Белужга
Шрифт:
Странно, но никакого шумового фона слышно не было. Похоже, Медынец уже куда-то приехал.
– Не умничай, - сухо сказал тот.
– Есть не умничать. На берегу реки, наблюдаю за объектом.
– И как?
– Порядок.
– Хорошо. Сможешь его оттуда убрать?
– В смысле?
– не понял Кротов.
– Куда?..
– Куда хочешь. Подальше. Чтобы не мешал. И расспроси его про вчерашний вечер.
– Да он все расск...
– Ты что, приказа не понял?!
– крикнул Медынец.
– Понял, господин лейтенант!
–
– Разрешите исполнять, разрешите бегом!.. Вот же послал Господь напарничка. Ни тебе здрасте, ни тебе где он... Слушайте, Федор, а что вы все-таки делали здесь вчера вечером?
– Сидел...
– И читали. В это время, - подсказал Кротов.
– Не совсем. Я задремал...
– Христофоров явно что-то обдумывал. Потом сказал: - Слушайте, я вам, конечно, расскажу, только давайте будем считать, что это был сон, хорошо?
– Интересные у вас сны.
– Кротов покачал головой.
– Интересно, что сказал бы герр Фрейд.
– Ясно, что...
– буркнул Христофоров.
– У него все к одному сводится.
– Не без этого. Слушайте. А не сходить ли вам домой? А я за вас посижу.
– Не хочется домой...
– Ну тогда в библиотеку, - пожал плечами Кротов.
– Посидите, книжку почитаете, и чайничек там у вас есть... Понимаете, мне вас надо зачем-то отсюда убрать. Ну не бить же по голове, согласитесь!
– Соглашусь, - вздохнул Христофоров.
– По голове не надо... Договорились. Буду в библиотеке. А вы мне потом все расскажете?
– Ну уж как получится...
Христофоров встал, отряхнул брюки и, не прощаясь, убрел в сторону библиотеки.
Неужели не врал?
Кротов тоже поднялся на ноги и быстро двинул в сторон моста.
Петр Медынец
Сказать, что Медынец разобрался в происходящем, было нельзя.
Дверь в "ящик" открыта. Куча народу заходит туда как к себе домой - и никто не в курсе. Эта же куча народу, видимо, разбирает и потом собирает обратно стену в подвале. За стеной были тяжелая коричневая дверь и смутно знакомый коридор.
Коридор привел их с Кореневой в комнату. Медынец шагнул внутрь - и прикрыл глаза. Потом снова открыл.
– Так не бывает...
Форма помещения, в котором он стоял, внятному описанию не поддавалась. Потолок - почти правильный пятиугольник где-то около двух квадратных метров площадью. Пол тоже в виде пятиугольника - но крайне неровным и с одним углом, направленным вовнутрь. Стены - неправильные трапеции - были исчерчены черными линиями толщиной с палец, и в одной из них был дверной проем. На полу линий было всего восемь, прочерченных от всех стен, кроме той, в которой была дверь; четыре тянулись к пустому пространству, четыре - к черному кругу, нарисованному на полу. Над этим кругом под самым потолком на четырех же балках висело красноватое кольцо...
И
Например, было отлично видно, как один из "служителей" подошел к Кореневой, и та молча кивнула. Медынец сконцентрировался на них и сказал:
– Ребята, вслух, пожалуйста.
– А, я и забыла совсем, - картинно вздохнула Коренева.
– Там, кажется, твой приятель пришел.
– Чего?..
– Молодой человек, соберитесь. Там, наверху, шляется ваш коллега. Он нам сейчас очень нужен?
Даниил Кротов
У входа в "ящик" Кротов остановился, достал телефон и набрал Медынца. Тот оказался вне зоны доступа.
– Проклятье... Куда он подевался?
Кротов вытащил из кобуры пистолет и вошел в здание. Постоял в темноте, прислушиваясь. Потом включил фонарик в телефоне и осветил пустой пыльный холл. Серые крапчатые плиты пола, невнятно-бежевые стены со следами от снятых зеркал, темная пещера гардероба. Непрошеные воспоминания. Кем бы он был сейчас в "Секретных материалах"...
Телефон в его руке дрогнул. Кротов, зашипев от злости, глянул на экранчик. Сообщение. Очень вовремя...
"Абонент находится в зоне доступа сети".
И тут же Кротову послышалось негромкое треньканье. Он выключил фонарик и сунул телефон в карман. Подвал. Действительно, вряд ли Медынец - или тот, кто завладел его служебным телефоном - сначала выключил его, а теперь вдруг включил.
Надо искать внизу.
Кротов прошел мимо гардероба к лифту - "На кой черт в четырехэтажном здании лифт?" - открыл дверь на лестницу и шагнул вперед.
Ирина Коренева
– Что дальше?
– спросил Медынец, вволакивая оглушенного Кротова в комнату.
– Поставь у стены, - ответила Коренева.
– Он же не памятник...
– Значит, положи, а там по ситуации.
– Ну-ну.
– Медынец нервно дернул плечом.
– Что-то мне это...
– Сворачиваемся, - сказала Коренева, и ее "группа" тут же двинулась к выходу.
– Эй!
– Медынец выхватил пистолет, что отобрал у Кротова.
– Никому не расходиться!
– Тогда слушай и выполняй, - усмехнулась Коренева.
Медынец уложил Кротова в круг, мрачно спросил:
– Дальше что?
Люди, вставшие обратно по своим местам, принялись раздеваться. Ирина кивнула на пятиугольник:
– Раздевайся до пояса, снимая обувь и вставай туда.
Ее "группа" неуверенно переглянулась, но Коренева отправила им четкий приказ: "Молчать". Медынцу вовсе ни к чему было знать, что это ее обычное место. Тот между тем разоблачился. Повертел в руках пистолет, завернул в рубашку, положил на пол. Покосился на Кореневу, которая тоже сняла свою маечку и осталась одних старых джинсах и босиком.