Бешеный
Шрифт:
— Поздравляю, товарищи! — закричал он. — С завтрашнего дня занятия возобновляются! Помещение я выбил, — сообщил он, подчеркнув слово «я». — Сегодня необходимо каждому обойти своих учеников, чтобы все явились на занятия. Там, правда, еще не все оборудовано, но уж как-нибудь…
Выяснилось, что под школу отдали помещение клуба завода «Сельхозтехника». У большинства недоуменно вытянулись лица.
— Не надо отчаиваться, — успокаивал директор. — Это все же лучше, чем ничего.
— Такая же халупа, как и наша старая школа, — констатировала географичка, —
— Тише, тише, — успокаивал ее директор. Недовольно ворчали и остальные. Один Олег воспринял все безразлично. Он весь был поглощен предстоящей экспедицией в Монастырь. «К тому же, — рассуждал он, — какая разница, где мыкать эти три несчастных года». Тем не менее он почти весь день пробегал, разыскивая своих учеников, которые были ничуть не рады возобновлению занятий.
Домой он пришел часа в четыре, наскоро перекусил и завалился спать, рассудив, что к ночным приключениям надо приступать отдохнувшим.
Едва начало темнеть, как Олег, одевшись по-спортивному, вышел из дома. Хозяйка его сборы встретила неодобрительно, но ничего не сказала. Быстрым шагом заспешил Олег к назначенному месту и скоро достиг его. Давешнего детины по имени Виктор нигде не было. Олег бесцельно шатался у дверей пивбара, но внутрь не входил, помня об уговоре.
— Здорово, старик! — вдруг услышал он и почувствовал, как кто-то хлопнул его по плечу. Олег быстро обернулся и увидел, что вместо ожидаемого детины перед ним стоит Валентин.
— А, это ты, — разочарованно протянул он.
— А вы, милорд, кого ждете, уж не Комара ли? Чем это сей полупочтенный джентльмен прельстил ваше сердце? «…И где-то в дебрях ресторана гражданина Епифана сбил с пути и панталыку несоветский человек».
— «Ты, Зин, на грубость нарываешься…» — ответствовал ему Олег.
— Почему? — удивился знаток творчества Высоцкого. — Пошли по кружке…
Но в это время из сумрака на них надвинулась какая-то тень.
— Вали отсюда, — изрекла тень, обращаясь к Валентину, и Олег узнал в тени того, кого он с таким нетерпением ждал. Узнал его и Валентин.
— О, Губан! — удивился он еще больше. — Так вот кого ты ждал, — повернулся он к Олегу. — Интересные у вас друзья, товарищ учитель истории. Как бы они вас действительно не впутали в историю. «Так случиться может с каждым, если пьян и мягкотел».
— Ты еще здесь, бык эфиопский? — угрожающе произнес Губан.
— Ухожу, ухожу… «А он все прет, здоровый черт, я вижу: быть беде».
— Поканали, — буркнул Губан Олегу, — . ты чего с этим шмыгалом базарил?
— Да он сам привязался, — стал оправдываться Олег.
Но провожатый уже не слушал его, он молча зашагал вперед, видимо, хорошо ориентируясь в потемках. Олег двинулся за ним, стараясь не отставать. Шли довольно долго. Стало совсем темно. Губан достал фонарик и освещал себе путь. Шел он быстро, и Олег едва поспевал за ним.
Осень дышала тем пронзительным холодом, от которого хочется поскорей спрятаться
— Пришли, — шепотом сказал Губан, и от этого хриплого шепота учителю стало совсем не по себе. Еще больше похолодало. Поднялся ветер. Олег с тоской оглянулся на огни Тихореченска. Губан, видимо, почувствовал его состояние. Он закурил и, пустив струю дыма в лицо Олега, насмешливо спросил:
— Что, учитель, заскучал?
— Да нет, — отозвался Олег, — все нормально. Они стояли, прижавшись к шершавому камню стены. Губан, казалось, чего-то ждал.
— На кой хрен тебе этот Монастырь? — неожиданно спросил он Олега. — Чего ты туда лезешь?
Только Олег собрался ответить, как неподалеку от них что-то звякнуло. Олег вздрогнул и шагнул назад.
— Это Комар бутылку через стену бросил, — шепотом пояснил Губан, — знак подает, что готов встретить. Пошли.
Они прошли несколько десятков метров вдоль стены, пока Губан не остановился.
— Вроде здесь, — прошептал он. — Стена тут пониже и сильно выщерблена, так что залезть на нее будет нетрудно. Вот тебе кусачки — проволоку перережешь, и веревка, — он достал из-за пазухи кусок тонкого каната с узлами и металлическим крючком на конце. — Зацепишь за штырь на стене, к которому проволока прикреплена, и спустишься, а там тебя Пантюха ждать будет.
— Какой Пантюха? — не понял Олег.
— Ну Комар! Ты, главное, не бойся и за колючку не хватайся.
— Да как же я залезу, ничего ведь не видно? — Олег провел ладонью по шершавой стене.
— Спокойно, паренек, не суетись, — Губан осветил фонариком поверхность стены, — видишь выбоины, вроде как ступеньки, мы пацанами тут не раз лазили, ты присмотрись… Я буду светить. Давай-ка подсажу.
Чувствуя себя последним дураком, Олег с помощью Губана начал восхождение. Лезть было довольно легко. Через несколько минут учитель был у края стены. Он ухватился за штырь, достал веревку и накинул крюк, потом перерезал проволоку и наконец залез на саму стену. Она была очень широкой, и Олег, удобно усевшись, перевел дух.
— Ну как, — услышал он снизу, — нормально?
— Нормально, — отозвался он. — Спускаюсь. Спускаться было еще проще, чем карабкаться.
Скоро Олег уже стоял на земле.
— Ну вот и молодец, — услышал он голос рядом и узнал Комара.
— Что дальше? — спросил он.
— Надень халат, сойдешь за санитара. Напарник мой кемарит, так что никто не помешает. Проведу тебя прямиком в отделение.
— А потом? — спросил Олег.
— Ты же хотел познакомиться с этим прорицателем, вот и познакомишься.