Белый пират
Шрифт:
Поэтому нож мы берегли, постоянно поглядывали на него, особенно в потемках. И этот развампир умудрился забыть под деревом такую вещь! Единственную нашу связь с командой!
Солнце село. В горах мы бродили уже в темноте. Если бы не Полкан, никогда бы не нашли ту тропинку и рощу с грушемонами. Зато нож нашли сразу.
Витёк издал горловой вопль и прыгнул вперед, словно тигр на добычу. Мы сначала не поняли, это крик боли или радости. Потом заметили что на земле лежит осколок молодого месяца. По крайней мере, кривое лезвие светилось именно так.
– Я
– Ни серебра, ни стали! – выпалил ВиктОр, возвращаясь с находкой. – Белый, смотри!
– А чеснок?..
Вампир не слушал. Сейчас он снова стал моим помощником на "Милой бестии".
– Ты понимаешь, что это значит, капитан?!
Как будто я не видел!
– Значит, что прямо сейчас мы уже должны торчать на пристани Атоллы и ждать крошку, – холодно сказал я. – И мы бы там уже находились, если бы не цепочка роковых случайностей…
– По-твоему, я во всем виноват? – обиделся Витёк.
– Не ты. Бандиты. Но из-за твоей внимательности мы тоже дали крюк на несколько часов. Не скули, если Штопор вернулся в порт, надеюсь, он там хотя бы заночует. Успеем.
– А что происходит? – спросил Полкан.
– Мы долго ждали этого знака. Теперь нам срочно нужно в город.
– Ночью бандитов там может околачиваться ещё больше, – предупредил кентавр. – Давайте пройдем поверху и спустимся прямо в город?
– Ты проведешь?
– Зачем ещё я знаю все тропинки? За мной! Только ступайте осторожно, карнизы осыпаются…
6.
Вы когда-нибудь были на марсе?
Вот сейчас сухопутные крысы смеются и не понимают. "Ты еще спроси, на Луне?"
Если доказывать, что марс намного ниже луны, астрономы падают в обморок.
А посмей намекнуть ещё, что марсов может быть несколько, психиатры живо заинтересуются.
Только моряки поймут эту тоску.
Любой матрос много раз поднимался и на фор-марс и на грот-, даже на крюйс-марсовую площадку. И гораздо выше, до салингов. И на самый верх, на трюм-реи. Трюмы не только внизу, а еще и на самых верхушках мачт.
Какой оттуда вид и простор… Летишь между небом и морем и солёный солнечный ветер в лицо… Яркий, даже когда он светится от молний во время шторма. Или паутинкой оседает на лице липкий туман, когда кончик носа почти не виден, а ты с марса пытаешься рассмотреть рифы…
Вот сейчас мне видны только бом-брам-реи и трюм-стеньги моей крошки, стоящей в грузовом порту, с ненавистным флагом Черной биржи на гроте.
Не знаю, думаю, всякий капитан узнает свой корабль даже по кончикам мачт. Я узнал. И выбирал место в таверне так, чтобы видеть крошку в окно.
Мы сидим в "Морском еже", ждем заказ. Штопор пожелал разговора наедине. Моя компания где-то бродит по городу. А мы уже четверть часа сидим за столиком и молчим.
Судя по Жориной мрачной физиономии, команда выполнила мое прощальное напутствие,
– Как живется карасику на сковородке? Соскучился?
Я даже головы не повернул.
– Лучше всех! Давай по делу. Перерасчет будет?
– Да… – Жора выдержал паузу, снова затягиваясь коктейлем. Точно комар пьет через хоботок! Только кровь зеленая. Витьку бы понравилось. – Был сегодня утром в совете. За намеренный саботаж вам накинули штраф, теперь "Милая бестия" должна пятьсот золотых.
Я с усилием оторвался от созерцания мачт за окном. Так хочется придушить эту сволочь!
– А если я возьму тебя в заложники, твоя контора заплатит?
Жора понимал, что я еле сдерживаюсь, чтобы не вцепиться ему в глотку и нож у меня с собой. Охрана снаружи. Никто не успеет прикрыть его. Именно этот шальной план, явиться с заложником в зал Черного рынка мелькнул у меня в голове, но быстро рассыпался, как нереальный. Штопора порезать могу. Только что это даст?
– Не хочу тебя раздраконить, Серёга, и действительно боюсь за свою жизнь, но… они не заплатят, – вполголоса сказал Мезенцев. – Только сразу отберут себе "Синего дятла".
Это что он на жалость давит? Мол, мы в одинаковом положении? Мне ещё его пожалеть?!
– Значит, слухи о постройке в кредит, правда?
Жора хмуро кивнул и уткнулся в коктейль. Как соломинка заскребла по дну, сразу заказал следующий.
– А слухи о твоих связях с морской ведьмой?
Капитан грозной шхуны вздрогнул и поперхнулся. Кашляя, нервно оглядывался по сторонам, очень боясь чужих ушей.
– Откуда слухи? – прохрипел он. – Кто болтает?
– Ее семья.
Я ухмыльнулся. Прав Костя, без наводчицы не обошлось!
– Ты даже не представляешь… – еле слышно произнес Жора, тараща глаза, чтобы подчеркнуть жуть своей тайны.
– Где уж мне! И теперь что? Превращаешься в огромный штопор, пока тобой не откроют бутылку?
Я шутил!!.. Честное слово, просто ляпнул, что пришло в голову. Но предсмертный хрип Мезенцева, залитый опрокинутым залпом вторым коктейлем, доказал, что я задел его печень острым крючком или разом потопил все его линкоры. Так тебе! Будешь знать, как со мной играть в морской бой!
Я тоже отпил зеленую гадость с оливками и листочком мяты. Внутри разлилось тепло. Не коктельное, а моральное. Если я угадал ход мыслей такой стервы, как Маруська, скоро смогу зарабатывать на жизнь телепатией! Приятно, ежа тебе в глотку! Отличная штука дедуктивный метод. Как бы раскрутить его на действие, при котором он превращается?
– И так каждый раз, когда…?
– Угу, – понуро подтвердил Жора. Даже не понял, что не назвал условие. Думает, я всё уже знаю. И леший с ним.
– Понимаю, Серёга, ты не просто пришел слушать глупые постановления совета, – тон Штопора стал сообщническим. – Ты на самом деле хочешь вернуть корабль. И готов на всё, да?