Берег скелетов
Шрифт:
Она согласилась с неохотой.
— Я не могу отделаться от чувства, что мы вторгаемся в чужую жизнь, — прошептала она. — Что ж, если вы хотите…
Я попробовал небольшую дверь, ведущую внутрь по левому борту на полуюте. Она не поддавалась, и мне показалось, что дверь заперта, но вдруг она слегка приотворилась. Мы протиснулись внутрь. Коридор был узкий и такой низкий, что мне пришлось наклониться. Я шел впереди. Еще одна дверь. Я растворил ее и онемел от неожиданности. Анна стояла рядом со
Мы увидели тела двух влюбленных.
Лицо женщины было обращено к любимому. Раздвинутые губы открывали ряд белых зубов. Темные волосы, пересыпанные песком, разметались по подушке. Опершись о локоть, он в течение веков, не отрываясь, смотрел в ее глаза… Я невольно вспомнил Шекспира…
— Уйдем отсюда… — прошептала Анна.
Мы вышли и соскочили с кормы на мягкий песок. Солнце уже скрывалось за горные вершины.
— Ничего красивее я не видела, — произнесла она. — Я бы хотела быть похороненной рядом с ними…
Тайна острова Двух кривых дюн
Мне показалось, что это просто тень от дерева, но тень вдруг двинулась, и я понял, что ошибся. Тупая морда, обросшая черными лохматыми волосами, уставилась на нас с сосредоточенной враждебностью…
Было около десяти часов утра следующего дня. Мы шли уже два часа. Русло довольно круто поднималось кверху, и каньон значительно сузился. Во время половодья вода, должно быть, мчится по нему с бешеной скоростью. Встреча со зверем произошла после того, как, преодолев теснину, мы прошли еще с милю вверх по реке.
Стайн встревоженно обернулся ко мне.
— Что за животное?
— Пойдем и посмотрим, — пожав плечами, усмехнулся я.
— Животное опасное? Или можно спокойно пройти мимо?
— Спросите у него. Я не знаю.
— Скоро узнаем. — Стайн обратился к Иоганну по-немецки.
Матрос неохотно протянул ему «ремингтон».
Стайн взял «люгер» в правую руку и зажал «ремингтон» левым локтем.
— Вперед, — обратился он ко мне. — А ты, Иоганн, подожди с женщиной здесь. Если услышишь выстрелы — поспеши к нам.
Мы приблизились к мрачному, нависающему над руслом утесу. Зверь не шевельнулся. Он лежал, поглядывая на нас. Позади него виднелось еще множество теней. Это были гигантские львы. Стайн в страхе отшатнулся.
— Лев! — воскликнул он. — Но это невероятно! Таких громадных львов не существует в природе!
Лев-часовой поднялся и глядел на нас, словно измеряя расстояние. Впервые в жизни я видел темно-коричневую шкуру и громадную темную гриву,
— Он тут не один, Стайн, — сказал я. — Взгляните, весь утес кишит ими! Придется возвращаться, Стайн!
Я рассмеялся ему в лицо.
— Никогда! Я застрелю всех…
— Не валяйте дурака. Ну, скольких вам удастся уложить, пока они растерзают нас? Взгляните сами!
На утесе началось какое-то волнение. Огромный зверь-часовой открыл пасть и замурлыкал. Это был самый устрашающий звук, который я когда-либо слышал. Львы внимательно следили за нами, ударяя по земле хвостами.
— Капский лев! — вскричал Стайн. Дрожь пробежала по телу зверя, когда он услышал человеческий голос. — Бог мой! Но ведь они были уничтожены больше столетия назад! Старые охотники утверждали, что это самое опасное животное в Африке. На равнине их уничтожили. Значит, они укрылись в горах… Берег скелетов стал их последним прибежищем…
Словно завороженный, глядел я на огромного зверя, возвышавшегося над нами. По-видимому, объяснение Стайна было единственно правильным. Берег скелетов охранял себя с помощью самого опасного зверя в мире!
— Даже будь у вас пулемет, вряд ли вам удалось бы пройти мимо этих зверей, Стайн…
— Капитулируете, капитан Пэйс? Но только не я. Мы пойдем вперед, только вперед! — завопил он.
— Что это вы столь ревностно ищете в горах Оджихипо? — напрямик спросил я. — Вряд ли какое-то пустячное насекомое. Может быть, алмазы?
Он удивленно воззрился на меня.
— Нет, капитан Пэйс, не алмазы. Нечто куда более ценное — онимакрис. Этот жук был обнаружен в пустыне Гоби и однажды на Северном Борнео.
«Одержимый», — подумал я.
— Вернемся и обсудим все на месте, — предложил он. — Но знайте — мы пойдем вперед любой ценой!
Мы осторожно отступили, внимательно наблюдая за темногривой мордой, и уже шли назад, когда я услышал шум за спиной.
— Послушайте! — воскликнул я.
Шум послышался вновь.
— Похоже на гром, — неуверенно произнес Стайн. — Но небо ясно…
— Бежим! — завопил я. — Это горный обвал! Скорее к тем деревьям на берегу! Скорее!
Анна и Иоганн смотрели, как мы, словно обезумевшие, мчались к ним.
Мы карабкались по почти отвесному склону, скользя и хватаясь за камни. Гул становился все громче, словно грохотал приближающийся из туннеля поезд метро.
Из узкого ущелья вниз по руслу покатились камни и… Нет, это был не обвал. Это были тысячи зебр.
Они промчались сквозь теснину густой массой, прижавшись друг к другу, и рассеялись по песчаному руслу реки. Грохот тысяч, десятков тысяч копыт был оглушительным.