Бессмертные
Шрифт:
— Сэм, это так не похоже на тебя. Ты всегда был хорошим ребёнком… Даже не знаю, что думать!
— Мам, я в норме, я дома, что ещё?
— Ты даже не понимаешь! Поразительно. Ты никогда не поступал так опрометчиво. Какой бес вселился в тебя, Сэм? — спросила женщина, не переставая расхаживать по кухне.
— Клянусь, мам, никакой бес не вселялся в меня. Давай оставим это?
— Это наркотики? Сэм, тебе лучше сказать об этом мне прямо сейчас.
— Нет, ма, это не наркотики! — взвыл он, отскочив от стола. Стул влетел в стену, с грохотом отправившись
— Не узнаю тебя, Сэм, — рыдала мать. — В какую передрягу ты влип?
— Мам… Мне просто нужно было несколько дней…
— Поэтому ты просто взял и исчез.
— У меня не было выбора…
— Где ты был?
— Я был… Не хочу говорить об этом. Всё пойдёт наперекосяк.
— Это не оправдание! — крикнула женщина. — Ты заставил всех нас волноваться! Я глаз сомкнуть не могла — так волновалась за тебя. И Леа… бедная девочка.
— Мам, я позвоню Леа; всё будет хорошо, только крики не…
— Только вообрази каждого, кто потратил своё личное время на твои поиски. Помни это, Сэмюэль.
— Мам… — Слов не осталось.
Сэм сел, а мать продолжила кричать на него. Она позвонила Чарли Свону и сообщила, что сын вернулся домой. Он слушал их разговор.
— Я не знаю, Чарли. Он ничего не скажет… Он кажется совсем другим. Понятия не имею… Он никогда не вытворял ничего подобного… Знаю, знаю… Да, конечно. Не уверена… Вряд ли Сэм был с той компанией, он хороший парень… Знаю. Не думаю, что он когда-то увлекался этим… Ладно. Спасибо, Чарли, до свидания.
Сэм съёжился, сидя на диване. Он слушал, как Чарли Свон интересуется, не связался ли Сэм с дурной компанией, не подсел ли на наркотики… К сожалению, в резервации водилась эта дурь. Несколько наркодилеров торговали своей отравой на территории Ла Пуш, но Сэм ни разу даже не задумался об этом. Эта штука не по нём.
Истощённый духом и телом, Сэм несколько часов просидел на диване. Ближе к ночи он пошёл к себе, где бросил попытки придумать хотя бы одно логическое объяснение для матери. Несколько раз он подумывал о лжи. Лёжа в кровати, Сэм изумился, насколько она удобна. Конечно, земля тоже не так плоха, как может показаться, но кровать в десять раз лучше.
Стянув с себя всю одежду, индеец сделал несколько глубоких вдохов, чтобы остыть. Прежде он никогда не спал голым, и сейчас это являло собой очень странную картину, но лежать в одежде оказалось слишком жарко, даже не расслабиться. Сэм с трудом не стянул с себя рубашку, пока мать отчитывала его, ведь в ней его тело пылало. Кто знает, одежда могла расплавить всю плоть, не сними Сэм её.
Обёрнутый по пояс простынёй, он лежал на кровати, заведя руки за спину. Спустя все эти дни настроя на сон не было. Сэм чувствовал себя ужасно из-за того, что вынужден был лгать матери; она ясно дала понять Чарли, что не уверена, не связана ли эта странная отлучка сына с наркотиками.
«Мама считает меня наркоманом. Что может быть хуже?»
Стыд вспыхнул в уже разгорячённом теле. Сэм снова предпринял попытку уснуть; возможно, утро будет лучше.
***
Сэм вернулся неделю назад,
«Ничего не вспыхивает и не обращает меня в псину. Что-то здесь не так», — с усмешкой думал Сэм.
Уголком глаз он заметил, как Леа обернулась и обеспокоенно посмотрела на него. Со вздохом Сэм положил ладонь на бедро девушки и провёл пальцем по нежной коже. Леа поёрзала на поверхности дивана и слегка придвинулась к брюнету, но тот лишь внутренне содрогнулся, понимая, чего она хочет.
С момента возвращения в отношениях с Леа всё изменилось. Конечно, она успокоилась, увидев своего возлюбленного в целости и сохранности, но немедленно поспешила заехать ему кулаком в челюсть, притом угрожая куда более болезненной расправой, если такое повторится вновь. То был единственный раз, когда Сэма опять пробрала дрожь. Любое общество пугало его до смерти; даже пришлось взять отгул на фабрике за свой счёт, чтобы привести мысли в порядок.
Как ни странно, Леа скорее была обижена, чем зла. Прежде они рассказывали друг другу всё, и едва ли можно было откопать у них секрет. И теперь, обманывая свою прекрасную девушку, чувствовал Сэм себя отвратительно.
Сэм продолжал гладить бедро девушки, стараясь беспечно следить за изображением в телевизоре, хотя не имел даже малейшего понятия, что они смотрят. Последний час прошёл в неловком молчании.
Когда Леа придвинулась ещё ближе, сердце охватило тепло, которое почти тут же развеялось от осознания, что он не сможет дать то, чего она хочет. С момента возвращения Сэма они не вступали в интимные отношения, и на то была своя причина — что, если он потеряет контроль? Одна лишь мысль об этом пугала. Он запросто причинит боль Леа и вряд ли сможет прожить с этим оставшуюся жизнь.
— Сэм, — простонала она, водя носом по горячей руке. — Ты такой тёплый.
Она обхватила его бицепс своей рукой, двигая ею по чувствительным мышцам. Сэм закрыл глаза. В течение последних недель он беспрестанно рос, что не удивляло его. Его вообще уже ничего не удивляло.
— Знаю, — учтиво ответил он, отнимая руку. Сэму сейчас так нужно было побыть наедине с собой, но совесть и без того мучилась от всех попыток избежать встречи с Леа. А Леа, в свою очередь, выглядела всё такой же озабоченной, как во время его исчезновения.
— Сэм, да что с тобой такое? — взялась за старое девушка. Она повторяла это каждый день.
— Ли-ли… я не хочу это обсуждать, — мягко произнёс Сэм, взяв руку Леа в свою.
Она взглянула на ладони и вздохнула.
— Из тебя и слова не вытянуть, — заключила брюнетка, откинувшись на спинку дивана.
— Прости, Леа… Просто… я изменился.
— Что это значит? Сэм, твоя мама спрашивала, принимал ли ты когда-нибудь наркотики, и я сказала нет, потому что… потому что это даже вообразить глупо. Но теперь… Если она спросит меня об этом снова, я уже вряд ли смогу с той же уверенностью ответить, Сэм.