Берсеркер
Шрифт:
Возможно, мелькнула у него безумная мысль, это следствие того, что диаметр кольца равен ровно трети длины окружности...
К ним присоединился доктор Йенари, пришедший тем же путем, что и Тупелов. Склонившись над серым полотном, ученый занялся анализом его состава; Темешвар, помогавшая полковнику Маркусу, выпрямившись, знаком показала министру, что хочет поговорить с ним наедине. Кивнув, Тупелов включил шифратор, закрывший выделенный канал связи.
— После того как мы выберемся отсюда, мы направимся домой? — спросила Элли.
— Во-первых, как вы полагаете, сможем ли мы отсюда
Элли вздохнула:
— За всю команду я не скажу, все же шесть лет — это очень большой срок. Но лично я не взбунтуюсь и буду продолжать поиски до конца. Разумеется, Фрэнк тоже с нами.
И снова его любопытство было задето.
— Маркуса я еще могу понять. Ему брошен вызов, и он ни за что не признает себя побежденным. Но вы...
— Знаю. Один раз я уже отказалась от своего сына. Но потом я встретила людей, не знавших его, и они боготворили Майкла. — Она снова повернулась к Тупелову: — А вы сами сознаете, что ведете себя так, будто он — ваше божество?
— Гмм...
Нечто похожее уже приходило ему в голову ночами.
— Потом я познакомилась с ним...
Элли умолкла; выражение ее лица резко изменилось. Она медленно подняла руку, указывая вдаль, словно увидела заблудшего Майкла, бежавшего по жемчужной петле. Маркус, только что присоединившийся к ним, завращал объективом. Тупелов стал перестраивать увеличение, осуществляемое лицевым стеклом.
На расстоянии нескольких километров — определить точнее в данных условиях было очень трудно — на одном из широких изгибов показался зеленый пух.
— Кажется, это деревья. — Элли вернулась на общий канал связи.
— Деревья...
В одном слове полковник выразил нескрываемое презрение, однако он вынужден был признать, что Элли права. В этом жутком и в то же время прекрасном пространстве, где навыки лучшего пилота ничего не стоят, могут расти и деревья, причем это ничуть не увеличит тайну окружающей обстановки.
Взгляд Тупелова, возвращаясь вдоль дороги, на которой росли предполагаемые деревья, вдруг на полпути до того места, где он стоял, наткнулся на нечто такое, что тотчас же замер. Министр собрался было сообщить о своем новом открытии, потом подождал, увидел ли это еще кто-нибудь, кроме него, и наконец был вынужден заговорить:
— По-моему, там люди. Небольшая группа движется в нашу сторону.
Йенари, поспешно вскочив с корточек, стал проверять показания приборов. Судя по всему, он решил, что весь небольшой отряд, оказавшийся за бортом корабля, попал под действие сильных галлюциногенов.
— Я тоже их вижу, — ожили громкоговорители Маркуса. — Определенно, это люди. Человек двадцать, движутся компактной группой. Без скафандров. Кажется, они одеты в обычные пилотные костюмы.
Тупелова вызвал капитанский мостик:
— Сэр, мы увеличили изображение. Вне всякого сомнения, это выходцы с Земли. И компьютер опознал по крайней мере двоих из них как членов экипажа «Гонфалона».
Это был один из исследовательских кораблей, о судьбе которого на «Иоганне Карлсене» так ничего и не знали.
Впоследствии Тупелов
Новое сообщение с мостика:
— Сэр, кажется, эти люди не очень-то рады вас видеть. И здоровыми их не назовешь. Они похожи... они похожи на беженцев...
И еще через несколько минут:
— Сэр, среди этой группы находится какая-то машина!..
В скафандре Тупелова, как и в скафандрах всех остальных, зазвучал пронзительный сигнал тревоги, означающий, что в эфире обнаружен определенный зловещий радиокод.
— Быстро назад к кораблю!
Отдавая этот приказ, Тупелов понял, что в нем нет необходимости; еще у него мелькнула мысль, что приказ скорее всего запоздал.
Майкл обнаружил, что все силовые течения ведут к Таджу. По крайней мере в том случае, если ищешь именно его. Стоит только выбрать цель, и уклониться от нее уже становится невозможно. Как стало невозможно просто приблизиться к Таджу и осторожно взглянуть на него с безопасного расстояния. Едва увидишь его, едва решишь подлететь поближе — и тотчас же тебя опутывают его серые петли. Быть может, желание скорее бежать прочь было бы удовлетворено. Но судьбе было угодно распорядиться иначе...
Влив в себя содержимое памяти Координатора, Майкл увидел с новой точки зрения то, что уже сам видел однажды, давным-давно. Тогда он смотрел глазами Ланса — это было в тот раз, когда на него впервые примеряли «Ланселот». В одном из самых засекреченных отсеков Лунной Базы находилась неуклюже сделанная и весьма неточная модель, и Майкл глазами Ланса видел, как техник пишет под ней название. Значит, еще тогда на Земле знали об этом, хотя и очень немного. Возможно, Тупелов знал, как знали берсеркеры, каким образом то, что люди называют «Тадж», связано с происхождением Майкла Джейлинкса.
Успешно завершив охоту на берсеркеров в окрестностях Альпина, Майкл полетел прямо через Черную Шерсть в направлении Ядра. Почти с самого начала лететь приходилось против сильных встречных течений, полет шел в условиях непрекра-щающихся штормов. Майклу в лицо хлестали потоки радиации. Дорогу преграждали вырывавшиеся из неиссякающих фонтанов созидающего горнила Ядра колонновидные облака материи, движущиеся туда, где им было суждено рождать новые звезды.
Майкл летел и летел вперед, переходя из полетного гиперпространства в нормальное пространство и обратно. Он пересекал места, где полет в нормальном пространстве проходил с большей скоростью. Вокруг него все сложнее и плотнее становились следы порядка. Майкл успел отлететь от Черной Шерсти всего на несколько сот световых лет — слишком маленькое расстояние, чтобы заметно приблизиться к центру Ядра, — и вдруг перед ним показался Тадж. Он достиг цели значительно раньше, чем ожидал.