Шрифт:
Нину Скрябину, долговязую, рыжеволосую, некрасивую девицу из девятого «А» не любили ни пацаны, ни девчонки. Над Ниной не издевались. Ее не обзывали. Ей не строили козни. На нее просто не обращали внимания. Нина поначалу сильно расстраивалась, подолгу плакала, уткнувшись в подушку, жаловалась маме. Мама утешала как могла. А потом Нина привыкла. Им на нее плевать, и ей на них тоже. С ролью тени невзрачная Нина смирилась уже к концу первого класса. Так и дошла потихоньку она до тех событий, о которых пойдет
Летом после девятого класса мама решила отвезти Нину на свою родину в славный город Ленинград. По набережной погулять, развод мостов посмотреть, в Эрмитаж сходить, в Петергоф съездить, полюбоваться на белые ночи, когда, не заботясь о времени, можно подолгу наслаждаться видами славного города с историей.
Досталась маме в наследство от ее родителей небольшая комната в коммунальной квартире в одном из ленинградских «колодцев» недалеко от Летнего сада, там и остановились. До мостов пешком дойти можно. И вот шли мама с Ниной по набережной, наслаждаясь великолепным зрелищем поднятия мостов и необычайным явлением белых ночей. Более всего Нину заворожил Дворцовый. Как плавно разъехались две части моста, и как пошла вереница барж. Внимание же всех глазеющих привлекала еще и компания высоченных подростков.
И вдруг среди них Нина к своему удивлению увидела одноклассника – Сережку Воронова, красивого, видного мальчишку, спортсмена, любимца всей школы, отличника учебы. Сережка, как и все остальные, никогда не замечал Нину. Вот и в ту ночь девушка решила прошмыгнуть мимо, никак не обнаружив своего появления. Лишь только маме тихонько шепнула:
– Мам, вон Сережка Воронов. Надо же! Ночью в Ленинграде встретились! – и потянула маму за руку мимо компании ребят.
Но тут вдруг услышала голос за спиной:
– Нинка? Скрябина?
Нина вжала голову и лишь ускорила ход, но Сережка догнал прибавивших шаг Нину и ее маму.
– Нина! Привет! А я смотрю, знакомое лицо! Ничего себе! Ночью в Ленинграде! Вот это да! – Сережка бурно выражал свои эмоции.
Нина не могла поверить своим ушам. Красавчик и мечта всех девчонок Воронов узнал ее ночью в чужом городе, да еще и окликнул? Этого не может быть! Нина тихо поздоровалась, представив свою маму:
– Это Елена Ивановна. Моя мама.
Сережка схватил руку Елены Ивановны и начал энергично трясти:
– Очень приятно. Здравствуйте. Добрый вечер. Как ваши дела? – стрекотал он как сорока.
«Похоже, парень искренне рад встрече с нами, – снова удивившись, подумала Нина. – С чего бы это?»
Но Сережка мгновенно сам все объяснил.
– Мы тут с командой на первенство союза по баскетболу приезжали. Почти два месяца здесь. Сначала тренировались и достопримечательности смотрели, потом соревнования. Так по дому соскучился, сил нет, а тут вы идете. Привет из родного города. Ох как же я рад!
Казалось, он готов был кинуться обниматься, лицо его сияло.
– Когда же домой? – спросила Елена Ивановна.
– Завтра! – Громогласно сообщил Воронов. –
– Как это бродите? – не поняла Елена Ивановна.
– Ну из гостиницы мы уже выехали, так что как-то ночь перекантоваться надо, да мы сейчас в аэропорт поедем.
– На чем? – опешила мама Нины. – Автобусы только в шесть утра пойдут, на такси денег куча нужна. Сколько вас? Где тренер?
– Поймемте, я вас познакомлю, – спохватился Сергей.
Тренером оказался мужчина приятной наружности под два метра ростом. Он широко улыбнулся и подал руку Нининой маме:
– Владислав, – коротко представится он.
– Елена, – ответила мама и тут же засыпала мужчину вопросами. – Как же так? До утра еще пять часов. Где вы ребят мотать будете? Это же дети. Так нельзя.
Тренер окинул взором свою команду.
– Орлы! Это мои орлы! Ничего, все нормально. Спасибо за беспокойство.
Тут начал накрапывать дождик, и Елена Ивановна забеспокоилась еще больше.
– Вот и дождь пошел. Как же вы?
– Мама! – прошелестела Нина, – давай их к себе возьмём. Человек пять у нас можно разместить, а остальных к бабе Вере, она не откажет. Они в блокаду все в одной комнате жили, она на днях мне рассказывала.
– Правильно, доча. А ну-ка, давайте все к нам, тут недалеко. Чайку попьем, да и бутербродов всем нарежу.
Ребята радостно загалдели.
– Эх, Елена. Вы даже не представляете, во что ввязались! – подмигнул тренер, – гляньте на этих оглоедов, – он любовно окинул взглядом ребят. – Самый маленький у нас – Васька Белов.
В этот момент от компании отделился подросток и галантно кивнул в духе гусара:
– Честь имею.
Вся компания дружно рассмеялась. Нина не заметила, как и она сама стала звонко и переливчато смеяться.
– Так и он – метр восемьдесят, малыш наш, – продолжил Владислав.
Новый взрыв хохота пролетел над Невой.
– Пойдемте, пойдемте! Ничего не хочу слышать, никаких отказов! – все еще смеясь, Лена взяла под руку мужчину.
– Так! Орлы! Нас приглашают в гости!
– Ура! Здорово! Ух ты! – разнеслось со всех сторон.
– А далеко идти? А чая дадут? А может и борща нальют?
Сыпя шутками, ребята дружною толпою направились к дому. И тут вдруг Нина впервые почувствовала себя королевой. Мальчишки стали наперебой с ней знакомиться, шутить. И Нина вдруг стала отвечать на их шутки, она заразительно смеялась, и, осмелев, даже взяла под ручку двух ребят, а они, опережая друг друга, стремились понравиться Нине. Они рассказывали анекдоты, веселые истории из своей спортивной жизни, подначивая друг друга.
Когда пришли домой, то конечно же никто не лег спать. Все расположились в Нининой комнате, и еселье продолжалось. Ребята проявляли безудержный интерес к Нине. Они словно бы соревновались – я самый лучший! Обрати на меня внимание! Нет я! На меня посмотри!