Белый олень
Шрифт:
– Не нужно так делать, - напомнил он.
Я обошла Гвен, чтобы идти подальше от них. Не понадобилось много времени, чтобы меня заменила другая девушка, да еще и с красивыми синими глазами и рыжими волосами. Хотелось бы, чтобы здесь был Анта. И я могла бы уткнуться лицом в его шерсть, чтобы глаза перестали гореть от сдерживаемых слез. Сколько еще он будет вдали от меня? Я думала, что он меня никогда не бросит. А если с ним что-то случилось? Если его поймали… или еще что похуже? В горле застрял комок, я не могла дальше об этом думать.
Я
– Хоть тебе я нравлюсь, - мягко сказала я.
Как бы мне ни нравилась Гвен, она не была моей, и боль в груди от потери Анты – и отца – все еще горела огнем, который то потухал и становился угольком, то снова вспыхивал, и так по кругу. Сколько еще раз я потеряю кого-то важного для меня?
Мы медленно шли по лесу. Саша притихла, а Казимир взобрался на Гвен. Я шла неподалеку и молчала. В Вельхеване было нечего собирать, а Казу было не на что охотиться, а потому есть и пить было почти нечего. Ягоды манили на каждом углу. Вдалеке я слышала журчание, а над нами пели птицы, но мы так и не могли ничего здесь взять. Нельзя было ничего есть и пить, а синий лес казался безграничным.
– Мы хоть спать здесь сможем? – я обратилась к Саше, что шла по другую сторону от Гвен. Мои ноги отяжелели от долгой ходьбы.
Она появилась позади Гвен.
– Думаю, да. Но кто-то должен нести дозор ночью. Особенно…
– Что? Из-за клацающего монстра? Может, скажешь, кто это? – сказала я.
Она сглотнула. Я видела, как комок в ее горле упал вниз.
– Это Водяной.
Я пожала плечами.
– И это значит?..
– Это сама загадка, - ответила Саша. – Он питается твоими проблемами, сталкивая тебя с самым ужасным страхом.
Каз уставился с Гвен на Сашу.
– Худшие страхи? Как он это делает?
– Это щелканье – это его тело, он ходит по лесу. У него толстый панцирь вверху на теле, и под ним – странная склизкая часть с кучей ног. Он ходит по кругу, ожидая, пока ты станешь настолько напуганным, что станешь его легкой добычей. И он впрыскивает в тебя парализующий яд, в сознании проявляются худшие страхи, а ты не понимаешь, что происходит. Ты думаешь, что это реально. Победить Водяного можно, лишь преодолев свой страх. Иначе он тебя съест.
Каз выпрямился в седле. Его руки напряглись, он смотрел только вперед. Я обхватила тело, чтобы согреться. Это звучало ужасно, но теперь я понимала, почему Саша не хотела оставаться одной. Теперь я все понимала, особенно, почему так много людей Хальц-Вальдена боялись леса Ваэрг. Из-за монстра, Водяного.
Как бы я ни старалась, я не могла согреться. Кожа была такой холодной, а зубы стучали, а все потому, что я не могла перестать думать о страхах, поджидающих нас за деревьями.
Глава одиннадцатая: Древесная нимфа Вельхевана
Мы решили идти и ночью.
Мое тело все еще требовало еды и воды. Странно, но лес намеренно меня обманывал, я чувствовала совсем другое.
– Вельхеван очаровывает нас, - сказала Саша неуверенным голосом. – Он убаюкивает колыбельной. Не давайте… О, бабочка. Смотрите, какая красивая! Нет, не смотрите. Лес пробуждает счастье, нужно сопротивляться.
– А бабочка красивая, - сказал Каз, протянув к ней руку.
– Нет! – мы с Сашей крикнули в унисон.
– Не трогай, - сказала Саша. – Она может быть пропитана ядом.
Моя ладонь тянулась к густой траве, а язык хотел узнать вкус ягод с куста. Журчание ручья манило издалека, а нам приходилось пить мутную воду из речки, что мы прошли до Вельхевана. Я разочарованно застонала.
– Борись с этим, - сказала Саша. – Лес пытается подавить тебя, манит в ловушку, - но и она, говоря это, тянулась к цветку…
– Нет, Саша! – окликнула ее я.
Она выпрямилась, чуть не столкнувшись с лошадью.
– Я слабая. Я не могу… сражаться с таким слабым телом.
– Нужно быстрее убираться отсюда, - сказала я.
Каз отклонился, раскинув руки. Пришлось поймать его руку, чтобы он не упал с Гвен.
– Ох, но взгляните на небо.
– Держись, Каз. Это лес Ваэрг, а не дворец в Цине.
Он надул губы и наклонился вперед. Вельхеван, похоже, вернул в него напыщенного принца.
– А знаете, что я хочу? Я хочу лучшего шоколада Цины и лакричную конфету. Я хочу замок из имбирных пряников, как мне мама подарила на десятый день рождения, хочу меч с рубинами на рукояти…
Каз продолжал перечислять желания, а Саша выглянула из-за Гвен.
– Он всегда такой?
– Нет, - сказала я. – Лес на него влияет. И, похоже, превращает обратно в избалованного ребенка.
Саша захихикала.
– Какой же из него король. Не зря мы его называем Тупой Принц.
– Что? – я в мгновение ока была по другую сторону от Гвен и притянула Сашу к себе. – Да как ты посмела?..
– Так я задела за больное? – оскалилась она.
– О чем ты?
Ее оскал стал улыбкой от уха до уха.
– Это разве не очевидно?
Мои щеки вспыхнули.
– Не понимаю, о чем ты.
– О тебе и принце, - сказала она, склонившись ближе, чтобы Каз, все еще перечисляющий желаемые предметы, нас не слышал. – Он тебе нравится.
Я с возмущением отвернулась.
– Не смеши меня. Я застряла здесь с ним, потому что хочу вернуть своего оленя и найти тех, что убил моего отца.
– Это ты себе говоришь, - сказала она. Я слышала насмешку в ее голосе. – Стой, ты сказала, что ищешь оленя?