Бесконечная одержимость

Джеймс М. Р.

— Шер…

— Убирайся! — Я кричу это так громко, что Нейт вздрагивает, и его глаза расширяются.

— Черт, ладно. — Он торопливо хватает с пола свой телефон, оставляя на нем коробочку с кольцом. — Я позвоню тебе, Шарлотта, и как только ты успокоишься…

— Не надо! — Кричу я ему категорически. — Просто убирайся к чертовой матери!

— Я ухожу. — Он направляется к двери, его черты лица напряжены. Он не выиграл этот спор, и я могу сказать, что это выводит его из себя. Но мне все равно. Я стою, выпрямившись, скрестив руки на груди, пока он не удалится из спальни, и я не услышу, как захлопнется входная дверь.

Тогда,

и только тогда, я опускаюсь на пол и разражаюсь слезами.

***

Два часа спустя я достаточно успокоилась, чтобы позвонить Джаз. Честно говоря, я могла бы позвонить любой из наших подруг, и они приехали бы так быстро, как только смогли бы. Но мне нужна Джаз. Я знаю, что она не станет меня стращать, но и не будет при этом милой. Мне не нужны сейчас успокаивающие банальности. Я хочу, чтобы кто-то сказал мне, не перегибаю ли я палку.

Я не думаю, что это так, но мои мысли ходят кругами, пока я сижу на полу и рыдаю. Мне нужно услышать, что, может быть, это всего лишь препятствие на пути. Что, возможно, Нейт прав, и мы можем попробовать терапию. Может быть, нам просто нужно разобраться в нашем дерьме, и у нас будут счастливые отношения. В конце концов, любовь — это борьба за нее, верно? И может быть, я тоже сделала что-то не так, что-то, что способствовало этому…

Эта мысль наконец-то заставляет меня подняться с пола. Я подхожу к комоду, вытираю слезы, роясь в ящиках в поисках нижнего белья, пары леггинсов и своей любимой футболки большого размера. Я смотрю на нее в своих руках и поджимаю губы.

Разве это моя вина? Должна ли я была носить по дому шелк и кружева, а не поношенные леггинсы и футболку группы, которая на три размера больше? Может быть тогда, Нейт попросил бы меня прислать ему фотографии, на которых я трахаю себя игрушкой?

Как только я пишу Джаз, она отвечает через несколько секунд.

ШАРЛОТТА: Привет. Я дома. У нас с Нейтом произошла неприятность. Ты можешь прийти? Мне очень тяжело.

ДЖАЗ: Конечно, детка. Я гуляю с Зои, но я возьму такси. У тебя есть напитки?

ШАРЛОТТА: Много.

ДЖАЗ: Отлично.

После этого ничего не остается делать, как ждать ее прихода. Я тащусь в гостиную, где наливаю себе полный бокал пино нуар и беру пульт. Я даже не знаю, что смотреть, но мне нужно что-то кроме тишины, поэтому я включаю «Игру престолов» и позволяю ей играть в фоновом режиме, пока я тупо смотрю на драконов, летающих по экрану.

Эпизод уже наполовину закончился, когда я услышала звук зуммера. Я открываю дверь, и Джаз бросает на меня взгляд, прежде чем покачать головой. Она стягивает с себя кожаную куртку и вешает ее на латунный крючок на стене, забирает у меня из рук почти пустой бокал с вином и идет наполнять его, наливая себе тоже.

— Что, черт возьми, он сделал? — Прямо спрашивает она, возвращая мне вино и опускаясь рядом со мной на голубовато-серый диван в гостиной.

Теперь, когда я думаю об этом, многие вещи в этой квартире серые. А я даже не очень люблю серый цвет. Или, по крайней мере, я бы добавила больше акцентных цветов.

Может, так и сделаю, раз уж больше никогда не пущу Нейта в это место.

Я делаю глоток вина, и еще один, и еще, пока рассказываю все Джаз. К тому времени, как я заканчиваю, я допиваю бокал, а у нее на лице появляется

убийственное выражение, когда она снова наполняет его для меня.

— Ты, блядь, издеваешься надо мной, — прорычала она. — Я не могу в это поверить. Как будто он достаточно горяч, чтобы…

— Это моя вина? — Спрашиваю я тоненьким голоском, наконец-то озвучивая то, чего боялась с тех пор, как начала читать эти сообщения. — Я сделала что-то не так? Есть ли что-то, что я могла бы сделать по-другому — одеться более сексуально или попытаться выяснить, чего он может хотеть…

— Нет, черт возьми, — решительно заявила Джаз. — Это не твоя вина, детка. Это ни в коем случае не твоя вина. Это он виноват в том, что он подлый, жуликоватый кусок дерьма…

Я смеюсь, слегка икая, и закрываю рот рукой.

— Я тоже так его называла, — признаю я. — Ну, не в том смысле, что мерзкий, а…

Джаз качает головой.

— Ты можешь сделать все гораздо лучше, чем он. Ты будешь намного лучше. Но для начала тебе нужно перестать винить себя во всем этом.

— Я никогда не знала, что он хочет чего-то подобного. — Я делаю еще один глоток из бокала со свежим вином. Я чувствую, что начинаю чувствовать кайф — я никогда не пью много, и редко что-то кроме вина. Два больших бокала пино нуар — это много для меня. — Я даже пару раз спрашивала о его фантазиях, но он так и не сказал…

— Чего ты хочешь? — Перебивает Джаз, глядя на меня. — То, что ты нашла в его телефоне, это то, что ты хочешь сделать?

— Я имею в виду… — Я колеблюсь, делая большой глоток вина для храбрости. — Не то чтобы конкретно, я не думаю. Мне не нужен мужчина, который хочет быть униженным. — Просто мне стало грустно, наверное. Не из-за Нейта, потому что он кусок дерьма, — уточняю я, и Джаз ухмыляется. — Но просто сама мысль об этом. Но та часть, где ты умоляешь об этом… — Я прикусила губу. — Я не знаю. Есть вещи, о которых я определенно думала…

— Например? — Джаз мгновенно вцепилась в меня. — Расскажи мне. Я не буду тебя осуждать, обещаю.

Я сужаю глаза.

— Я не уверена, что верю тебе.

— Верь. Как я уже говорила в машине сегодня. Я делала странные вещи. И в этом нет ничего плохого! Правда. У каждого есть фантазии. Я бы не стала винить тебя, если бы у тебя были какие-то безумные фантазии. Особенно после того, как ты так долго была с мистером Ванилью.

— Я имею в виду… — Я проглотила еще вина и почувствовала, что теперь я точно пьяна. Даже чуть больше, чем пьяна. Возможно, я уже на пути к опьянению вдрызг. Возможно, я и в самом деле уже вдрызг, понимаю я, пытаясь собраться с мыслями и чувствуя, что они скользят и перескакивают с одного места на другое. — Хочу парня, который сосредоточен на мне. То есть действительно сосредоточен только на мне и моем удовольствии. Это раз.

Джаз фыркает, и мои глаза расширяются.

— Эй! Ты же сказала, что не будешь осуждать.

— Я не осуждаю, детка. — Заверяет Джаз. — Просто это должно быть основным требованием к любым отношениям. Сексуальным или иным. Я не имею в виду, что он должен делать все для тебя каждый раз, но хотя бы часть времени…

Я нахмурилась. Это определенно не описывает мою сексуальную жизнь с Нейтом. Ему нравилось все делать формально — немного прелюдии, чтобы разогреть меня, а потом сразу переходить к той позе, в которой он хотел меня трахнуть. Обычно миссионерская, иногда я сверху, а иногда и сзади.