Белый орк
Шрифт:
В пузыре наподобие рыбьего нашлась и мумия шамана - на удивление целая. Зарзул вообще выглядел как живой - будто поспать прилег, а не помер двести лет назад.
– И что теперь делать?
– спросил Альберт.
Тарша упала пред шаманом на колени и ткнулась лбом в пол. Плечи охотницы дрожали, будто она беззвучно рыдала.
– Посмотри в правом кармане.
Шайн перевел взгляд на Исмаила.
– А что там?
– Где?
– В кармане. Зачем смотреть в карман?
– Я вообще-то молчал. Ты умом тронулся, орочий женишок?
–
– Но у тебя же рот закрыт!
– Ох и дурак, ох и дурак... Посмотри в кармане, не испытывай мое терпение!
Альберт осторожно, чтобы не привлечь внимание Тарши, засунул руку в склизкий цветастый халат и достал оттуда вырезанное из кости колечко.
– Носи с честью, человек. За твою услугу Зарзул единожды явится на зов. Помни - лишь один раз! А теперь завалите норы и уберите отсюда проклятого червяка. И похороните меня как положено. Грум знает правильный обряд.
– Подожди, а как же Исмаил?
– Пусть идет на все четыре стороны.
Шаман замолчал. Альберт передал слова рыцарю, и тот протиснулся в ведущий на поверхность лаз.
– Получилось, - смеясь и всхлипывая крикнул мертвец.
– Я могу выйти из чертовой ямы!
– Так тебя убивать или ты сам?
– Пошел к шакалам, орколюб. Я двести лет не видел света, женщин и вина. Мне еще рано на покой!
Часть 2
Курган чинили всем племенем. Молодежь выкопала яму, старики и воины по цепочке передавали ведра с землей, Горран и Грум засыпали тоннель. Работали до самого вечера. Не поленились даже срезать несколько пластов с травой и замаскировать хорхоеву нору - насыпь получилась как новая.
С наступлением темноты вокруг кургана разожгли погребальные костры - целых десять штук, как и велит традиция. На кострах жарили мясо и пекли какие-то корнеплоды. Для орка смерть - переход из полной лишений и опасностей Степи в спокойный и сытый загробный мир, поэтому скорбеть по умершим кочевники и не думали. Наоборот - провожали с пением и плясками, а если уж и грустили, то лишь о том, что сами не лежат на месте усопшего.
Из запасов достали драгоценное и редкое красное вино, забродившее молоко лилось рекой. Грум бил в ритуальный барабан, ему вторило несколько бубнов. Альберт следил за весельем со стороны, потягивая вино из рога.
– Ты чего тут один сидишь?
– отдышавшись, спросила Тарша. Она плясала два часа кряду на радость всем мужчинам.
– А где твой железный дружок?
– Ушел куда-то. Сказал, что не хочет смотреть на дикарские гульбища. Будешь вино?
– Нет, буду танцевать с тобой.
– А хозяйке с рабом можно?
Тарша рассмеялась и схватила Шайна за руку.
– Теперь никто не назовет тебя рабом. Язык отсохнет.
Охотница втащила пленника (или уже не пленника?) в толпу ритмично двигающихся тел.
– Я же
– крикнул дипломат, пытаясь перекричать бой барабана.
– Это просто! Смотри.
Тарша топнула правой ногой, оставив на земле отчетливый след. Затем отставила ступню в сторону и ударила в ямку левой ногой.
– Повторяй! И двигай локтями будто толкаешься!
Примитивный с виду танец дался Альберту не сразу. Чтобы красиво и плавно двигать конечностями нужна немалая сноровка и навык. Но неуклюжие дерганья Шайна лишь забавляли спутницу.
– Много не пей! Тебе предстоит долгая ночь!
– Будем танцевать до утра?
– Нет. Трахаться!
Альберт замер с занесенной ногой.
– Мы с тобой?
– Все женщины племени с тобой! Зарзул одарил тебя своей благодатью! Родятся удачливые дети!
– Но я же человек!
– Без разницы! Великий Шаман указал на тебя!
– А можно отказаться?
Сестра вождя расхохоталась.
– Нет!
– Но я не смогу покрыть за ночь всех женщин племени! Это физически невозможно!
– разозлился дипломат, хотя у самого от такой перспективы изрядно грело в паху.
– Будет еще много ночей и много дней! Мы тут надолго.
Вот же напасть! Из обычного раба превратиться в сексуального! Недаром имперские мудрецы учат: бесплатный сыр без последствий не обходится.
Шайн включил мозг на полную мощность. Благо от такой интересной новости весь алкоголь вмиг выветрился. С одной стороны, женщины дипломату давно хотелось. Молодой организм, как никак. С другой - подобные оргии в Империи не поощрялись и вообще как-то это неправильно. Ну а третья, самая важная причина - далеко не все орчихи такие красивые как Тарша.
«Музыка» стихли, «скорбящие» уселись отдыхать. Вспотевшие, разгоряченные воины срывали с себя шкуры и оставались в чем мать родила. Орчихи незамедлительно последовали примеру, заставив Альберта покраснеть как помидор.
Что же делать? Шайн бегло осмотрел кочевников. Женщины отвечали томными, полными желания и страсти взглядами. Мужичины, наоборот, зыркали с плохо прикрытой ненавистью. Как бы какому ревнивому муженьку не сорвало крышу - иначе никакой благословление не спасет Альберта от проломленного черепа.
Несколько раз дипломат всерьез подумывал использовать кольцо. Пусть Зарзул сам нисходит в бренный мир и выполняет свою работу. Но тратить бесценный подарок на глупость, когда он может пригодиться для действительно важной проблемы...
Альберт упал на колени и схватился руками за голову. Варвары вмиг сосредоточили на чужаке все внимание. Женщины так и вовсе разволновались не на шутку.
– Слышу!!!
– возопил Шайн.
– Зарзул говорит со мной!
Горран подскочил к пленнику и обхватил лапищами за плечи. Ситуация была более чем серьезная. Вдруг великому Шаману не понравились похороны? Так и беду на племя недолго навлечь! Лишь Грум тихо посмеивался, уплетая вяленое мясо.