Беременна поневоле
Шрифт:
Купюру выхватили прямо у меня из рук.
Я замерла, вдыхая уже знакомый аромат мужского парфюма. Подняв глаза, натолкнулась на ледяной взгляд Покровского, окатывающий меня волной.
Всё-таки он следил за мной…
— Что ты делаешь в женской консультации, Алёна? — Покровский протянул мне купюру, но не отдал, удерживая. — Простая проверка?
Я выдернула купюру из мужских пальцев и отворачиваюсь.
— С вами всё хорошо? — спросила кассирша, заметив тревогу на моём лице. — Не переживайте, у нас работают хорошие специалисты.
Кассирша ободряюще улыбнулась мне. Я направилась к кабинету гинеколога, чувствуя, как Покровский взглядом прожигал мне спину.
Оглянулась на мужчину — он был похож на ворона в этом чёрном. Ворон, следующий за мной по пятам.
У двери кабинета он обогнал меня и вырвал из пальцев квитанцию, пробежавшись взглядом.
— Отдай немедленно! — потребовала я.
— Собираешься делать аборт, Трофимова?
Покровский разглядывал небольшую квитанцию, словно искал в ней ответы на все загадки Вселенной. Внезапно он сложил квитанцию и яростно разорвал её пополам.
— Аборта не будет.
— Что? Да как ты смеешь?
— Не кричи! — осадил меня, распахнул дверь кабинета и сообщил удивлённому гинекологу с вежливой улыбкой. — Алёна Трофимова передумала делать аборт после разговора с отцом ребёнка.
— Что ты несёшь? Какой ты отец?!
Покровский захлопнул дверь и подцепил меня под локоть, уводя прочь.
— Поговорим в другом месте. Подальше от любопытных глаз.
Я дёрнулась в сторону, но хватка пальцев на моём локте усилилась.
— Отстань! Уйди от меня! Отпусти немедленно.
— Не дёргайся. Я не причиню тебе вреда. Не дёргайся! — прикрикнул Покровский.
Он словил мой испуганный взгляд и немного сбавил обороты своей наглости, сказав более мягким тоном:
— Ты убегаешь. Я хочу поговорить. Нормально.
— У меня есть множество причин избегать твоего общества.
— Возможно, так и есть. Но ты не даёшь мне шанса объясниться.
— Засунь объяснения в свою высокомерную задницу!
Мы добрались до гардероба. Я рассерженно хлопнула номерком по стойке гардеробной. Вездесущий Покровский проворно выхватил пуховик и растянул его, предлагая помочь с одеванием.
— Твой пуховик не кусается, Алёна.
— В отличие от тебя!
Я надела пуховик и отошла, пытаясь застегнуть его. Подкладка от торопливого движения залезла под молнию и замок заело.
— Не нервничай. Давай помогу, — миролюбивым тоном предложил Покровский
Он наблюдал за безуспешными попытками справиться с верхней одеждой.
Да пошло оно всё!
Можно и в расстёгнутом пуховике добежать до остановки. Главное, подальше от мажора, возомнившего, что он может измываться надо мной в своё удовольствие!
— Куда? — рыкнул мужчина, удерживая меня за плечи.
Потом обошёл
Как же сильно меня раздражал Покровский! Он выводил меня из себя всем — и своим идеальным лицом, и неторопливыми движениями длинных, изящных пальцев.
Хотелось впиться в его глаза ногтями и расцарапать лицо до крови. Это меньшее из того, что он заслуживал. Рядом с ним меня обуревали сильные эмоции. Меня колотило от ярости и злости, но чувства бушевали внутри, вырываясь наружу лишь учащённым дыханием и сильной дрожью.
— Вот так.
Покровский справился с замком, медленно застегнул пуховик до самого верха и повязал шарф-хомут вокруг моей шеи.
Теперь мужчина возвышался надо мной. Скользнул немного ироничным взглядом по моему лицу, покачав головой:
— Если бы не опьянение до скотского состояния…
— То что?! — нервно натягиваю перчатки.
— Ты кажешься похожей на мою бывшую невесту. Но только на первый взгляд. Присмотреться немного, и становится ясно, что ты другая. Взгляд, манера говорить. Ты держишься по-другому, но выглядишь, как она, — Покровский подтолкнул меня в сторону выхода, придерживая дверь. — Давай поговорим? В людном месте, чтобы тебе было спокойнее.
— Зачем тебе это надо?
На улице я почувствовала себя намного лучше и жадно глотала холодный, свежий воздух, испытывая облегчение.
— Ты услышала не всё!
— А-а-а… Не всю исповедь раскаявшегося в содеянном? Хорошо, давай я послушаю твои жалкие оправдания. Потом ты от меня отстанешь.
— Возможно, — Арсений махнул рукой в сторону припаркованного автомобиля. — Садись. Заедем в ресторан и поговорим за завтраком.
— Нет! — воскликнула я, поясняя. — Я не останусь с тобой наедине. В замкнутом пространстве тем более.
— Бля, ну что ты такая упёртая? — удивился Покровский. — Не собираюсь я тебя насиловать!
— Да ну? А я думала, что тебе это нравится, — огрызнулась я.
— Это была ошибка! — процедил сквозь зубы Покровский, вытащил из кармана телефон. — Да, Ваня. Нет, я не был в офисе. Приеду. Как только решу один вопрос…
Покровский отвернулся. Я воспользовалась моментом и двинулась в сторону. Но наглый мужчина успел схватить меня за капюшон, осуждающе покачав головой. Обнял за плечи, прижимая к левому боку. Я пихнула его локтем.
— О-о-ох… Ты можешь не дёргаться хотя бы минуту, Алёна? — шикнул на меня и вновь переключился на телефонный разговор. — Нет, это не тебе. Хотя… Постой, ты что-то говорил о водителе? Давай. Он как раз будет кстати. Адрес скину, куда подъехать. До скорого…
Покровский попрощался и перевёл взгляд на меня.
— Тебе не придётся оставаться со мной наедине. Минут через пятнадцать здесь появится водитель и…
— Я не стану ждать, — оборвала его я.
— И ехать не хочешь со мной, так? — усмехнулся Покровский. — До нормального ресторана минут пятнадцать пешком.