Бен

Барнаби Дж. П.

— Я это сделаю.

Улыбка, которая осветила лицо Кейджа, и гордость в его глазах успокоили все оставшиеся сомнения Бена. Кейдж поговорил с вышибалой, который проверил свой список на наличие их имён, а затем Бен прошёл за ними по короткой лестнице, в открытую часть тускло освещённого клуба. Охранник, низкорослый, но мускулистый мужчина с ирокезом, указал на дверь в противоположной стене и показал, что они найдут хозяина там, чтобы записаться на демонстрацию.

Сводчатые потолки были высокими, как минимум в два этажа, как в перестроенном амбаре. Вдоль стены по левую руку тянулся бар, наполненный посетителями, борющимися за места. Поднятая платформа во главе зала стояла в луче света, с несколькими столиками вокруг.

Хорошо одетые Доминанты и Домины сидели за этими маленькими столиками, почти как из кафе, а у них в ногах на коленях стояли слуги, держа напитки. Бен не мог сказать, принадлежат ли слуги посетителям или клубу, пока один из мужчин не погладил по голове девушку в корсете, прикосновение, в котором было слишком много нежности, чтобы это выглядело небрежно.

С другой стороны платформы, внимание Бена поймал мурал (прим. это чрезвычайно большое произведение искусства, чаще всего картина или огромное «граффити», нанесенное на поверхность стены). От пола до потолка вдоль одной короткой стены, мурал изображал Дома в коже, поднимающегося из пепла уничтоженного города на огненных крыльях. С собой он поднимал мужчину и женщину, одетых как сабмиссивы, и они оба смотрели на него с обожанием. Тихо фыркнув от высокого самомнения в этом рисунке, он прошёл за Кейджем к двери и ждал. После гулкого стука, достаточно громкого, чтобы услышать его сквозь разговоры толпы и приглушённый клубный бит, открылась дверь в маленький кабинет позади ещё более маленького мужчины.

Бен не знал, чего ожидал, может, огромного Дома в одежде с шипами, но не этого крохотного парня. Парень не мог быть ни на день старше двадцати пяти лет. У него были коротко стриженные каштановые волосы и потрясающие проникновенные карие глаза, обрамлённые слишком длинными для мужчины ресницами. В чёрной футболке, намеренно порванной в области шеи, в красных джинсах, с кожаным ремнём с серебряными шипами и в высоких чёрных ботинках, он выглядел как горячий маленький твинк (прим. смазливый гомосексуальный юноша), который просто умолял о том, чтобы его связали. «Клубом БДСМ управлял сабмиссив... интересно».

— Привет, Джастин, моё снаряжение здесь? — спросил Кейдж с аурой властности, которую не использовал с охранником. Парень практически таял под его взглядом. Волоски на загривке Бена встали дыбом, пока Джастин хлопал своими нелепо длинными ресницами, с поддельной невинностью глядя сквозь них на его Дома. Руки Бена сжались в кулаки от очевидного флирта. Между ним и Кейджем не существовало никаких нежных эмоций, это просто не было частью их соглашения; но он полагался на то, чтобы Кейдж поддерживал его здравомыслие, держал на земле. Он определённо не собирался терять своего Дома в пользу наряженного болтуна.

— Да, Кейдж, — сказал Джастин, и перед глазами Бена появилась красная пелена. Имя Кейджа было его почётным обращением. Другие сабы называли его «Сэр» или временами «Хозяин», но для Бена и только для Бена он был «Кейдж». Огромная рука Кейджа легла на шею Джастина, на которой не было ошейника.

— Сходи и принеси его для меня, и сегодня я разрешу тебе называть меня Хозяином, — прорычал он, поправляя поведение Джастина и в то же время предлагая ему угощение. Джастин сердитым взглядом посмотрел на Бена, стоящего за спиной Кейджа, и Бен усмехнулся этому маленькому засранцу. Он привык, что парни хотят Кейджа, но Кейдж был его Домом.

— Спасибо, Сэр, — сказал Джастин, уходя на поиски снаряжения Кейджа.

Кейдж фыркнул, наблюдая, как парень уходит.

