Бессмертные
Шрифт:
Сэм недоверчиво взглянул на Леа.
— То есть теперь и ты считаешь меня наркоманом? Превосходно. Отлично, Леа. Просто великолепно. Спасибо.
С трясущимися кулаками он вскочил с дивана.
— Леа, лучше молчи! Я не долбаный наркоман, ясно?! Ты счастлива? — Внезапно Сэм перешёл на крик.
Шокированная его выпадом, Леа передёрнулась, следом вскочила с дивана и, опалённая злостью и яростью, сверкнула взглядом в его сторону.
— Не смей орать на меня, Сэм Адли! Не знаю, что ты там о себе возомнил, но ты не имеешь права так со мной разговаривать! —
Сэм со всей силы вцепился в свои взлохмаченные волосы. Он вовсе не хотел ругаться с Леа. Нет. Она была любовью всей его жизни, дороже самой жизни. Почему же так сложно контролировать себя?
Вместе они в одночасье подняли головы, когда мать Сэма вошла в дом, бросила сумку на столешницу и окинула взглядом Сэма и Леа, заметив про себя повисшее в воздухе напряжение.
— Я ухожу, — прошипела Леа, схватив свою сумочку с журнального столика. Она стремительно промчалась мимо Сэма, даже не поцеловав на прощание, из-за чего его тут же болезненно кольнуло, и вылетела из дома.
Мама громко вздохнула и разочарованно покачала головой.
— Что-то творится с тобой, Сэм, и ты знаешь, я бы всё отдала, чтобы помочь тебе.
— Тут ты мне точно не помощница, — рыкнул он, снова чувствуя дрожь в запястьях.
— Сэм… что-то не так. На работе…
— Что?
— На работе ходят толки, — договорила женщина. — Все считают, что ты связался с хулиганьём. Дженис сказала, что её сын стал вести себя иначе, когда… начал принимать.
Сэм вспыхнул.
— Это не наркотики! — завопил он. — Почему мне никто не верит? Я не наркоман, ясно? Оставьте меня, у меня тяжёлый период, просто… А-а-а! — выдавил он, вырываясь на свободу. Входная дверь звонко ударилась о косяк.
Позади слышались всхлипы матери. Тряхнув головой, Сэм удалился в гараж, который использовал как мастерскую. Ему всегда нравилось делать что-то своими руками, но теперь это не помогало. Он даже не мог сконцентрироваться на чём-то одном и закончить.
Сэм рухнул на разваливающийся в углу стул и схватился за голову. Как всё могло разлететься в пух и прах так быстро?
***
Последующие дни Сэм продолжал избегать всех и вся. Внеплановый отпуск на работе закончился ещё два дня назад; босс — Гарри Клируотер — неоднократно звонил, но Сэм не отвечал. Несомненно, Гарри изумлялся его исчезновению, ведь Сэм за все два года работы на него ни разу не пропустил и дня. Ему было стыдно за свой страх перед Гарри, но ничего другого не оставалось.
Всё по-прежнему казалось странным. С тех пор как нечто вселилось в тело, всё изменилось, и Сэм не мог прийти в себя после обращения в волка, что не поддавалось никаким объяснениям. Каждую ночь он по несколько часов не смыкал глаз, придумывая, что сказать самому себе, не говоря уже других. Мать — секретарь по медицинским вопросам — ежедневной возвращалась домой с новой теорией, которую она выводила со своими коллегами. Гнев и смятение завладевали Сэмом после каждой такой идеи.
Однако сегодня, вернувшись с работы, женщина молчала и только передвигалась по кухне. Сэм по привычке сидел на своём
— Сэм, — коротко и решительно начала мать.
— Что? — пробурчал он, не отрываясь от экрана телевизора. У него не было настроения отвлекаться на разговоры — всё тело болело, уже неделю изнывая и принося страдания.
Женщина поджала губы и, подумав, присела на диван, соблюдая безопасное расстояние между собой и сыном.
— Сэм… Кое-кто из старейшин племени…
— О, мама, ну же.
— Сэм, так будет лучше. Они хотят поговорить с тобой. Гарри позвал меня завтра к себе на работу, он очень волнуется за тебя. Ты не появлялся у него, и Гарри… решил поговорить об этом с другими.
— Зачем? — требовательно вопросил Сэм. Пульт со стуком приземлился на журнальный столик. У него не было ни малейшего желания говорить со старейшинами, только не сейчас. Они всегда вмешивались, если кто-то из молодёжи ступал на ложную тропу. Но всё, что старейшины делали, сводилось к разговорам о Духах и Братьях прошлого, они с упоением разглагольствовали о легендах и россказнях предков, а затем требовали, чтобы проблемные подростки утихомирили свой пыл и встали на путь истинный. То же ждало и Сэма.
Но для него всё это было вздором.
Он уважал легенды, раз кто-то из племени верил в них и их же проповедовал. Но слушать об этом он не желал. Естественно, Сэм слышал легенды и историю их племени от старины Квила, но тогда он был маленьким мальчиком, которому всё казалось интересным.
Сэм тяжело вздохнул. Нет, сейчас точно не до разговоров со старейшинами.
В дверь раздался стук, и мать Сэма тут же подскочила. Через мгновение в крохотной гостиной возникли Билли Блэк, Гарри Клируотер, Дэн и старина Квил Атеары.
Прежде чем встать, Сэм оглядел их. Ему было плевать, покажется ли он грубым старейшинам или нет.
Он протянул руку для рукопожатия Квилу-старшему.
— Добрый день, — поприветствовал старик, пожимая руку Сэма сильнее обычного.
Сэм встревоженно посмотрел на сцепленные ладони.
«Наверное, не стоило прикасаться к нему», — в панике подумал он.
Глаза Квила округлились, что не укрылось от тревожных взглядов остальных старейшин, которые тут же обратили своё внимание на Сэма. Старик продолжал держать его руку, медленно пожимая её. В чёрных, умудрённых опытом глазах отражался вопрос. Квил перевёл взгляд с лица Сэма на его руку и резко отпустил её.
— Простите! — быстро извинился Сэм, неловко отпрянув.
Старина Квил вяло улыбнулся.
— Всё нормально, — тихо пробубнил он, снова взглянув на Сэма.
Старейшины без слов что-то обсудили между собой, Сэм это заметил — Квил-старший кивнул, и тогда на лицах Билли, Гарри и Дэна отразилось понимание.
— Что? — яростно спросил Сэм, бегая взглядом по лицам старейшин.
Молчание.
— Что со мной не так? — повысил голос он, чувствуя, что эта четвёрка знает о его маленькой проблеме.