Белый джаз
Шрифт:
Время смотреть кино.
Время проявки и монтажа – кто это сделал?
Дейва Клайна – исполнителя роли убийцы – оставляют в живых. Время идет – есть два варианта:
– я сделал это исключительно по принуждению – и забыть обо всяких вуайеристах;
– федералы и ребята из Управления – попадись им эта пленка, и никто не сможет предугадать, что за этим последует.
У меня ведь есть и теории на сей счет!
К примеру: Джонни сам позвонил мне.
Сам попросив встретиться тайно.
Я рассказал об этом Бобу Галлодету.
И
Чик знал размер моего «гонорара».
Чик знал мой меч.
Чик знал ИХ – или тех, кто с ними связан.
Чик знал, что Джуниор спутался с Кафесьянами.
Чик сдал меня ИМ.
Уверен на 99 % – убить Джонни Дьюхеймела меня вынудили.
1 % сомнения – а я ли его убил?
И последнее слово:
Мне это не понравилось.
Я побрился и принял душ. Осунувшийся, с очередной порцией седых волос – выгляжу на все свои сорок два, если не больше. Когда вытирал шею, противно саднили следы от ожогов: сухой лед – мой актерский грим. Мой меч и пять «кусков» подле него – тактика устрашения в чистом виде.
И я знаю, куда вложить эти деньги:
Набираю номер «Хьюз Эйркрафт» – трубку снял сам Пит.
– Бондюран.
– Это Дейв Клайн, Пит.
Проняло. «Ты ни разу не звонил мне на работу. По делу, да?»
– Дело на пять штук «зеленых».
– На двоих?
– Твоя доля.
– Значит, это не подстава, как в прошлый раз.
– Нет. На сей раз надо прижать к ногтю крутого парня.
– Ты и сам с этим неплохо справляешься.
– Речь идет о Чике Веккио, и мне прекрасно известно о той работенке, которую решили провернуть ты, Чик и Крутой. И я хочу сыграть на этом.
– И не скажешь мне, откуда ты об этом узнал.
– Не скажу.
– И если я откажусь, ты не обидишься.
– И здесь ты прав.
– А когда ты прикинул, что без меня тебе с Чиком не справиться, ты решил позвонить – оба-то мы точно провернем это дельце.
– Ты поразительно догадлив.
На том конце провода – стук костяшек пальцев по столу: Пит взвешивает за и против.
– Давай семь. И еще пару вопросов.
– Семь.
Щелк-щелк – омерзительный звук. «Так что стряслось-то?»
– Чик сдал меня Кафесьянам.
– Так убей его. Вполне в твоем стиле.
– Мне нужен информатор.
– Чик – крепкий парень.
– Семь. Да или нет?
Щелк-щелк – в трубке что-то затрещало – тяжелые ладони убийцы. «Согласен при одном условии. Я всегда думал, что Чик – грязный, вонючий итальяшка и именно из-за него и его Крутого братца Микки и затеялся с этим треклятым шантажом знаменитостей. Насколько я знаю, Микки всегда ко мне хорошо относился, и я буду рад оказать ему услугу, лучшей платой за которую будет то, что он наконец перестанет строить из себя гребаного киномагната и снова станет вести себя как белый человек. Так что я должен делать?»
– Помочь выбить из него информацию и, если нужно, полить грязью самого Чика – если он побежит жаловаться Сэму Джи. Ибо мафия не любит подобных штучек, что затевают Чик
– Значит, ты хочешь подловить его за этим делом. Я возьму с собой фотоаппарат, и там приступим.
– Верно. Если нам не придется долго ждать.
Стук-стук…
– Пит, ну же…
– Дай мне два дня.
– Т-твою мать.
– Не ругайся. Чик собирается уложить в постель хренову шлюху Джоан Кроуфорд [26] . Надеюсь, ради такого ты подождешь?
26
Джоан Кроуфорд (1904 – 1977) – американская актриса. Снималась в ранних порнографических фильмах. Наиболее известные фильмы – «Одержимость» (1931) и «Гранд-отель» (1932).
Кинозвезды – киносъемка: УМОЛЯЮЩИЙ ДЖОННИ.
– Хорошо. Два дня, не больше.
– При одном условии, Клайн.
– Слушаю.
– Если Чик вздумает мстить, убьем его.
– Договорились.
Меня ведут – я ощущаю движение воздуха и слабо различаю какой-то туннель – стены – сплошное зеркало. От самого паха вверх – щекотная дрожь и сухое тепло.
Боковые двери.
Зеркальные стены.
Серые тени – полы плаща?
Я помчался в Линвуд, наплевав на ограничения в скорости.
Сперва – угол Авиэйшн и Гибискус – тот самый таксофон на углу. Монетку в щель – набираю номер:
«Пасифик Коут Беллз»: исходящие звонки с таксофонов не регистрируются.
Сид Ригль заявил, что на самоубийц у него – ничего.
Дом 4980 по Спиндрифт: по-прежнему пуст. Квартира на первом этаже налево не заперта.
Четыре пустые комнаты – как будто Джонни здесь и не было.
В ту ночь шел дождь, а сейчас ярко светило солнце. Бесцельно кружил по улицам, не узнавая абсолютно ничего. Кварталы, кварталы, кварталы одинаковых пустых домов на четыре квартиры
Смутные воспоминания прошлой ночи – вроде как меня куда-то несли. Трава, боковые двери – поворот направо.
А может – через двор, в квартиру направо – кино снимать?
Всю ночь шел дождь, а сейчас ярко светило солнце – может, шляпки грязи?
ПОШЕЛ:
Шесть кварталов – тридцать с чем-то домов. Дворы, заросшие влажной от утренней сырости росичкой, – никаких следов. Все двери с правой стороны забиты, заколочены крепко-накрепко – все пыльное, ни малейших следов недавнего взлома.
Джонни смеется. «Но почему Линвуд, Дейв?»
Улицы, улицы – и ничегошеньки больше.
Вот черт!
Центральный архив Полицейского управления Лос-Анджелеса. Картотечный ящик – дела о кражах со взломом начиная с 1950 года.
Агент Милнер:
«Нам удалось узнать, что Томми разыскивал некоего парня по имени Ричи – фамилии мы не знаем, зато знаем, что Томми и он вместе увлекались джазом и грабили Дома».
Ну, дело Томми-то наверняка уничтожено, а вот этого самого Ричи вполне можно отыскать.