Бесстрашный

Хемри Джон Дж.

— Боюсь, вам следует дождаться непосредственно самого сражения и во всем самой убедиться, госпожа вице-президент. — Гири знал, что он сейчас слишком нервничает, слишком переживает в предвкушении битвы и потому не в силах что-нибудь кому-нибудь вразумительно объяснить, особенно человеку со стороны, не задействованному ни разу ни в одной космической схватке. Он целиком и полностью сосредоточился на экране, стараясь успокоиться. По мере продвижения флотилия разделилась на три части. Впереди шел «Неустрашимый», представляющий первую боевую дивизию, над ним и чуть позади сформировали окружение боевые корабли, являющиеся второй боевой

дивизией, и, наконец, третью составляли замыкающие флотилию корабли. Все вместе, во главе с «Неустрашимым», они производили весьма внушительное и грозное впечатление. Флотилия двигалась со скоростью в три десятых световой секунды и не спеша приближалась к противнику. Гири облегченно вздохнул, когда почувствовал, что отданные им приказы и указания исполняются в полном соответствии с их буквальным значением и трактовкой; все корабли четко держали свои позиции. Гири взглянул на часы и понял, что сейчас наступает один из самых ключевых моментов сражения в целом.

— Всем подразделениям внимание-внимание, говорит главнокомандующий Джон Гири. Поскольку наша с вами флотилия — это большой и подвижный механизм, я решил назначить каждому подразделению своего главнокомандующего, слушаем и запоминаем: головная часть, во главе с «Неустрашимым» — за мной, командующим первого подразделения объявляется капитан «Отважного» Дьюллос, командующим второго — капитан «Ориона» Ньюмос.

Дижани одарила Гири сочувствующим взглядом.

— Сэр, капитан Ньюмос…

— Да, я знаю, но у меня не было выбора.

Гири опять активировал громкую связь.

— Командующим третьего подразделения назначается командир «Неистового» Кресида. Командующим четвертого — командир «Героического» Ландис, командующим пятого — капитан «Левиафана» Тулев.

Гири бросил еще один удовлетворенный взгляд на монитор, который отображал все войска четко по указанным позициям. Затем он увидел легкую обеспокоенность, написанную на лице капитана Дижани.

— Что-то случилось, капитан?

Дижани молча посмотрела на Гири и замялась.

— Капитан, мне нужно ваше четкое и честное мнение.

— Прошу вас.

— Хорошо, сэр, я постараюсь сейчас сформулировать это надлежащим образом. Я знаю, что мы проводили эмуляцию именно с использованием этой строевой позиции, «Фокс пять», однако мне все равно не дает покоя наша дистанция между нами и Синдикатом…

— Понял вас, капитан, смотрите. Разделение флотилии вкупе с бездействием, разумеется, позволят врагу с легкостью разнести нас в пух и прах. Но кто сказал, что мы будем бездействовать?

Дижани улыбнулась.

— Вот и славно, — улыбнулся в ответ Гири. — Мы обязательно по мере продвижения еще раз скорректируем курс, если Синдикат не сможет на нас наткнуться, и, соответственно, поступим так же и со скоростью. Но как только Синдикат до нас доберется, ему уже будет ох как жарко, поверьте мне. Он будет занят всесторонним отбиванием атак, и на контратаки у него уже не будет ни времени, ни возможности.

— Верю, капитан! Мы все в вас верим!

По определенным причинам слова Дижани его несколько расстроили. Вера, которую люди вкладывали в его скромную персону, вызывала у него зачастую больше нервов и раздражения, чем приятного удовлетворения от собственной значимости. За всеми этими мыслями, он, однако, не забывал следить за дисплеем; слава предкам, пока все шло прекрасно.

Обычно такую флотилию, как у Альянса, было

принято выстраивать следующим образом: впереди шли истребители, чуть поодаль держались крейсеры, а по флангам — внушительная устойчивая масса боевых кораблей. Но поскольку легкую артиллерию Гири отослал куда подальше, под протекцию более грузных судов, на передний план вырвались спринтеры, а боевые корабли и крейсеры остались либо по флангам, либо в замыкающих рядах.

«Интересно, понял ли Синдикат, чего я добиваюсь?»

Он еще раз внимательно посмотрел на их расположение. Все еще держатся в шести световых минутах, стена растянута в пространстве с увеличением количества кораблей тяжелой артиллерии по краям. «Молоток», вот как называлась их позиция. Просто и эффективно против врага, который не может правильно распределить свои контратаки. Схема действия такая: пока враг пытается беспорядочно атаковать, его незаметно берут в кольцо и ударяют своими основными силами в самый центр противника, полностью подрывая его дальнейшую оборонную способность. Очень незамысловато, очень действенно.

«Однако, к большому вашему сожалению, друзья мои, я не предоставлю вам сегодня ни единого шанса нанести этот несложный и такой эффективный удар…»

— Внимание, внимание, всем составным подразделениям флотилии. Привести себя в полную боевую готовность! Ровно в семь часов начинаем наступление.

Через две минуты огромная союзная флотилия взревела в унисон и понеслась выполнять отданные приказания.

— Чертовски красиво смотритесь, ребята, — радостно улыбнулся Гири.

— И правда, красиво… — поддержала его Дижани и, глядя на растерянное выражение его лица, добавила, улыбнувшись: — Вы только что произнесли это вслух, сэр.

— Не может быть! — улыбка так и не сошла с его лица. В то время как флотилия Альянса начала маневрирование, Синдикат держался без изменений.

«Хм, ну что ж, самоуверенный или глупый оппонент никогда не помешает».

И вот произошло столкновение. Гири внимательным образом стал следить за дальнейшим развитием событий. Начинался самый сложный и ответственный момент всей баталии. Потянулись томительные минуты неконтролируемого страха и ожидания. Вроде бы для Альянса все шло как по маслу. Гири, не отрываясь от экрана, нащупал рукой коммутатор и стал отдавать дальнейшие указания.

— Внимание! Говорит главнокомандующий Джон Гири. Подразделению пять-один, в четыре ноль пять вы должны увеличить скорость до световой минуты и поменять курс на шестьдесят градусов. Понятно? По отношению к Синдикату держитесь перпендикулярно, в маневр заходите сверху. Подразделению пять-два, в четыре ноль пять вы должны увеличить скорость и поменять курс на пятьдесят градусов, все ясно? По отношению к Синдикату держитесь перпендикулярно, заходите снизу, можете, если необходимо по ситуации, скорректировать дальнейший курс.

Через сорок секунд на связи был радостный капитан Дьюллос, уверявший главнокомандующего, что все в полном порядке, а сразу через минуту после — капитан Ньюмос, сообщивший, что держит ситуацию под контролем.

— Подразделению пять-три, подразделению пять-четыре, ровно в пять ноль ноль вы увеличиваете скорость и держите курс на лидирующие элементы Синдиката, расположенные по вашей траектории, повторяю, по вашей траектории!

Основные части флотилии, внимание! Держим корпус, держим занимаемую позицию, скоро пойдем на таран.