Береника
Шрифт:
— Дамы… э-э-э… что здесь происходит? — нарисовался в дверях последний герой предсказания. Окинул взглядом кружащих по комнате нас, моргнул озадаченно… М-да, с догадливостью здесь как-то не очень. Только Вилей мог взять себе такого советника.
— Милый, девочка все узнала. Помоги мне ее поймать.
Я даже рот приоткрыла от изумления. То есть как это — поймать? Храмовникам сбагрили, бросили и забыли — а теперь поймать? Но Анрис просьбу супруги воспринял вполне себе нормально и стал заходить с другой стороны.
Мамочки…
—
На ладонях привычно расцвели огненные лепестки.
Боевые действия мелкого масштаба удались на славу. Под прицельным обстрелом Амари рухнула на узорчатый ковер и прикрылась уже многострадальным диваном. Сквозь пелену паники, ярости и обиды я даже удивилась: ей-то чего бояться, сама ведь огненная колдунья. Анрис лишился своей идеальной шевелюры и теперь щеголял подпаленными лохмами. Еще и от Шаши хвостом по лбу схлопотал.
Собственно, после этого подвига на меня нарычали, скрутили и подсунули к горе-мамаше.
— Не хочу-у-у! Спасите, помогите, убивают! — А что, имею я право хотя бы раз в жизни истерику закатить?
Видимо, нет, потому что дальше события развивались совсем уж не по плану. Амари склонилась надо мной, искры в ее глазах сделались до того яркими, что дыхание занялось. Я смотрела как зачарованная… А в душе медленно таяла боль.
Высохли слезы, дышать стало куда легче. И прошлое отошло куда-то на задний план, будто и не со мной было. Сориты, драные платья, пинки и упреки, дар, который хотели отобрать… Забыли. Пережили.
Если бы не звуки, ворвавшиеся в мой неожиданно ставший спокойным мир, так бы вечность и просидела.
— Фу-у-ух, Вересковая еще не видывала, чтобы правительница с такой скоростью по улицам носилась, — пропыхтела Астрия. — За тобой не угонишься, детка. Ой, мужчина, а вы кто?
Так, что там еще за мужчины шастают? Пришлось спешно покидать укрытие.
В гостиной царил феерический бардак. Мне даже стыдно стало, самую малость. Ковер прожгла, хозяина тоже подпортила, мебель переворачивали общими усилиями. Кстати, а с чего это господин советник без чувств валяется?
Зверская рожа возвышающегося над ним тахесса стала лучшим ответом. И правительница на него так смотрит… ну как Бриалина когда-то. Ох, не нравится мне это…
— Ир, ты совсем того? — возмутилась я и даже руки в бока уперла. Этому волю дай, он всех переубивает!
— Сама же на помощь звала…
— Я не в этом смысле!
Верный страж моргнул без особого понимания, махнул малиновыми крыльями и угрожающе затих за моей спиной. На случай, если на вверенную ему меня еще кто-нибудь покусится.
— Не спорь с женщиной, все равно виноват окажешься, — проворчал советник все еще из положения лежа.
— Милый, ты раздумал умирать? — возрадовалась его женушка. — Вот и славно, а то у нас тут серьезный разговор намечается.
Ах да, кстати…
Я повернулась к усевшейся прямо на
— Ты кто?
Не колдунья, владеющая огнем, это ясно. А значит, и не моя мать?
— Феникс, — тепло улыбнулась женщина, отчего на пухлых щечках обозначились милые ямочки. — То есть дар у меня такой. Я могу забирать боль, когда это нужно. Тебе же стало легче, правда?
Я кивнула, изо всех сил сдерживая улыбку, но та все равно вылезла наружу. И тучу вопросов за собой повлекла…
— Так ты мне не мать? Но ведь это ты принесла меня Грину! А содержание кто присылал? И почему Анрис хотел увезти меня? И…
— Подожди, не все сразу, — подняла ладонь, призывая замолчать, Астрия. — Давай обо всем по порядку.
Киваю. Сильных эмоций теперь нет, на душе легко и спокойно. Но разобраться в ситуации-то хочется!
— Огненный дар был у меня. До того, как Вилей обманом заставил надеть его родовое кольцо. Там уж выбора не осталось, пришлось выходить замуж.
Так вот почему я с самого начала в ней родную стихию чувствовала!
— Если скажешь, что этот червяк — мой отец, честное слово, стукну!
Тонкие губы дрогнули в улыбке, женщина покачала головой.
— Хвала звездам, не он. Я уже почти год его женой была, когда к нам посольство от сависов прибыло. То есть не к нам, а к Сумрачному, он тогда с родней в очередной раз расплевался и некоторое время жил в Вересковой. Так вот, среди гостей был единственный сын самой Солнечной. Я сначала просто мужу отомстить хотела, а потом взяла и влюбилась. Даже сбежать с ним подумывала!
Из груди самовольно вырвался мечтательный вздох. Красивая история. Жаль грустная.
— А того сависа случайно не Клементом зовут?
— Ну да. — У матушки даже румянец на бледных щеках проступил. — Ты его видела? Как он там? Женился, наверное…
— Ты рассказывай, не отвлекайся, — осадил ее Анрис. — Девочке еще столько всего предстоит узнать.
Правительница собрала волю в кулак и терпеливо продолжила:
— Так вот, Клемент хотел забрать меня с собой. Но его мать, эта карга старая, не позволила! Меня из царства своего вышвырнула, сына заперла. Пришлось возвращаться к мужу, только в Пустоши я чувствовала себя в безопасности. Вилей измену, конечно, не простил, но назад принял. А вот от ребенка потребовал избавиться. Все, что я смогла сделать, это сохранить тебе жизнь.
Признаться, как относиться к услышанному, я не знала. Ни одна из сидящих передо мной женщин совершенно не походила на образ холодной предательницы, который годами рисовало воображение. Да и Клемент тот же…
— И Амари отнесла меня в сору?
Врачевательница душ чуть склонила голову набок.
— Внешность немного изменила, чтобы не узнали и Вилею не передали, и обитель выбрала как можно дальше.
Ага, с этим понятно.
— И каждый месяц присылала содержание?