Белый орк
Шрифт:
– Вы люди все такие дураки?
– Не знаю, но Альберт точно дурак каких поискать.
Раненый хотел ответить той же монетой, но распухшие губы наотрез отказались разлипаться. Над дипломатом склонился пыхтящий трубкой Грум, потрогал шершавым пальцем щеку, ощупал кости.
– Жить будет, но нормально не скоро, - изрек шаман.
– Ладно, пойду к Барагу, тому совсем худо.
– Я думаю, у него какая-то форма бешенства. Так руками махал.
Альберт с большим трудом просунул язык меж губ и открыл рот.
–
– Ты избил Барага до полусмерти. Все племя тебя от него отрывало, вот помяли немножко, - ответил рыцарь.
– Тарфа теперь моя фенфина?
Орчиха по-доброму усмехнулась.
– Бараг теперь не может быть моим мужчиной. Но стать ли твоей женщиной - решать только мне.
– А ты фтанешь?
– Я подумаю.
Альберт блаженно улыбнулся и закрыл глаза.
Вопреки ожиданиям шамана, чужак провалялся ничком три дня кряду, а потом внезапно встал и пошел. Будто не было никакого боя, а человек как обычно проснулся поутру и занялся привычными делами. Первым делом Альберт засел в огороженном кожаной ширме нужнике на целый час, заставив вернувшихся с охоты мужчин постоять в мучительной очереди.
Затем добрался до оставшегося с ужина варева и выхлебал все, да еще и дочиста выскреб чан. Ничего не болело, синяки стухли, превратившись в светло-желтые пятна. После плотной трапезы чужак поспрашивал о Бараге и выяснив, что тот жив-здоров, направился к Груму.
Альберт также выяснил, что после битвы за женщину он удостоился клички - Вахул. В вольном переводе это означало Бешеный Кулак. Кочевники почтительно звали чужака Аль-Вахул или просто Берт - выговаривать людское имя целиком для многих оказалось проблематично. Разумеется, рабом его никто не осмеливался назвать.
– Что это было, Грум?
– спросил Шайн у пыхтящего трубкой толстяка. Тот лишь пожал плечами.
– Посмотри на кольцо.
Альберт поднес левую руку в глазам и заметил вдоль подарка глубокую черную трещину.
– Постарайся больше не сходить с ума, Аль-Вахул. В этом кольце сокрыта сила слишком древняя и опасная. Это все, что ты хотел узнать?
– Когда я смогу поговорить с Горраном об эльфах?
– Когда станешь полноправным членом племени, - с усмешкой ответил Грум.
– А разве чужакам нельзя обращаться к вождю? А как же послы?
– Какие еще послы? Ты единственный посол на всю Степь. После заключения Перемирия никаких делегатов тут отродясь не бывало.
– А ты можешь поднять эту тему от моего имени? У вас же есть какие-то советы, собрания...
– Грум множество раз говорил об этом с Горраном, но он отказывается идти на север. Орки не хотят, чтобы армии остроухих маршировали через Степь, ведь это единственный путь в Империю. Племена не забыли давний позор.
– И что же мне делать?
– Ждать, друг мой.
– Чего?
– Благоприятных обстоятельств.
Выйдя из шатра, Альберт увидел
– Что это за новости?
– удивился дипломат.
– С чего бы оркам тебя полировать?
– Кажется, они думают, что я святыня, приносящая удачу. Как-никак, двести лет ошивался рядом с Зарзулом. Пропах, так сказать, его благодатью с ног до головы.
– А тебя, железяку расистскую, не смущает, что дикари лапают доспех своими зелеными руками?
– О, нет, что ты. Даже наоборот - юные сыны Степи прислуживают старому вояке. Да о таком только мечтать можно!
– Кстати о старом вояке. Ты не мог бы потренировать меня?
– Знаешь, я помер немолодым, а сейчас и вовсе еле двигаюсь. Но дам тебе совет, даже два. Первый - хочешь научиться убивать орков - тренируйся на орках. И второй: используй преимущества своих размеров. Будь быстрее, ловчее и точнее. Тогда хоть горного великана завалишь.
– Спасибо.
– С тебя два золотых.
– Ты издеваешься?
– Да. Но от кусочка сала для смазки не откажусь.
– Между прочим, кто-то мне еще тайник показать должен.
– Не вопрос, Исмаил не отказывается от обещаний. Но вдвоем мы туда топать месяца два будем. Так что уговаривай вожака развернуть волов на запад и кочевать аж до самых гор.
Альберт хмыкнул.
– Не думаю, что Горрану понравится идея снова лезть в горы. В тайнике должно лежать нечто действительно ценное.
– А оно там и лежит. Знамя Первого Вождя достаточно ценно для варваров?
– Путь к Западным горам - это путь через всю Степь, через самое ее сердце, где нет ничего, кроме пыли!
– на совете племени Горран был на удивление красноречив.
– Слишком опасная затея, Грум.
– Цель оправдывает средства, мой вождь. Знамя Зарзула - величайшая реликвия нашего народа. Обладать им - значит обладать невиданной властью. Под этот стяг станут десятки племен и общин.
– Но зачем нам это? Ради чего вновь собирать Великую Орду? Да и не доверяю я железному человеку. Вахул - дело другое, но это существо... какое-то странное.
– Горран, Империи грозит раскол. Что будет дальше - не видят даже духи. Среди людей память о войне не менее сильна, чем среди детей Степи. Многих хотят отомстить, но нынешний император выбрал тропу мира. Но она не вечна. Мы должны быть готовы к худшему. Выживание орков лишь в единстве!
– Я против! Пусть нас рассудят старейшины.
Первым как обычно молвил Джак:
– Человек прибыл к нам неспроста. Сколько нового увидели мы после его прихода. Горран, я помню тебя с детских шкур, но ничего подобного раньше не было! Долгие-долгие годы все шло своим чередом. Кочевки, поиски пропитания, редкие стычки.