянув Дэвида за руку, она обняла его, он тоже прижал ее к себе. Так они сидели некоторое время, потом Кортни, фыркнув, немного отодвинулась, чтоб посмотреть на него. Он тоже плакал. Отец поцеловал в лоб и вытер ее слезы.
– Я люблю тебя Кортни, но я так долго пытался забыть свое прошлое… это не легко. Это очень тяжелые воспоминания. Я думал, будет достаточно рассказать тебе все, но это не… я знаю, что этого недостаточно. Но пока я сделал все, что мог и я не могу вернуться… я не смогу их принять вновь.
Кортни снова обняла его, рыдая.
– Я люблю тебя, папа. Я люблю тебя, Гарри…
Дэвид снова заплакал, его так не называли уже шестнадцать лет.
Глава 19.
Кэтрин вздохнула с облегчением, когда увидела, как появились Дэвид и Кортни, причём Дэвид обнимал Кортни за плечи. Оба, по-видимому, плакали, но, казалось, они решили между собой все вопросы. Она встала с кушетки, когда они вошли, и задала всего один вопрос:
– Ты едeшься в Хогвартс? – У Кэтрин упало сердце, когда она увидела затравленный взгляд Дэвида. Она почувствовала, как вновь возвращается её гнев. Кэтрин хотела что-то добавить, однако Кортни её опередила:
– Нет, мам, он не едeт, но всё в порядке.
Кэтрин строго посмотрела на дочку, а потом мягко сказала:
– Кортни, иди в свою комнату. Мне нужно поговорить с твоим отцом.
Кортни быстро обняла отца и пошла в комнату. С некоторым беспокойством Дэвид последовал за Кэтрин в библиотеку. Как только дверь закрылась, она повернулась и сказала мужу твёрдым голосом:
– Я велела тебе разрешить свои проблемы, а не убеждать Кортни, что ты способен взять на себя эту ответственность. Тебе нет оправдания! У тебя нет причин не ехать. Это твоя обязанность, как родителя, поддерживать своих детей. Ты отправишься с нами; это твоя семья, Дэвид!
– Нет, ты не понимаешь, я НЕ МОГУ вернуться в Хогвартс! – воскликнул Дэвид.
– Тогда скажи почему?
Дэвид вдруг запнулся, испуганно глядя на Кэтрин, тяжело опустился на стул и закрыл лицо руками. Кэтрин пристально смотрела на него, сложив руки на груди. Затем, все ещё глядя на свои руки, он мягко сказал:
– Помнишь, ты спрашивала меня, почему у меня нет друзей, а я ответил, что мои друзья предали меня? Что я был исключён из школы, и вышвырнут из общества?
Кэтрин медленно опустила руки и села, ожидая продолжения. Он нечасто заговаривал о своём прошлом, и она слишком долго ждала этого. Если он был готов поговорить об этом, она будет слушать, не прерывая его.
– Кэтрин, школой, из которой меня
Сказать, что Кэтрин была ошеломлена, это ничего не сказать. Она долгое время просто тихо сидела, глядя в пространство. Затем спросила дрожащим голосом:
– Ты волшебник?
Дэвид кивнул. Кэтрин в замешательстве тряхнула головой:
– Почему ты никогда не говорил мне? – В ее голосе чувствовался сдержанный гнев, когда она смотрела на него с недоверием.
Дэвид опять опустил глаза:
– Я хотел забыть, оставить ту жизнь в прошлом навсегда. Я не хотел вспоминать, что когда-либо держал в руках волшебную палочку. Я желал убежать от того, что случилось. И у меня это получалось в течение 16 лет. А потом… – Он резко встал. Подошел к окну и, глядя в ночь, продолжал: – Я не знаю, к какому миру принадлежу. Я не знаю, кто я.
Кэтрин подошла к нему и мягко произнесла:
– Ты – Дэвид Барнс, и ты принадлежишь своей семье.
Дэвид взглянул на свою жену, на его лице отражались все его чувства. Он нежно поцеловал ее и пошел к выходу из библиотеки.
– Дэвид, в последний раз, вернешься ли ты в Хогвартс?
Дэвид обернулся на полпути к двери и посмотрел на нее:
– Мне очень жаль, Кэтрин, я не могу.
***
Кортни чувствовала, что в течение нескольких последующих дней между родителями было какое-то напряжение, но ее отец уже рассказал ей то, что и Кэтрин теперь знала: он – волшебник, но он все еще не хочет ехать в Хогвартс.
Ее отец – Гарри Поттер.
Это все еще будоражило ее. Она любила и уважала Гарри Поттера как друга. Она обратилась к нему, когда ее отец причинил ей боль. И обнаружила, что это один и тот же человек. Она тряхнула головой, закончив складывать свою одежду и убрав ее в чемодан. Она вспомнила свои чувства через день после Рождества. Ее первой реакцией на откровение отца, к его и ее удивлению был не гнев, а признательность. Вспоминая об этом, она понимала, это потому, что она, наконец, узнала: ее отец действительно ее любит. Что он не испытывает к ней ненависти. Что он старался ради нее. Он боролся со своими демонами, потому что он любит ее. Да, он натолкнулся на камень преткновения, такой большой камень, Хогвартс, но теперь, когда она знала всю правду, она могла быть с ним терпеливой.
– Кофтни, мама велит потовопиться, – прошепелявил Майкл. Кортни кивнула и уложила книги в чемодан. Затем она встала, тряся затекшей ногой, захлопнула чемодан и закрыла его на замок. Майкл помог ей стащить чемодан вниз.
Мама положила её вещи в багажник, пока отец помогал Майклу забраться в машину и прогревал двигатель. Они ехали в молчании до вокзала Кингс Кросс, пока Кортни неожиданно не начала хихикать.
Кэтрин повернулась в недоумении, Дэвид бросил взгляд на дочь через зеркало заднего вида.