Белый орк
Шрифт:
Крестьянин горестно вздохнул и потопал за топором.
— Мы можем уйти и спрятаться среди холмов, — гнул свою линию целитель.
— Ага, и быть как на ладони для лучников. К тому же, я могу уйти, ты, Сандрия, а о Тарше подумал?
Эльф был явно не согласен с доводом, но возражать не стал. Пусть она и орк, но в первую очередь — пациент. А бросать их в беде — самый страшный проступок для лекаря.
Кувва сложил избу из тонкий сухих бревнышек — добротный лес не рос даже в горах. Прорубить такую преграду не составило труда. Исмаил управился за пару минут. Бойницы
Рыцарь выглянул в щель и осмотрелся. Дома крестьян стояли в шахматном порядке по обе стороны дороги. Безродные гуртились за ближайшей избой, не решаясь атаковать. То и дело слышались испуганные возгласы о нежити и каком-то проклятии. Как бы действительно все не кончилось факелом на крыше. Однако для этого еще нужно преодолеть полсотни шагов по открытому пространству.
Исмаил поднял опрокинутый стол и прислонил к стене. Потом схватил Таршу и усадил сверху так, чтобы охотнице было удобно стрелять. Лук и колчан нашлись под лавкой, и вскоре орчиха уже выцеливала врагов.
— Сандрия, иди за мной.
— Куда это вы? — забеспокоился Рансу.
— В сени. Будем валить безродных оттуда — там обзор лучше. Не волнуйся, я прикрою госпожу своим бесстрашным железным телом.
— Этого-то я и опасаюсь, — фыркнул целитель.
— А ты не стой столбом. Готовь свои тряпки и настойки, могут скоро понадобиться.
Исмаил и Сандрия вышли в сени. Волчица осторожно высунула острую морду из-за бочки. Убедившись, что это свои, спряталась обратно. Рыцарь мысленно похвалил Стрелу. Уж лучше пусть сидит тихо, чем мешается под ногами и подставляется под удар.
Доспех чуть приоткрыл дверь и протиснулся бочком за порог, оставив узкую вертикальную бойницу. Эльфа присела на одно колено и сощурила глаза. Враги пока не высовывались, но нужно быть готовой к любому раскладу.
— Эй! — раздался из-за стены голос Архата. — Черти! Выходите с поднятыми руками! Обещаю, не тронем. Только нежить спалим и все!
— Себя спали, баран безрогий! — огрызнулся рыцарь. — Что стоишь, дрожишь? Штаны не намочил еще? Выйди и дерись как мужчина.
Главарь сухо рассмеялся в ответ.
— Я-то мужчина, не переживай. А что ты такое — одним духам ведомо.
— Ну так выйди да посмотри.
— Ладно! Я пошлю парня на переговоры. Не хочу с потусторонней хренью связываться. Но учти — чтоб все по честному!
— Обязательно! Даю слово! — крикнул Исмаил и уже тише сказал лучнице. — Целься в любого, кто вылезет из укрытия.
— Но…
— Просто целься. На всякий случай.
Из-за стены выполз какой-то забулдыга с длинными грязными космами. На древке копья болтался обрывок некогда белой скатерти. Потряхивая этим флагом (или просто лапы дрожали?), переговорщик сделал десяток шагов к дому Куввы и остановился.
На него цыкнули, но орк рявкнул в ответ нечто вроде "сам иди", скрасив фразу отборными матюгами. Убедившись, что "посол" замер от страха, Исмаил чуть присел и шлепнул эльфу по упругой попке. Девушка от возмущения спустила тетиву, и безродный, крякнув, рухнул на
— Двадцать семь, — хихикнул рыцарь.
— Так… так нечестно! — воскликнула лучница. Ее почему-то больше возмутил подлый прием, чем шлепок по ягодице.
— Ну раз такая справедливая — иди и отдайся им. У орков знаешь какие? — Исмаил вытянул руку и рубанул ладонью по сгибу локтя.
Сандрия покраснела и натянула тетиву.
— Ах ты пес! — заревел Архат. — Что стоит твое слово?!
— Понимаешь, дружище, я — нежить, житель загробного мира. И у меня иные ценности. Так что валите отсюда пока я добрый.
— Ага, чтобы получить стрелы в спины?
— Не, — лениво протянул рыцарь. — Какой смысл тратить на вас снаряды, если вы уйдете и не вернетесь.
Довод показался Архату весомым. Безродные сбились в плотную кучу и потопали прочь от дома, на всякий случай ощетинившись копьями. Как только шайка вышла из укрытия целиком, Исмаил ущипнул соседку за другую ягодицу.
— Мог бы просто сказать, — прошипела Сандрия, кладя на тетиву вторую стрелу. Первая угодила какому-то варвару в шею, и теперь он катался по земле, захлебываясь кровью.
Мигом позже к веселью присоединилась Тарша. Пока разбойники бежали до спасительной избы, девушки успели прикончить четверых. Итого двадцать три, в уме подсчитал коварный доспех. Теперь уж точно его словам никто не поверит, даже такой дурак как Архат. Противостояние грозилось затянуться до ночи, и тогда лучницы потеряют всякое преимущество.
Однако помощь пришла внезапно, когда ее совсем не ждали. С высокого утеса в безродных полетели стрелы и камни — жители Верхнего хутора решили выяснить, что за шум, а драки нет. Увидев, что соседи в беде, похватали луки и пращи и принялись изгонять проклятых душегубов с родных земель. На практически открытой местности сражаться было куда сподручнее, чем пытаться выбить безродных из крепости.
Впрочем, толку от пускания стрел было мало — снаряды летели куда попало, а если и попадали в цель — то на излете, растеряв всю убойную мощь. Но подобный разворот сильно испугал орков, и они принялись метаться из стороны в сторону, не зная, куда деться. Один попытался скрыться в доме, но смекалистый хозяин подпер дверь. Верзила пару раз дернул ручку и упал, сраженный выстрелом Тарши.
Осознав, что смерть близка, безродные внезапно вспомнили о славных орочьих традициях и решили умереть как воины, а не загнанные в западню шакалы. Проревев боевой клич, Архат бросился на Исмаила, размахивая копьем. Часть разбойников последовала его примеру, но далеко не все добежали до двери.
Сандрия, ойкнув, вкатилась в дом. Рыцарь заслонил спиною вход и грудью принял первый удар. Броня выдержала укол копья, лишь слегка промявшись. Взмахнув верным двуручником, Исмаил отогнал особо ретивых орков, образовав перед собой небольшой пятачок свободной земли. Расстояния как раз хватило, чтобы перенести вес на левую ногу и ударить снизу вверх, наискосок. Враги отшатнулись, но один замешкался и получил сокрушительный удар в пах. Бедняга недолго мучился — его затоптали соратники, едва он упал им под ноги.