Белый пират
Шрифт:
– А у нас и так замечательно получается, – добродушно откликнулся Полкан.
Он совал крабам копыто в клешню, пользуясь тем, что оно нечувствительно, как толстенный ноготь. Краб цеплялся за край, а кентавр прицельно, через весь пляж кидал улов к костру. Там уж Лёха, пользуясь палками как щипцами, запихивал краба в котелок и не забывал держать крышку, чтобы не выскочил. Иногда Полкан забрасывал добычу прямо в котелок. Напарник только успевал приподнять и снова захлопнуть крышку.
– Мы уже шесть штук наловили! Каждый – во!
– Молодцы! – непередаваемо язвительно похвалил Витёк. – Ну и как мы теперь узнаем, что среди них нет зеленых в звездочку, ядовитых!
– Ядови…? – Полкан в ужасе дернул копытом, стряхнув краба не в кастрюлю, а назад, на Витька.
Вампир с воплем отмахивался от чудовища фонарем. На луч фонаря отовсюду неторопливо, но неотвратимо стали сползаться крабы. Подняв клешни, они словно признавали Витька своим повелителем. Среди них были и зеленые. Он в ужасе уворачивался, пытаясь вырваться из кольца.
Наконец я заметил, что дело неладно.
– Брось мне фонарь!
Витёк бросил. Удивительно, даже не разбил. Я указал лунатикам новую светящуюся дорожку, обратно к воде. Потом резко развернулся, затеняя фонарь собой. Крабы отстали, снова считая единственной госпожой луну.
Я подошел к костру. Полкан в сотый раз извинялся, Лёха пристыжено молчал.
– Что теперь?
– Может, в котелок посветишь? – спросил Полкан.
– Там уже все красные, одинаковые, – безнадежно вздохнул Витёк. – Думаешь, как ими травятся? Только выбросить всё…
– Лично я не собираюсь сидеть голодным, – буркнул я. – И так всё паршиво.
– Будем на собачках испытывать? – у Лёхи прорезался природный сарказм.
– Да мне всё равно. Сдохну так сдохну. Отрывай мне по одной лапке на пробу.
– Капитан… – Витёк начал урезонивающую речь, но понял, что бесполезно. Только предложил действительно пробовать в собачьем образе, так надежнее.
– У собак иммунитет к яду не сильнее, чем у людей, – спокойно, в своей манере сообщил Полкан. – У кошек сильнее.
– Это намёк? – взвился Львиный Хвост.
– Я только говорю, что яд гадюки, например, для кошки опасен меньше, чем для собаки и человека. Их устойчивость выше то ли в четыре, то ли в шесть раз… Забыл. И ещё у ежей высокая устойчивость. И у мангустов.
– Ладно, давай пробовать по очереди, – решил Лёха. – Как я не сообразил, про зеленых?! Собственная бабушка должна меня задушить, если узнает такой позор! Так что я не сильно рискую.
Мы съели по одной крабовой ноге, подождали… Передали проверенную еду Витьку и Полкану. Съели ещё по одной клешне… ещё по одной… Оказалось, все лунатики поймались серые и коричневые, зеленых не было. Или яд действует позже?
Этим оптимистичным вопросом ковбой нас после ужина доконал.
Сил бояться уже не было, мы начали ржать и кататься по пляжу. Со стороны прохожие могли думать, что мы бьемся в агонии. Распугали
Наконец улеглись спать. Мы с Лёхой поближе к костру, где теплее. Кентавр мог спать стоя, он нашел удобный камень, чтобы прислониться и выступ скалы как раз под голову, вместо подушки. Витёк как всегда постелил своё покрывало и завернулся в него, одно слово, интеллигент. Под утро я страшно замерз и превратился в собаку, поймав последний краешек уходящей луны.
8.
Что я знаю о других мирах?
Интересно, в них дают бесплатное пиво? Потому что здесь уже не дают. Мы клюнули на это объявление, как щука на живца, зашли в "Поляну пиратов" и оказалось, что бесплатны первые двадцать кружек для самых ранних посетителей. А до нас уже прошли девятнадцать.
Взяли одну на четверых, выпили по глоточку, и друзья ушли искать средства обеспечивающие обед, а меня оставили думать.
Ушли… Нечего наговаривать, сам остался. Сижу за стойкой, встать не могу. "Идите одни", – кто сказал? Витёк сразу забеспокоился:
– Ты чего?
– Толку от меня вам не будет.
– Лунная депрессия? – съехидничал Лёха. Я кивнул.
– Пошуршать извилинами хочу. Если собираемся куда-то идти, нужен план.
– Даже если туда, не знаю куда? – ковбой думал, что это шутка.
– Особенно для этого направления.
– Думай, – Витёк взял инициативу в свои бледные ручки. Объяснил, что перед выходом в рейс меня раньше сутки не трогали, себе дороже! Видимо, путешествие по суше имеет такое же свойство для моей нежной психики. И увёл компанию в курортные пригороды, на разведку. В городе возможностей много, но сохранить заработок нам здесь точно не светит. Пока шли сюда, встретили четыре патруля гвардии. Шастают, как саранча!
И теперь изволь думать о выходе в другой мир. Вернее, о том, что будет, когда мы там и окажемся. Миров много, но каждый – что-то большое, это даже не край. Как найти там те, не знаю какие, сокровища? Спрашивать каждого встречного? Если клад действительно так известен, что кто-то о нем скажет и даже знает дорогу, значит, он совершенно недостижим. Почему-то все попытки его взять срывались, если штопоровы сокровища всё ещё загорают на том же месте!
Что их охраняет?
Недоступное место? Лабиринт? Проклятье? Дракон?
Тьфу-тьфу, только этого не хватало!
Ладно, это крайний вариант. Хуже, и честно скажем, более вероятно, если о кладе никто ничего не знает. Но тогда откуда же слухи?..
Будь у Черной биржи старинная карта, зашифрованный манусткрипт, талисман-компас, письмо чертовой бабушке от любимого внука с указанием этих сокровищ, Штопор их уже бы прибрал к рукам. И хотя бы показал мне. Жорка та ещё сволочь, но в моем успехе, как ни странно, кровно заинтересован.
Я машинально оглянулся.