Беременна поневоле

Лакс Айрин

Следователь покачал головой.

— Нет, Трофимова. Проваливай и не морочь мне голову. У меня три трупа нераскрытых только за прошедшие сутки, а тут ты со своей продолблённой щелью.

— Я буду жаловаться вашему начальству! — вскочила я.

— Жалуйся, — пожал плечами следователь. — Именно он мне и посоветовал заниматься реальными делами, а не истеричными, алчными девками.

Поход к начальству в погонах ничего не дал. Я просидела несколько часов в холодном коридоре, едва удостоилась

хмурого взгляда и была выпровожена обратно к следователю. Тот самый начальник и привёл меня обратно. Рывком распахнул дверь.

— Какого хрена она ещё тут делает?

— Я говорил, Михаил Антонович, — развёл руками следователь.

— Плохо, значит, говорил! — рявкнул начальник. — Долго ты будешь вату катать? Или работой займёшься? Выпроводи эту дуру!

— Но… — возразила я.

— Значит так, охотница за кошельками, уходи по-хорошему, — посоветовал начальник. — Пока в шалаву с панели не записали и не закрыли на пятнадцать суток! Хочешь?

Я посмотрела на решительно настроенного мужчину в погонах. Тяжёлый взгляд, полный цинизма и пренебрежения.

Я отрицательно покачала головой.

— Вот и проблема решена. А ты, Семёнов, фильтруй мусор от настоящих дел, или утопишь наш отдел в нераскрытых «висяках»!

7. Алёна

Дежурный выдал мои вещи. Я сгребла мелочь в сумочку. Её прихватила Тамара, когда привезла меня в участок. Оказывается, тогда в комнате, моя сумочка была при мне, а я даже не заметила этого.

Я доехала до клуба.

Мне претило возвращаться туда, но надо было поговорить с Тамарой. Но почему-то я думала, что она не захочет меня видеть.

Охранник Дима не пустил меня с парадного входа, мотнул головой:

— Обойди. Зайди с чёрного входа, с торцевой стороны здания.

В клубе днём было тихо. Не чета тому безумству, творящемуся ночью.

Я содрогнулась, но всё же вошла в клуб. Едва ли не бегом пронеслась до кабинета Тамары Васильевны. Она была у себя.

— Алёна?

— Да. Не ожидали меня увидеть?

Тамара откашлялась, поправила причёску и села за стол.

— Хорошо. Если пришла, давай поговорим. Только дверь закрой плотнее.

Я выполнила все действия, как автомат. Тамара подтолкнула в мою сторону вазочку с конфетами.

— Угощайся.

— Вы предлагаете мне утешиться конфеткой?

Тамара вздохнула:

— Послушай, Алёна. Я ничем не могу помочь тебе. Только посоветую в следующий раз думать, с кем связываешься.

— Вы знаете, с кем, не так ли? — двинулась вперёд, в упор разглядывая лицо троюродной тётки.

— Нет, — медленно ответила она, отвлёкшись на чашку чая.

— Врёте. Вы нагло врёте! — вспылила я.

Я чувствовала, что она лжёт!

К тому же я запомнила слова охранника, работавшего в клубе: «От этого зависит, будет ли наш клуб работать и дальше или его закроют уже завтра!»

— Мне не нужны проблемы, — повторила Тамара. — Клуб не мой. Я здесь всего лишь работаю. Я должна подавлять конфликты, решать их, а не раздувать.

— И как вы решили этот конфликт? Сколько вам заплатили за то, чтобы вы закрыли глаза?

— Как я могу закрыть глаза на то, чего не знаю?

Тамара вздохнула.

— Мне жаль тебя, Алёна. Глупенькая ты и…

Я вскочила.

— Вы не хотите видеть правду!

— Правда в том, что твои слова никто не подтверждает. Никто! — покачала головой Тамара и добавила твёрдым голосом, полным стали. — Не надо повышать на меня голос. Не ищи других виноватых.

Тамара нагнулась. В столе был вмонтирован сейф. Управляющая достала конверт и подтолкнула его в мою сторону.

— Здесь твоя зарплата за месяц и положенные тебе чаевые. Бери и уходи. Я не могу оставить тебя на работе.

— Это всё, что вы можете мне сказать?

Тамара холодно улыбнулась.

— Мне не нужны сотрудники, действующие такими гнусными методами. Не хватало ещё, чтобы это дошло до хозяина клуба. Поверь, тогда проблем у тебя будет гораздо больше, Алёна. Советую взять деньги и уйти.

Я посмотрела на конверт.

— Пухловат конверт.

— Там премия, — не моргнув глазом, соврала Тамара.

— И сколько сейчас стоит изнасилование?

— Я вызову охрану, если ты не уйдёшь сейчас же. Не нужны деньги? Можешь уйти с пустыми руками!

Тамара не бросала слов на ветер. Пока я слезливо обсыпала её обвинениями в чёрствости и корысти, за моей спиной появился охранник и подцепил меня под локоть.

— Конверт её не забудь! — бросила вслед Тамара.

— Вы мне всю жизнь сломали! Вас совесть сожрёт! — выкрикнула я.

Охранник вывел меня на улицу и сжал пальцы на плече.

— Не ори, Алёнка. Пока хуже не стало! — охранник Дима расстегнул молнию на моей сумочке и затолкал туда конверт, застегнул замочек. — И не реви.

Я вытерла слёзы рукавом, рассмеявшись.

— Кто на смене был в тот день? Ты или Сашка?

— Сашка. Но можешь не вылавливать его у клуба, — отозвался Дима. — Сашку уволили.

— Вот значит, как? Все концы в воду, как будто ничего и не было!

— Алён, — вздохнул мужчина, отводя взгляд в сторону. — Иди домой, поспи. Легче станет.

— Много ты понимаешь!

Я понимала, что выгляжу жалко, но ничего не могла поделать. Слёзы сами текли по лицу без остановки.

— Я понимаю только одно. В клубе нечего делать хорошим девочкам, — отрезал Дима.