Бесконечная дорога...
Шрифт:
Нейти с Поганкой на коленях, старательно кормила малышку, затыкая ей иногда уши, от бранных слов, раздающихся рядом, так Дэрил выражал свои эмоции. Он был полностью согласен с Цезарем, но проявлять это мог только глазами, и сжатыми в узкую полоску губами. Вся эта обстановка напрягала его, и ему просто необходимо было свалить к себе в дом и запереться там, наедине со своей маленькой семьей. Где не будет осуждающих взглядов, и людей жаждущих увидеть их поцелуй, только их, никакого латиноса, за которого вдруг становилось обидно.
Праздник в самом разгаре, довольные Мегги и Бет вспомнили
Окружающая суета, давила на жмущуюся к друг дружке троицу, которая даже не могла расслабиться и насладиться вечером, под растерянными взглядами гостей, непонимающих почему Дэрил и Нейти так странно реагируют на их возгласы и пожелания скорейшего вступления в брак. Словно и не зомби-апокалипсис на земле, будто нет иных тем для обсуждения, например, тоже бедственное положение с продуктами в тюрьме, почему не вспомнить об этом? Но, у всех, видите ли, праздничное настроение, и они хоть на один вечер хотят забыть о проблемах, ежедневно тревожащих их. И сделать это, влезая в отношения других, видимо очень забавно и интересно.
Последней каплей для Нейти становится, тяжелая рука, упавшая на плечо Диксона. Захмелевший Тайриз, поднявшись со своего места, решил почтить их своим присутствием.
– Дэрил… Ну, когда же, вы уже назначите такой ответственный день? – его пьяный взгляд блуждал по замершим и замолчавшим друзьям по несчастью. Цезарь, фыркнув, отвернулся к увлеченно прислушивающемуся к их разговору Хершелю и с безучастным видом спросил старика о здоровье.
– Вообще-то, – погладив заерзавшую Джудит по голове и удобней усадив ее, Нейти опередила, только успевшего открыть рот охотника, – мне еще никто предложения не делал. И даже если что-то подобное и предстоит нам в будущем, такого праздника устраивать мы не будем!
Глубоко вздыхая, она резко поднялась из-за стола и, передав малышку сидящей неподалеку Бет, шепнула мужчинам, округлившим глаза от ее реакции, что пойдет сменить Карла на посту, и если они не присоединятся к ней в ближайшее время, то подарка им не видать. Мартинез, уже было вставший следом за ней, был усажен на место, дернувшим его за край рубашки Диксоном.
– Сидеть! – рявкнул реднек, показывая, что нельзя сейчас бежать за Нейти. – Уйдем чуть позже.
Удивленный их поведением Тайриз, что-то пробормотал себе под нос, и вернулся к Кэрол, покрасневшей от принятого алкоголя. Она, уже не стесняясь, подпевала девушкам, и обнимала, мило улыбающуюся Сашу.
– Но я… – начал помрачневший латинос, конечно, правильно оценивающий всю ситуацию, но никак не желающий с этим мириться.
– Ты привлекаешь к нам внимание! Дай им хоть пятнадцать минут, пусть еще выпьют, и потом свалим, – охотник старательно улыбался, глядя в зал, и коротко кивал, встречая знакомые лица.
– Знаешь, Диксон! Я тоже хочу выпить, но здесь, даже глоток в горло не лезет! – буркнул латинос, огорченный действиями реднека, ему нетерпелось узнать, что за подарок их девочка приготовила.
– Хватит ныть! Я тут виски припас для нас. Так что успеешь, – обнадежил Дэрил, надувшегося друга, и усмехнулся, встречая его грустную
Еще долгие, томительные минуты ожидания и наступившая для двоих свобода, они вырвались из душного помещения, и ринулись к вышке, на которой горел неяркий свет, туда, где ждала их она.
========== Вышка. Свой праздник ==========
На темной улице двое, с тяжелыми и безнадежными мыслями в головах о том, что все приехавшие, останутся на ночь, ведь из трезвых и бодрствующих, в столовой только дети и они, уже сбежавшие оттуда, спешащие к своей девушке.
Прочь от шума и духоты, пусть и огромного, но такого давящего своими стенами помещения. Сигареты, выкурены прямо на ходу, у каждого своя пачка, у каждого, вроде бы, свой вкус, но вот она перед ними, и сердца обоих замирают, при виде ее, мило улыбающейся, что-то увлеченно рассказывающему Карлу. Никто из этих троих никогда, наверное, не поймет за что им это наказание, почему так получилось, но кажется, что никто из них, уже и не стремится к тому, чтобы разобраться в происходящем, наслаждаясь проведенными вместе днями, часами, минутами. Привыкая, друг к другу, становясь неотъемлемой частью жизни своей маленькой семьи.
– Карл! Какого черта ты все еще здесь? – громкий голос Диксона и, Нейти с мини-шерифом задрали головы вверх, в удивлении одновременно изгибая брови. Их беззаботное воркование, было слишком резко прервано ввалившимися на вышку мужчинами, которым нетерпелось, наконец, оказаться наедине со своей девочкой, вдали от суеты и толпы вопящих людей.
– Мы просто увлеклись разговором, – поднялась она с матраса, когда-то небрежно брошенного на пол, подав мальчишке руку и потянув его вверх. Подростка с сияющими глазами, только что растрепавшего все домашние секреты, не могло расстроить ничего, даже грозный взгляд Дэрила и его хмуро сведенные брови. – Иди к отцу, Карл! – кивнула Граймсу девушка и подарила ему легкий поцелуй в щеку, наблюдая за румянцем, не заставляющим себя долго ждать и целиком сдающим детские чувства мини-шерифа.
– Пока, Нейти! – уже почти скрывшись за дверью, обернулся младший Граймс и смущенно потер нос, вновь отворачиваясь и с топотом спускаясь вниз.
– Так о чем это вы так ворковали? – поинтересовался Мартинез, падая на освобожденный мальчиком матрас и скидывая с себя ботинки, устроился со всеми имеющимися на данный момент удобствами.
– Не скажу! – хитро подмигнула Нейти и приподнявшись на цыпочках, сорвала с губ, ошарашено застывшего на месте охотника, невесомый поцелуй. – Ну, вы готовы к подарку? – толкнула она Диксона пальчиком в грудь, чтобы он присел рядом с латиносом.
Мужчины лишь сдавленно сглотнули и, округлив глаза, внимательно уставились на стоящую перед ними девушку, начавшую неспешно раздеваться под музыку, звучащую в ее голове. Дождавшись лишь, когда она снимет куртку, откидывая ее прочь, они, действуя слаженно, встали, будто читая мысли друг друга и помогли ей. Одежда с тихим шорохом упала на пол, и грубые ладони заскользили по обнаженному телу, разминая ее уставшие за день мышцы, расслабляя ее, и она отдалась во власть их сильным рукам.
– Так каким должен был быть подарок? – отрываясь от ее нежной кожи, спросил Мартинез.