Беспредельщик

Штогрина Анна

Он на самом низу социальной лестницы. Его материальное состояние не сулит ничего хорошего для будущего. Мне уже двадцать четыре. Не пятнадцать. Чтоб не думать о будущем и не планировать семью и детей.

Я осознавала, что и Ринат не фонтан. Так тонкая струя из крана. К тому же ржавая. Мутная от бесчисленных измен.

Но он мужчина моего круга. У нас общие интересы и наши семьи дружат и сотрудничают.

Как бы горько мне не было отдавать свое

тело в распоряжение нелюбимого мужчины, выбора у меня не было.

Миллионы семей живут имея любовниц и любовников. И не страдают от раздирающего горя. Учатся взаимодействовать и разделять время для тела и для души.

И я смогу.

Надо просто поговорить с Самойловым и доступно объяснить свою точку зрения. Заставить его заткнуться и выслушать меня. Он ведь хочет того же. А я готова на время выделенное для него стать принцессой. Послушной и хорошей.

Попросить…

* * *

Я завидела байк у больших ангаров. Не доехав до СТО пять километров. Он стоял в тени дерева. Прислоненный на подножку со свисающим новым шлемом.

Мне не хватило этих пяти километров, чтоб настроиться на неминуемую встречу.

Придется ускорить процесс перезагрузки.

Импровизировать.

Я остановила плавно машину. Припарковалась прямо возле его байка.

Вдохнула поглубже и пошла к воротам.

Рыхлая полевая земля была утоптана, но я все равно утопала каблуками отчего шла еще медленнее.

Подошла к двери и, игнорируя оглушающий пульс в висках, распахнула дверь.

Большое помещение ангара было пустым. Несколько старых кресел и диванов стояли возле грязного стола. Металлические стены кое где были увешаны дешевыми постерами голых девушек. Разворотами из журналов. Фотками машин. Audi, BMV, Porshe…

Porshe 718 Cayman S. Я точно узнала эту машину бордового цвета со стальным напылением. Тюнингованную на заказ. Это было фото моей машины.

Странно, когда он успел его сделать…

Я прошла вглубь ангара. Тяжелый запах витал в воздухе. Это логово мужиков. Их закрытый мир. Их холостяцкая аура чувствовалась в каждой детали скупого интерьера. Разбросанные ключи, разобранные моторы машин, пыльные панельные телевизоры, которые вероятно служили стульями, когда здесь собирались большие компании.

Я прошла насквозь до следующей двери и вышла на свежий воздух.

На миг замерла на пороге, не веря своим глазам.

Под открытым небом был сооружен странный спорткомплекс.

Огромные турникеты, кривые лестницы, брусья, расставленные в хаотичном порядке портовые

контейнеры двадцатитонники. Практически все поле было заставлено разными металлическими сооружениями, назначение которых для меня было загадкой ровно до тех пор, пока я не разглядела фигуру мужчины.

Ох, черт!!!

Это ведь Платон.

То, что я увидела ввергло меня в транс. В шок от того, что он делал.

Оказалось, нет хаоса в расположении всех сооружений.

Это полоса препятствия для тренировки паркура.

Самойлов в одних брюках с обнаженным торсом предстал перед моим ошалелым взглядом.

Мужчина меня не видел, стоял в нескольких метрах от меня спиной.

Ёоо! А спина то у него вся забита татуировками. И плечи и руки. Наверное и грудь, но я не видела. И татуировка не банальные вензеля или зековские купола. Рисунки на его теле — четкая механика. Словно с него содрали кожу, а под ней он оказался роботом.

Шарниры на плечах, провода вместо ребер, стальной канат на позвоночнике. И при каждом его движении этот цельно прорисованный механизм оживал и слаженно работал.

Без одежды он оказался еще более загадочным и мистическим, чем в ней.

Его мышцы налитые и словно прорезанные на подсушенном теле напрягались вместе с прорисованными деталями механизма.

Фигура Платона с широкими плечищами и накаченной спиной смотрелась ужасающе. И на руках бицепсы и трицепсы были словно сшиты выпуклыми венами уходящими до самых кистей рук.

У меня аж во рту пересохло от разглядывания этого дикого мужика. Терминатора.

Самойлов сделал несколько длинных прыжков и вцепился руками в круглые брусья. Раскачался, провернул сальто в воздухе и перехватил прут лестницы. Быстро перебрал все ступени руками. Подтянулся ногами. Сделал четкий подъем-переворот. Несколько раз туда-обратно. Затормозил ноги над головой, удерживая их стальным прессом. Повис на коленях и выгнулся в обратную сторону. Раскачался до перекладины и перехватил ее руками.

Спустил ноги и спрыгнул на землю. А потом я окончательно охренела, когда он отпружинил от земли и легко запрыгнул на двухметровый контейнер. И сделал на нем несколько сальто вперед, прошелся на руках, держа ноги ровно кверху. И ловким сальто спрыгнул с двухметрового контейнера.

Он скрылся из вида. А я все не могла дышать. Так и стояла окаменев.

Нихера ж себе!

Самойлов — паркурщик.

Один из этих психов, что лазиют по заброшенным стройкам, прыгают по домам, перепрыгивают с крыши на крышу многоэтажек, как белки-летяги.