Бессмертные

Уолтерс Эдна

– Твоего отца?
– переспросила Кети.
– Твой отец уже мертв, Лоррейн. Мы не имеем дела с мертвыми.

– Он не мертв, - процедила я.

– Согласно нашим записям, душу твоего отца забрали несколько месяцев назад; ее отправили в чертоги к Хель, - добавила Джаннетт.

– Твой отец до сих пор жив?
– прищурилась Мардж.

Я сглотнула, ко мне начало подкрадываться беспокойство. Неужели я сделала ошибку, придя к ним для переговоров?

– Да. И что с того?

– Значит, кто-то дал ему жизнь, - Мардж подошла ближе и начала медленно

обходить меня.
– Кто-то, кто должен был забрать его душу, отпустил его. И кто же сделал это для тебя, Лоррейн?

Торин. О, нет. По позвоночнику поднялся холод.

– Кто бы изменил чью-то судьбу без нашего разрешения на то?

На меня накатило головокружение. За спиной распахнулась дверь, и в класс вошли Эрик, Эндрис и Ингрд и осмотрелись вокруг.

– Ты здесь одна?
– спросил Эрик.

Они не видят Норн. Отлично.

– Да.

– Фуф, - издал Эндрис.
– Мы думали, ты здесь заключаешь очередную сделку с Норнами.

Губы Мардж и Джаннетт исказились в легких улыбках, которые так и кричали об их победе. Кети выглядела раздраженной. Я не была уверена, зла ли она на меня, на своих старых сестер или на Торина. Чем он рисковал, вернув ко мне моего отца? Сейчас, в своем горе, я решительно осуждала его. Но хуже того - моего отца на вечность отправили в чертоги Хель.

– Нет, я просто зашла за своим гобоем, - я сделала несколько шагов вперед и забрала с полки свой футляр с гобоем.

– Я не знал, что ты будешь играть в оркестре для поддержки завтра, - сказал Эндрис, когда мы вышли из класса.

– Я не буду. Я собираюсь пораньше уйти домой и попрактиковаться немного.

* * *

Мне хотелось свернуться на кровати и плакать, пока не засну, но я не могла себе этого позволить. Слишком большая роскошь для меня. Я облажалась, и сейчас у Торина неприятности. Должен быть какой-нибудь закон против сбора душ. Я провела весь день, просматривая руны, соединяя одиночные руны и создавала новые. Я должна найти руну, которая исцелила бы моего отца.

Как только приехал Эндрис, я сбежала вниз и дошла до их гаража до того, как он успел закрыть дверь. Он был с Роджером, Ингрид рядом не наблюдалось.

– Привет, Роджер. Эндрис, нам нужно поговорить.

– Серьезно? Сейчас? У меня планы.

– Это не займет много времени, - я подождала, пока он откроет дверь для Роджера, и мы пошли ко мне домой. Он направился прямиком к бару и налил себе выпивку.
– Ты знал, что Торин должен был забрать душу моего отца?

Его глаза сузились.

– Кто тебе такое сказал?

– Неважно, откуда я узнала. Мой папа умирает, и Торин помогал ему справиться с болью. Норны сказали, что он должен был умереть еще несколько месяцев назад.

Он прищурился.

– Когда это ты разговаривала с Норнами?

– Сегодня в обед в музыкальном классе.

Он еще больше сощурился.

– Они были...

– Там, когда вы приходили, да. Я предложила им сделку. Они отдают мне в руки судьбу папы, а я добровольно становлюсь

Норной.

– Туманы Хель, Рейн!

– Я не позволю своему отцу умереть, когда я могу все изменить, Эндрис. В чем смысл учить руны и иметь способности, если я не могу помочь людям, которых люблю?

Эндрис вздохнул.

– Мы имеем дело с мертвыми, милая, а ты хочешь оставить своего отца в живых. Это абсолютно разные вещи. А что до сделки, то она не сработает. Ты не можешь стать Норной. Торин не отпустит тебя.

Я знала это.

– Норны упомянули, что моего отца отправили в чертоги Хель. Папа спортсмен. Он бегает и катается на велосипеде. Он принадлежит Вальгалле, а не холодному залу посреди туманов.

Эндрис осушил стакан.

– Думаю, это план Торина.

Я вздернула бровь.

– План? Какой план?

– Торин не должен был забирать душу твоего отца, Рейн. Когда он попал в больницу на Коста-Рике, твой отец умирал и его душу ожидал Гримнир. Злобный Гримнир и по совместительству «заноза в заднице» по имени Эхо. Торин пошел с ним на сделку. Я не знаю деталей, и, когда мы говорили, оказалось, что Торин из-за своих стертых воспоминаний их тоже не знает.

– Тогда как ты узнал об этом?

– Эхо сам мне хвастался, этот идиот, - он скорчил гримасу.
– Тебе надо встретиться с ним, чтобы понять, почему я не переношу его. Я рассказал об этом Торину, когда мы говорили о тебе и вашем любовно-морковном прошлом. Согласно словам Эхо, Торин вернул твоего отца домой, чтобы дать ему шанс провести больше времени с тобой и твоей матерью и больше времени подготовиться. Если бы он умер в больнице, то отправился бы прямиком в чертоги Хель. Сейчас...
– он усмехнулся.

Все стало на свои места. Если бы папа умер во время бега или катаясь, Торин забрал бы его душу в Вальгаллу. Это и был его план. Теперь это невозможно. Норны знают, что папа жив. Тошнота скрутила мои внутренности.

– Они знают, - прошептала я.

– Кто?

– Норны знают, что мой папа жив, и что Торин помог ему. Какое наказание для Валькирии за изменение чьей-либо судьбы?

Эндрис покачал головой.

– Не знаю, но мы должны рассказать Торину, что происходит, как только он вернется. Хей, - он сжал мое плечо, - все не так плохо. Ты всегда можешь сказать, что это ты спасла своего отца.

– О чем ты говоришь?

– Ты спасла жизни семерых пловцов и изменила их судьбы. Норны никак не наказали тебя за это. Наоборот, теперь они хотят тебя еще больше.

– Они стерли воспоминания Торина.

Он с издевкой усмехнулся.

– Велика проблема. Он вернул их обратно. Что-то в тебе пугает их, Рейн. Используй это, как свое преимущество. Делай, что у тебя лучше всего получается. Задай им жару.

Может, в чем-то Эндрис и прав. Я подскочила и обняла его.

– Спасибо.

– Я могу и привыкнуть, - проворчал он, сжимая меня.

Смеясь, я выкрутилась из его рук и отошла назад. Я приняла решение. Когда мы шли к их дому, я рассказала ему о происхождении рун Эрика.