(Бес) Предел
Шрифт:
— Вы шутите? Сейчас?!
— Не шучу. Прямо сейчас. Начнем с плечевого пояса, — принимаюсь расстегивать рубашку, наблюдая за, наконец-то, растерянной Олесей.
Глава 25
В принципе, мне и так гореть в аду, одним хреновым поступком больше, одним меньше, а тут даже и не поступок, так, баловство, как некогда говорила мама. Хотя если эта маленькая шалость вызывает во мне выброс эндорфинов, то почему бы и нет? Сейчас, наблюдая растерянность на лице Олеси, я понимаю, что мне это безумно нравится. Как только расстегиваю последнюю пуговицу и тянусь скинуть рубашку, Олеся хватает меня за руку, но сразу же ее отпускает, стоит мне только взглянуть ей в лицо.
— Что
— Ничего. Просто раньше вы не хотели массаж, а теперь делаете это не с целью его получить… а с другой.
— Какой же?
— Это вы у себя спросите.
— Допустим, я не знаю.
— А я тем более.
— Может ты просто не умеешь его делать? Тогда так и скажи. Прибавим одно очко в мою пользу и будет два-один.
— Я умею! — резко произносит Олеся.
— Тогда начинай. Мне как, на стульчик присесть?
— Присаживайтесь, — уже более спокойно и собранно отвечает она. — Но сначала я вымою руки.
И только, когда я посмотрел вслед удаляющейся Олесе, до меня вдруг дошло, что это может плохо закончиться. И нет, дело не в новых четырех дырках где-нибудь в области шеи, это не так уж и страшно, а вот… черт. Ну что за хрень живет у меня в башке? Хватаю со столика бокал и вновь наполняю его виски. Делаю очередной глоток, за ним еще и еще, до тех пор, пока не слышу позади себя Олесины шаги. Надо это прекратить и вообще переселить ее в отдельную квартиру. В маленькую однушку в центре города около ресторана. Точно, так и надо сделать. Ставлю обратно бокал и поворачиваюсь к Олесе, которая уставилась на меня, сложив руки на груди. Я был уверен, что пиджак она не снимет, ан нет, все же пришла уже без него, в черной шифоновой блузке без рукавов. Вообще, по факту, блузка некрасивая, да еще и по горло, но Олесе идет, я бы сказал выглядит она в ней утонченно. И мой браслет красуется на руке, это мне определенно нравится. А вообще с хрена ли мне выселять Олесю? Я же и не вижу ее толком. Нет, пусть живет, да и в массаже нет ничего дурного.
— Ну, вы долго на меня еще будете смотреть? Или никак не можете придумать, чем бы еще меня унизить? Если не придумали, могу распустить некрасивые волосы.
— Придумал, конечно, лифчик не по размеру, грудь слишком выпирает. Или ваты напихала? — удивительно, но это первое, что пришло мне на ум, хотя я в принципе не рассматривал ее грудь, тем более, что в такой одежде это сделать проблематично.
— Нет, заказала на китайском сайте силиконовые вставки в бюстгальтер. Трусы, кстати, еще купила, с поролоновыми ягодичниками для визуального увеличения… собственно попы, — да уж, еще больше удивительно то, что Олеся выдает ответ с такой с легкостью, да так уверенно, что я невольно задумываюсь над тем, что это правда.
— Ну-ка повернись, попку я еще как-то не заценил.
— Мне кажется, пора прекратить. Будем считать, что все это наше с вами сегодняшнее странное общение, следствие употребленного вами алкоголя и усталости, нашей общей усталости. Хотите массаж, тогда присаживайтесь.
— Нет, мне здесь не нравится, пошли в другое место, — беру Олесю за руку и веду к кабинету, на что она явно сопротивляется сначала замедленным шагом, потом и вовсе вырывает свою ладонь.
— Давайте я вам сделаю расслабляющий массаж лица и шеи, если хотите еще рук, только сегодня без спины, в общем, я не хочу идти к бассейну, нам не нужен массажный стол.
— А я тебя туда и не веду.
Делаю несколько шагов вперед и открываю кабинет, пропуская Олесю первой.
— Заходи. Да не съем я тебя, чего ты так смотришь?
— А зачем в кабинет?!
