Бета Малого Льва
Шрифт:
Он забрал свою подушку и бросил ее на диване в маленькой комнате, в которой и
собирался жить с самого начала. Достал с полки новое одеяло и лег не раздеваясь. Он был
спокоен, только почему-то в груди все время что-то ныло. Ричард абстрагировался от этой
боли, понимая, что это просто воет оскорбленный самец, которому на самом деле давно пора
было получить по ушам хоть от одной женщины.
У него была сейчас трудная задача: быстро перестроить свое сознание на другую
реальность,
избранник самой прекрасной женщины во вселенной, а обычный самоуверенный болван, к
тому же профнепригодный.
Ничто не происходит мгновенно. Он не мог уснуть, он курил, сидя на подоконнике,
смотрел на лунную дорожку, собирая разбегающиеся мысли и с отвращением замечая, как
дрожат руки. Он слышал ее шаги. Зела ходила по гостиной и в спальне. И ей не спалось. У
нее тоже была трудная задача: кое-что поменять в своем мировоззрении, и понять, в конце
концов, что она свободна. Во всяком случае, он на это надеялся.
Но Зела, похоже, ничего не поняла, потому что остановилась в дверях его комнаты, по-
прежнему тихо всхлипывая, как будто ее на аркане кто-то к нему тащил. Это было уже
слишком.
– Зела, усмири свои инстинкты, - сказал он хмуро, - мне не нужны наложницы.
Тогда она, кажется, все поняла. Молча вышла и тихо легла. Ни шагов, ни всхлипов он
больше не услышал.
– 111 -
******************************************
**************************42
Несмотря ни на что, утро все-таки наступило. Оно было таким же солнечным и теплым,
как и все предыдущие. Не хватало только горячих утренних объятий на разбросанной
постели. К хорошему и сладкому быстро привыкаешь. Отвыкать сложнее.
Ричард не знал, проснулась Зела или нет, в каком она состоянии, и как теперь зайти к
ней. В раздумье он выкурил еще две сигареты, но в голове не прояснялось. Его спас звонок в
дверь.
На пороге возник Ольгерд, какой-то неожиданно яркий и свежий, в красной майке и
белых шортах.
– Тебе не дозвониться, - заявил он без всяких приветствий, - вот и пришлось прилететь.
– Ну и отлично, - сказал Ричард.
– Я по делу.
– Не пойму, ты что, оправдываешься?
– В какой-то мере.
– Заходи. Только говори потише. По-моему, она еще спит.
Гостиная-грот Ольгерду понравилась, даже медлительные рыбы, равнодушные свидетели
и первой страсти и последнего разговора. Все это было здесь, в этой чертовой гостиной. В
ней и останется. И сыну об этом знать совершенно не обязательно.
– Па, мне столько тебе надо сказать!
– Мне тебе тоже. Пойдем в ту комнату,
Ричард отбросил одеяло на стул и усадил сына на диван. Сын смотрел на него как-то
странно, как будто видел в первый раз.
– Что случилось, Ол? С Ингердой что-нибудь?
– С Ингердой все в порядке, правда, она стала встречаться с этим Ясоном, и, по-моему,
сама этому не рада. Он совсем ее подавил.
– Да, доктор не из веселых.
– Па, дело в том, что появился Лаокоон. В нашем доме. Камеры его засняли.
– Да, это событие, достойное внимания. И что он делал?
– Искал Зелу.
– Ты уверен, что не тебя?
– Нет, конечно. Я был дома. Ингерда тоже. Он осмотрел все комнаты и исчез. Что это за
тип, ума не приложу!
– Видимо, эрх.
– Нет!
– Но он не может быть аппиром.
– Он не может быть эрхом. Я знаю, - сын замялся, потом добавил, - я говорил с эрхами.
– А я говорил с аппирами, - усмехнулся Ричард.
Им, действительно, слишком много надо было друг другу сказать. Слишком быстро все
менялось в этом мире.
– Ты знал, что я белый тигр?
– спросил Ольгерд, смущенно краснея.
– Догадывался. В роду Оорлов периодически рождаются белые тигры.
– А ты?
– совсем уж вспыхнув, добавил сын, - кто ты, отец?
– Я? Никто. Далеко не лучший представитель человечества, вот и все.
– Ты можешь говорить все, что угодно, - покачал головой Ольгерд, - но я-то знаю, что
это не так. Когда я понял, что я тигр, я повторил все твои трюки, какие видел, я ощутил в
себе силу, я подумал, что я тебе ровня! Идиот, как мне такое в голову пришло! Если есть
боги, то ты бог, отец.
– Какой я к черту бог. .
– Я видел, как ты воскресил Рекса.
– Вряд ли это было воскрешение... И потом, я сам не знаю, как это делаю.
– 112 -
– Ты просто не хочешь говорить.
– Вернемся к Лаокоону, - хмуро сказал Ричард, - что от меня требуется?
Ольгерд тоже нахмурился.
– Срочно отвезти Зелу домой. Надеюсь, ты понимаешь, что я говорю это не потому, что...
«Забавно», - подумал Ричард, - «он все еще ревнует».
– Это ты можешь и сам, - сказал он, - в моей опеке она больше не нуждается.
– Как? Уже?
– Ольгерд чуть не подпрыгнул на диване, - ты договорился с Консом?
– Конечно. Почему бы нам не договориться?
– Па, ты серьезно?
– Отличный парень. Опасен не больше, чем стихийное бедствие.
– Иногда я тебя не понимаю вовсе. Скажи, все в порядке?
– Все отлично, - заверил сына Ричард, - если не считать того, что он понятия не имеет ни