Бессонница
Шрифт:
– У меня есть решение. Правда, несколько… радикальное.
– Надеюсь, ты не собираешься меня… обращать, или как там это у вас называется.
– Нет, глупенький. Мне нужно что-то острое. Нож для бумаг, например.
– В письменном столе. В верхнем ящике.
Дана подошла к столу, открыла нужный ящик, достала нож для бумаг и освободила лезвие.– Острый? – спросила она с подозрением.
– Да. Я точу им карандаши.
– Прекрасно. То, что
– Что ты делаешь?! – ахнул я.
– Не волнуйся, мне не больно. Мы не можем намеренно причинить себе боль, наша природа защищает нас от этого. Если бы мы были смертными, было бы удобно резать вены, да?
– Да… наверное, – ответил я, глядя на то, как на ее запястье появляются капли крови. – Если честно, вены никогда не резал, так что я не в курсе.
– Вот и правильно. Никогда не понимала, зачем вы обрываете жизнь, которая все равно закончится. – Дана пересела на кровать и поднесла руку к моему лицу. – А теперь будь хорошим мальчиком. Пей.
Я отодвинулся.– Вот уж нет!
– С тобой ничего не случится.– Она вгляделась в мое лицо. – Да, чувствую, это будет долгий процесс. Тогда для начала просто попробуй.
Дана собрала несколько капель крови пальцем и прикоснулась к моим губам.– Когда в детстве мы не хотели пить кровь, нам связывали руки и кормили насильно, – сказала она нравоучительно. – Не заставляй меня повторять то же самое.
Осознав, что выбора у меня нет, я облизал губы и прислушался к своим ощущениям. Кровь, как оказалось, по вкусу ничем не отличалась от человеческой: точно такой же солено-металлический привкус я ощущал во рту тогда, когда нечаянно прикусывал щеку.– Ну? Краски стали ярче? – спросила Дана с усмешкой.
– Нет…
– Я говорила тебе, что ничего страшного не случится. Будешь пить? Или тебя еще поуговаривать?
От странного занятия нас с Даной отвлек громкий и настойчивый стук в дверь. Она подняла глаза к потолку, и на ее лице появилась страдальческая гримаса.– Винсент! И какой черт его принес? Открой, только не впускай его.
– Как ты это себе представляешь?
– Просто скажи: «Не входи, Винсент». Он немного взбесится, но это сработает. Будет весело.
Интересно, как следует трактовать это «немного», размышлял я по дороге к двери. Похоже, у нас разные представления на этот счет.– Эдуард, какого черта?! – с порога заговорил Винсент. –
– Мальчик решил поразвлечься. – Подошедшая сзади Дана обняла меня за талию и положила голову мне на плечо. – Давай, Эдуард. Скажи.
– Не входи, Винсент.
Наш гость, который уже сделал было шаг вперед, остановился, и на его лице мелькнуло удивление.– Что это за игры? – спросил он. – Дай мне войти! Немедленно!
– Точно такие же игры, в которые играешь ты сам, Винсент, – ответила за меня Дана. – Как обидно, когда ты оказываешься на другой стороне, да?
Винсент перевел взгляд на нее, потом снова посмотрел на меня.– Я понял, – кивнул он. – Что же, Дана, похоже, благородство ты оставила в прошлой жизни. Напоить своей кровью смертного – это очень честный ход.
– О, что я слышу. Честный ход? Ты помнишь, когда в последний раз делал честные ходы? Может, тогда, когда послал мальчика к Незнакомке, но не рассказал ему о том, что мы ловим их на живца, прикармливая кровью жертвы? Как ты думаешь, зная это, он пошел бы к ней?
– Прикармливая кровью… как? – заговорил я. – Как – на живца?
– Да, мой хороший, именно так, – ответила Дана. – Незнакомцы научились обходиться без крови, и поэтому они неуязвимы. Для того чтобы ослабить их, нам нужна кровь. А потом, когда они становятся слабее, мы ловим их.
Я посмотрел на Винсента.– Это правда?
– Ты хочешь услышать правду, Эдуард? Хорошо. То существо, которое сейчас находится в твоей квартире, толкнуло тебя под поезд. И, если бы не я, тебя бы не было в живых. Так что на твоем месте я бы не поворачивался к ней спиной. Помни о том, что я спас тебе жизнь.
Дана оттолкнула меня и сделала пару шагов вперед, остановившись в дверном проеме.– Вот как мы заговорили? – спросила она. – Тогда почему бы тебе не рассказать ему о том, как ты, вопреки всем темным законам, обратил смертную и женился на ней? Только не забудь рассказать и о том, как ты своими руками убил свое создание только потому, что твоя жизнь и твой статусбыли для тебя ценнее жизни того, кого ты любишь! И пусть он сам делает выводы и решает, стоит ли ему с тобой связываться или нет!
– А о том, в какую грязную игру ты решилась сыграть ради того, чтобы получить меня, ты ему не рассказывала? – Винсент повернулся ко мне. – Как ты думаешь, Эдуард, до чего может опуститься женщина, если ее цель – выгодно выйти замуж?!
– Замуж? – Я переводил взгляд с Винсента на Дану и обратно. – Но… ты ведь сказала, что вы не…
– Целых двести лет, – перебил Винсент. – Наверное, Дана, как и я, не поклонница правды, иначе она рассказала бы тебе, что свободаоказалась для нее ценнее того, кого она любила.