Бесстрашный
Шрифт:
К этому времени Синдикат уже был практически парализован. Однако Гири боялся, что у него все равно остается хотя бы маленький шанс на то, чтобы подложить Альянсу в конце битвы какую-нибудь свинью. Между тем, союзная флотилия настолько плотно окружила со всех сторон ставшее рассредоточенным к этому моменту войско Синдиката, что у него не оставалось ни единого шанса вырваться из плотного кольца.
— Войско! Открыть огонь!
Пространство между двумя враждующими сторонами неожиданно оказалось заполнено яркими огненными вспышками, взрывами и спектрами, которыми они, не щадя боезапасов, щедро палили друг в друга. Со стороны создавалось такое
Передав дальнейшие инструкции подразделениям пять-один, пять-три, пять-четыре и пять-пять, Гири глубоко вздохнул и принялся выяснять, куда делась дивизия пять-два под командованием капитана Ньюмоса. После выполнения всех его указаний пять-два должен был занять выгодное стратегическое положение по траектории отхода Синдиката. Вместо этого он курсировал в гордом одиночестве как раз по той самой траектории отхода Синдиката, но, во-первых, в совершенно другом векторном направлении, и, во-вторых, отставая от них на многие световые минуты. Изначально предполагалось, что Ньюмос на полной скорости рассечет срединную часть флотилии Синдиката, тем самым заработав себе статус героя и упоминания в исторических очерках, однако не тут-то было. Ньюмос, естественно, сделал все наоборот и практически выпал из очага сражения.
— Подразделение пять-два, либо продолжайте, либо прекращайте преследование разгромленного врага, но делайте это как можно скорее, пожалуйста.
«Ну нет, больше этот идиот никогда не будет стоять у меня во главе командования. Уж я об этом позабочусь. Со временем».
Что же касается Синдиката, то, похоже, он не собирался отступать от первоначального плана, даже несмотря на практически полный и бесповоротный разгром.
«На что они надеются? Здесь нигде поблизости нет ни телепортов, ни тем более врат. Их единственный шанс выбраться — это повернуть и попробовать отбросить нас назад, прорвавшись через наше оцепление к тому порталу, из которого они сюда прибыли. Ну что ж, можно попробовать…»
Он повернулся к Дижани.
— Капитан, увеличиваем скорость, набираем обороты, придерживаемся траектории Синдиката.
Дижани посмотрела на него с любопытством, но все же вставила ремарку:
— Сэр, даже если мы по максимуму увеличим скорость, мы все равно никогда их не поймаем, слишком большой разрыв.
— Дижани, смотрите, представим, что они повернут вот здесь! То есть, собственно, минуя нас, будут пытаться пробраться к телепорту, а тут мы!
— Так точно, сэр! — взвизгнула Дижани от восторга. — И это будет их самым последним в жизни маневром!
— Всем союзным войскам оставаться на местах,
— Капитан? — Гири обернулся, в проходе стояла вице-президент Рион. — У вас есть минутка?
— Да, мэм, но только минутка, поскольку через несколько мгновений мне опять предстоит отдавать приказы, следить за тем, идет ли все по плану и не выкинул ли Синдикат какой-нибудь неожиданности. Старая воинская дилемма: либо поторопись, либо подожди.
— Я просто хотела уточнить у вас один момент. Как вам удается так отдавать приказы о дальнейших действиях, чтобы их все понимали? На мой взгляд, со стороны они звучат совершенно одинаково.
Дижани от такой непонятливости лишь закатила глаза. Гири же попытался объяснить на доступном уровне.
— Это стандартные команды, госпожа Рион, которые каждый офицер знает едва ли не с детства. А ориентироваться в направлении помогала старая добрая система координат, отображающаяся на интерактивной карте. Таким образом, ни между мной, ни между самими командующими не возникало никаких разночтений, что позволило обеспечивать наблюдаемую вами слаженность действий.
— Благодарю за разъяснения, капитан. И еще один вопрос, если позволите. Вы всегда выбираете сражение?
— М-м-м… Вы наверняка помните, что случилось на Корвусе, так вот там мы уклонились от схватки, в силу благоприятных обстоятельств мы могли позволить себе ее избежать. На Калибане же мы решили сражаться, хотя так же, как и на Корвусе, могли спокойно себе позволить просто убежать, и Синдикат бы нас никогда не поймал.
— Хм, Синдикат еще держит свои позиции, сэр, не отступает, — вклинилась в разговор Дижани.
— Отлично, нам это только на руку.
— Вы совсем не выглядите обеспокоенным, капитан Джон Гири.
— Разумеется, Рион. Если бы они вдруг немедленно развернулись и попытались проскочить мимо нас, вполне вероятно, что некоторым из них удалось бы улизнуть, а так они как раз дали мне время на то, чтобы вновь сосредоточить все мои корабли вокруг них.
Он знал, что сопротивление Синдиката, дух Синдиката сломлены, и едва ли ему удастся оправиться в обозримом будущем. Однако вслух он этого не сказал.
В ближайшие пару минут с Синдикатом все было кончено.
— Капитан Гири, говорит капитан Ньюмос! Я требую от вас ответа, почему моей дивизии не было позволено преследовать врага!
Дижани прыснула, сумев, правда, вовремя скрыть свой смех за кашлем, Гири только лишь тяжело вздохнул, немного помолчал и потом сказал:
— Капитан Ньюмос, ваше военное формирование должно было сыграть важную роль в настоящем сражении путем блокировки Синдикату возможных путей отступления. Поэтому, к сожалению, совершенно не могу понять ваши инсинуации на тему того, что кто-то там не позволял вам преследовать врага.
— Нет, вы специально в силу личной неприязни разместили находящиеся под моим командованием корабли так, чтобы снизить мне даже минимальные шансы на поимку врага!
— Теперь уже я вынужден сказать вам «нет», капитан Ньюмос, вы ошибаетесь. Ваша дивизия находилась в выгодном положении, причем настолько, что у любого корабля под вашим командованием был шанс для преследования, как вы выражаетесь, врага, — на удивление, голос Гири оставался по-прежнему бесстрастным и спокойным.
Капитан Дижани осторожно покашляла и кротким голосом произнесла:
— Сэр, боюсь, ваш разговор, в силу технической неисправности, проходил в режиме громкой связи вместо разговора тет-а-тет. Сожалею.