Беспощадная магия

Креве Меган

Она посмотрела на конверт в своей руке. Она отложила блузку.

— Оно пришло.

— Ага, — я крепче сжала конверт. Я не знала, думала ли она о первом разе, когда увидела своего ребенка с конвертом.

— Ты его еще не открыла.

— Открою. Просто… это как финиш.

Мама подошла и прижала ладонь к моей спине.

— Что бы они ни решили, это не определяет то, кто ты, — твердо сказала она. — Есть много путей к счастью.

Я напряглась.

— Думаешь, я сделала не достаточно, чтобы меня приняли?

— Думаю, если кого и

должны избрать, так это тебя, — сказала она. — Но тебе не стоит надеяться только на это. У тебя в любом случае может быть хорошее будущее.

Они с папой были с приглушенной магией.

«Сначала все было… в помехах, словно почти оглох после того, как слышал все громкие звуки, — сказала она, когда я спросила у нее, как это ощущалось. — Ты знаешь, что магия там, но не можешь ее разобрать. После нескольких недель помехи сливаются в одну ноту. Ты можешь добраться до магии сквозь нее, но остальное не слышишь».

Они даже казались довольно счастливыми. Судя по их словам, их таланты были относительно слабыми, как у многих новых магов, так что, может, они и не надеялись на большее. Магия, которую им оставили, все еще была полезной.

Талант мамы стал ближе к нитям и ткани, ее стежки были крепче, чем у любой машины. Она продавала одежду онлайн, и этот доход был лучше, чем когда она работала в химчистке. Папа ладил с кулинарией, но это ему не помогло в профессиональном плане, ведь рестораны не хотели рисковать, вывешивая рекламу, что их еду готовят магией — многие простаки паниковали, что магия попадет в их тела — но я знала, что для него много значило то, как мы ели его блюда за семейными ужинами.

Но мне было сложно представить, что я буду видеть один цвет или ощущать один вкус. У меня даже выбора не будет. Конфеды, насколько мы знали, решали даже это.

«Думаешь, это просто совпадение, что мама с папой идеально подошли для помощи на дому?» — как-то раз сказал Хавьер.

Я не знала, был ли он прав, но и не хотела узнавать.

— Знаю, — сказала я маме. — Но я должна попасть туда.

Мама обвила меня рукой и прижала к себе. Она все же не упустила то, что я не сказала.

— Ты знаешь, что Хавьер гордился бы тобой, как бы там ни было, — сказала она. — Мы не можем изменить их мысли.

Я прильнула к ней.

— Он собирался изменить их. Потому он… Если бы он не хотел убедиться, что они выберут меня…

Я не могла ничего сказать. Хави тоже не верил, что Конфеды возьмут меня. Он пошел на Экзамен ради меня. Если бы он не хотел, чтобы я продолжила со всеми своими силами, он принял бы жизнь приглушенного, но он думал, что, если станет Чемпионом, он сможет поручиться за меня изнутри — вырезать место, которое не допускали их предубеждения.

И он умер бы за меня.

Я была вдвое сильнее со времени, когда он ушел. Я могла исполнить самые сложные упражнения из самых продвинутых учебников Академии. Я приходила на все проверки с улыбкой и вежливостью. Чего еще они хотели?

— Рочио, — сказала мама. Я выпрямилась, стиснула зубы и порвала

конверт. Оттуда выпал листок, и я подхватила его.

Мы с сожалением сообщаем, что Рочио Лопез не прошла по требованиям в колледж Конфедерации магов Северной Америки. Время ее Приглушения указано ниже.

Дата, через три дня. Время, адрес. Я едва их видела. Я прочла первое предложение, бумага сминалась под большими пальцами.

«Не прошла по требованиям…».

— Нет, — сказала я. — Это невозможно. Нет.

Мама забрала мое письмо и прочла, прижимая другую ладонь к виску. Но она не была удивлена. Она пыталась меня предупредить.

— Ты знаешь что-то важное, но не говоришь мне? — выпалила я, голос дрожал.

Она вскинула взгляд.

— О, cari~no, нет, — сказала она. — Просто… Конфеды не спешат принимать семьи новой магии. Я начала задумываться, что это не из-за того, что наши таланты часто слабее. Если они отказывают и талантливым, может, они просто не доверяют нам. Я не хотела удерживать тебя, ведь не была уверена, но с этим… Думаю, ты не совпала с их требованиями в том, что слишком превзошла их.

Я глядела на нее.

— Они не доверяют мне? Я никогда… я никого не ранила. Я даже не давала им повода беспокоиться.

— И Хавьер никого не ранил. Но можно навредить иначе. Конфедерация не любит разнящиеся мнения.

Это была ее самая большая критика о Конфедах. Я лишилась дара речи на миг.

— Думаешь, из-за несогласия Хави с тем, как они все делают, они сделали так, что он…

— Нет, — сказала она, — но… им точно не понравились его намерения. Может, они проверяли его сильнее остальных из-за этого.

— А я? Они собираются приглушить мою магию, потому что я хороша в ней, хоть я следовала их правилам, только потому, что некоторые их правила глупые? Будто мое мнение делает меня опасной?

Я говорила, а думала о драконе в школе. Для меня это было красивым. А если кого-то из людей он напугал? Мой желудок сжался.

Я вернусь туда через десять дней, если позволю приглушить свою магию, останусь среди простых, будто обычная школьница, и мистер Джонс будет помогать мне с моим скованным талантом раз в неделю. А потом? Я буду остаток жизни такой?

Нет. Я так много хотела сделать. Я издала придушенный звук.

— Все будет хорошо, — мама потянулась ко мне, но я не хотела, чтобы меня утешали.

— Будет, — сказала я. — Я не должна позволять им делать это.

Она побелела.

— Рочио, нет.

— Почему? — сказала я. — Если я так хорошо, что они боятся меня, то и Экзамен смогу пройти, да?

— Это стоит риска? — сказала она. — После случившегося с твоим братом…

— Ты только что сказала, что думала, что его проверяли сильнее. Я справлюсь, — я дико махнула на гостиную, где, кроме спешного приема пищи, я почти не бывала дольше пяти минут за эти три года. — Для чего я так старалась, если не справлюсь с этим?