— Бен, я хочу, чтобы ты был подготовлен к тому, что сегодня произойдёт. Здесь не должно быть сюрпризов, потому что это может быть опасно. Тебе нужно знать, чего ожидать и что

требуется. Я несколько месяцев тренировался для этого, практиковался на других парнях и готовил для тебя снаряжение. Для безопасности у тебя будет помощник. Он будет стоять рядом с тобой и следить за всем, чтобы убедиться, что нет проблем, будет держать тебя на месте и сосредоточенным. Ты не будешь связан, и не будет кляпа, потому что мне нужно, чтобы ты общался со мной всеми возможными способами, — объяснил Кейдж.

Затем, без предупреждения, он схватился за затылок Бена и притянул его для удушающего поцелуя.

— Я сейчас так чертовски возбуждён. Ты не обязан был это делать, но я рад, что делаешь. Я горжусь тем, что ты мой мальчик.

Это был первый раз за их отношения, когда он сказал что-то подобное, и член Бена мгновенно отреагировал. Ничего не заводило его так, как похвала его Хозяина. Как бы он ни нервничал, он не отступит, не после этого.

— Спасибо, Кейдж, — прошептал он в шею большого мужчины, пока к его прессу прижимался твёрдый член. Боже, ему хотелось вытрахать своё нервное напряжение, прежде чем они начнут, но он не смел просить. Он вышел за своим Домом обратно в клуб, когда Кейдж закрыл дверь кабинета и развернулся, прислоняясь к ней и оглядывая зал. Стойка диджея в дальнем углу рядом с кабинетом была пустой, и Бен задумался, что за вечеринки проводят в этом клубе. Вдоль стены по правую руку, напротив бара, стояла длинная деревянная скамья. На этой скамье на коленях стояли несколько женщин и пару парней, все в крохотных кожаных шортах. Лицом к стене, со сплетёнными за шеей пальцами, они выглядели практически так, будто их там хранили, на полке, в ожидании Хозяина или Хозяйки, которые выберут их как игрушку.

Джастин поспешно появился перед глазами, неся большую кожаную сумку, напоминающую сумку с мотоцикла Бена. Заметив взгляд Кейджа, он замедлил походку. Бен фыркнул, и Кейдж посмотрел на него снисходительным взглядом. Но убрал это со своего лица, когда Джастин подошёл и с глубоким уважением протянул сумку.

— Держите, Сэр. Можете выходить на сцену, когда будете готовы, — самодовольно улыбнулся Джастин, и Бену потребовались все его долгие и упорные тренировки, чтобы не закатить глаза. Он отчасти ожидал, что этот парень упадёт на пол и станет целовать ноги Кейджа. Никто лучше него не знал, как Кейдж востребован в качестве Дома. Опытный и с отличной репутацией, он мог заполучить практически любого сабмиссива, которого захочет, и он захотел Бена.

Бена это возбуждало.

— Ты готов? — спросил Кейдж, забирая у Джастина сумку. К крайнему удовольствию Бена, его Дом практически игнорировал того парня и сосредоточился на Бене. Бен сделал глубокий, очищающий вздох, чтобы успокоить колотящееся сердце и сфокусировать взгляд, затем резко кивнул Кейджу и прошёл за ним в центр зала. Его Дом прошёл прямо мимо «сцены» или приподнятой платформы, которую они видели, когда вошли, и бросил на неё свою сумку.

Сердце Бена билось в такт музыке, доносящейся из динамиков клуба. Адреналин и страх пульсировали в слабом потоке нот. Бен очень старался не дать своим рукам задрожать. Его тела коснётся огонь, держащийся на кончиках плётки, сделанной из того же материала, что и пуленепробиваемые жилеты. Воздух в его груди застыл, отказываясь снова выходить.

— Сэл, привет, приятель, спасибо, что пришёл, — сказал Кейдж, заставляя Бена резко поднять взгляд, на долю секунды забывая о страхе и выдыхая. С тихим, отчаянным вздохом, который, как он надеялся, никто не услышал, Бен поднял глаза и поймал взгляд высокого, худого мужчины в футболке Led Zeppelin, который пожал руку Кейджа.

— Без проблем. Это твой мальчик? — спросил мужчина, окидывая Бена взглядом. Не в вульгарном или подлом смысле, а скорее оценивая Бена. Кивнув ему, он удивил Бена, протянув руку. — Я Сэл. Сегодня буду за тобой присматривать. Ты знаешь, что это значит?