— Здесь очень удобное кресло, — а еще здесь зеркала на полстены, где я смогу за тобой понаблюдать со всех ракурсов. Да уж, кажется, дело не только в алкоголе, мне снова пора к психологичке, а лучше к психиатру.
Олеся проходит внутрь, оглядывается по сторонам и вдруг резко поворачивается ко мне.
— Ты чего?
— А
— Да сдалась мне твоя силиконовая задница.
— Поролоновая.
— Мне без разницы.
— У вас странный кабинет, зачем тут такие зеркала? — резко меняет тему Олеся, вновь скрещивая руки на груди.
— Чтобы любоваться своим красивым телом и лицом.
— А если серьезно?
— За тем, зачем и тебе накладная попа, вместе с грудью.
— В смысле?
— В прямом, — наклоняюсь ближе к ее лицу и шепчу на ухо. — Чтобы увеличить пространство, глупышоночек.
— А мне кажется, его тут и так много.
— Значит снова надо съездить в клинику и проверить твое зрение.
Пододвигаю кресло на середину комнаты и тут же сажусь в него, не снимая с себя рубашки. Нечего еще больше ее смущать, расстегнутой и так будет достаточно.
— Начинай.
Когда я брякнул про массаж у меня и мысли не было, что Олеся реально будет его делать. И то, что сейчас эта малявка сама взялась за мою рубашку и немного приспустила ее с плеч, для меня что-то сродни шока. Кажется, я так громко сглотнул, что только глухой этого не услышал. На приспущенной рубашке дело не закончилось. Олеся совершенно не замечая моего устремленного на нее взгляда в зеркале, обхватывает мою шею ладонями и слегка надавливает большими пальцами. Нет тебе никакого удушения или удара вилкой в сонную артерию. Не знал бы, что позади меня Олеся, сказал бы, что я в салоне, а массажирует меня какая-нибудь профессиональная массажистка. Лицо у нее настолько сосредоточенное, что мне даже не хочется ее задирать. Хотя сейчас мой язык так и просится что-нибудь ляпнуть, да поострее. Но если быть объективным, все, что я могу сейчас произнести будет откровенной ложью, ибо задирать по факту ее нечем. Рассматриваю ее вздернутый, немного курносый нос, и понимаю, что можно сходу ляпнуть про ее ноздри, чем однозначно смогу вывести ее из себя, но даже будучи под градусом, я прекрасно осознаю, что все у нее нормально с этой «широконоздревостью». Прибавка в весе действительно пошла ей на пользу, лицо покруглело, правда сейчас, даже при наличии небольшого количества косметики, она стала выглядеть как… девочка. И нет, это не принадлежность к полу, когда я причислял ее к среднему роду, тут другое. Она просто выглядит как девчонка. Может дело в том, что поправившись, у нее появились щеки, от того и лицо стало каким-то кукольно-детским, но факт остается фактом, передо мной самая что ни на есть девчонка. Хотя, как должна выглядеть нормальная девушка в восемнадцать лет? Да именно так и должна. Просто это пятнадцатилетние пошли как потасканные мадамы. А Олеся как раз соответствует своему возрасту.
— Олесь, а если серьезно, ты проводишь почти все время в ресторане, так как там дела?
— Хотелось бы лучше, но все нормально, честно. Просто надо чуть больше времени. Не бывает всего и сразу. Ну в вашем случае все по-другому. Вы мужчина, у вас другой склад ума и вообще… Не знаю, как это сказать, но я и не думала, что это может оказаться так интересно. Это затягивает.
— Я бы сказал-это охрененно затягивает. Только я не понял, как же мечта петь? Все, досвидос?
— Если бы не вы и ваш ресторан, я бы и не пела. А так каждый день, точнее вечер, я пою, иногда кто-то просит и в обед. Я после некоторых чаевых от радости чуть не обделалась.
— О, Боги. Ясно, — смеюсь в голос, на что Олеся чуть сильнее сжимает мышцы шеи.
— Не напрягайтесь. Расслабьтесь, иначе какой в этом смысл.
— Хорошо, расслабляюсь. А где ты поешь? Там же не было нормальной зоны для вокала?
— Так я же вам показывала смету и новый план помещения. Уже как два месяца все есть.
— Я не смотрел.
— Вы шутите?!
— Нет. Не останавливайся. Мне по барабану какой там интерьер, я тебя просил не трогать кабинет, еще одно помещение и название. На остальное пофиг.