Берсерк
Шрифт:
— Что еще?
— Еще неожиданным оказалось подавление мятежа, ни за что бы не поверил, что он способен на такое. Людей и без того мало, а он пристрелил его. Хотя должен сказать, что, с моей точки зрения, решение было абсолютно правильным.
— Да, дисциплина должна быть, иначе бардак. В капралы его порекомендуешь?
— Нет, сэр. Командиром был выбран другой солдат. Его я порекомендую в ефрейторы. Иначе сложится нездоровая атмосфера.
— Тут одна загвоздка. На него бумага пришла, он подозревается
— Сэр, мы можем потерять хорошего солдата: если ему добавят еще пять лет, у него пропадет стимул, а это чревато. К тому же у его сокамерника характерная кличка, и я уверен, что повод убить, у этого парня был.
— Так что ты предлагаешь?
— Отписать, что проведено расследование и трибунал принял все необходимые меры. Глубже копать они не будут, у них своих дел по горло.
— Я согласен. А этому, как его, Чиче придумай какое-нибудь наказание. Что-нибудь эдакое, что он не скоро забудет.
— Непременно, сэр.
Рота радостно взревела, увидев выходящих из леса победителей с флагом. Группа из пяти человек приблизилась к машине. Тот, что нес флаг, вышел вперед, воткнув древко в землю и, встав по стойке «смирно», спросил:
— Господин капитан, разрешите обратиться к господину сержанту?
— Обращайтесь, солдат.
— Спасибо, сэр. Господин сержант, ваше задание выполнено, флаг захвачен, противник уничтожен. Потери личного состава роты — девяносто пять процентов. Доложил рядовой Кемпл, сэр.
— Хорошо. Построиться!
Все в красной краске, солдаты выстроились перед сержантом. И только пятеро были абсолютно чистыми. Нет, грязи хватало и на них, зато они не выглядели, словно жертвы маньяка-потрошителя.
— Ваше обучение и подготовка закончены. Прошло пять месяцев, теперь вы солдаты. Поскольку хоть и с огромными жертвами, но вы выполнили поставленную задачу, то сегодняшний день можете отдыхать. Уже завтра за вами прибудет корабль, который доставит вас на постоянное место службы.
Весь оставшийся день солдаты посвятили чистке оружия и мытью. Кроме того, новоиспеченные капралы и ефрейторы под немного завистливыми взглядами остальных пришивали себе новенькие лычки на не менее новую форму, выданную взамен изорванной.
Миха позвонил домой и, снова удостоверившись в том, что родители не знают, что с ним произошло, сказал, что его повысили и предложили более выгодную работу, на которую он согласился.
— Так что в ближайшее время меня не ждите, — сказал он в трубку. — Работа на год-два, очень интересная и прибыльная. Здесь солнце, пляжи и все такое прочее. Все, пока.
— Домой звонил? — спросил Барбос.
— Так точно, капрал.
— Вольно, ефрейтор.
Как и сказал капитан, на следующий день после обеда на орбите завис транспортный корабль, и десяток челноков подняли с планеты новоиспеченных
23
Сначала было довольно-таки интересно: настоящий межзвездный переход, на настоящем космическом корабле. Все вызывало любопытство, а вид из иллюминатора, а точнее, из имитатора, завораживал. Но довольно быстро приелось, стало скучной обыденностью.
Кубрики мало чем отличались от камер, разве что в камере размещалось по два человека, а здесь сразу по шесть. Зато предоставлялась полная свобода действий в пределах отведенного сектора, покидать который разрешалось только членам экипажа. Здесь был даже свой бордель. Цены откровенно кусались, но истосковавшиеся за многие годы отсидки в тюрьме по женским прелестям солдаты быстро спустили все деньги, скопленные за месяцы обучения на базе, на проституток, а некоторые даже те средства, что заработали в шахтах нелегким трудом. Впрочем, сейчас это особо никого не угнетало.
Судно явственно замедляло ход, а это означало, что пришел конец длительному пути. Вскоре на экранах, заменяющих иллюминаторы, показался огромный бок пересадочной пристани.
— Кот, одолжи две сотни, а?
— Нет, Винт, не одолжу.
— Ну, Кот, одолжи, — продолжал клянчить Винт. — Ты же знаешь, я отдам.
— Винт, ты опять спустишь деньги на баб, а двести реалов — это наша месячная зарплата в учебке. Нет и еще раз нет.
Винт махнул рукой и отошел, увидев еще кого-то, у кого можно было разжиться деньгами.
Миха его понимал: до разгрузки оставалась всего пара часов, и неизвестно, когда появится новая возможность вплотную пообщаться с женщинами.
Транспортное судно пришвартовалось рядом с артиллерийским крейсером, возле которого сновали маленькие суденышки: на крейсере проводился мелкий ремонт. Открылись люки, и седьмая рота вместе с остальными подразделениями пошла на выход.
— А я думал, нас спустят так же, как и подняли.
— Медведь, ты представляешь, сколько здесь народу, чтобы его десятью челноками перетаскать на планету? — спросил Барбос.
— Смутно.
— Ну вот видишь, нас спустят как обычных пассажиров.
— Теперь прошу вас подождать в зале ожидания, — сказал сопровождающий их матрос.
— И долго?
— Вон там на табло уже висит расписание, — показал сопровождающий. — Ваш отлет в три пятнадцать. Сейчас два сорок. Подождете немного, рядом с часовым табло высветится номер вашего причала, и вас спустят на планету. Все очень просто. Может быть, задержат минут на пять, не больше.
— Понятно. А как наши вещи?