Белочка

Грин Хелена

— Я тебя л… — на этом месте волшебница замерла на мгновение, а потом сказала совершенно другое: — Надеюсь на твою сознательность.

Ри быстро отстранилась и с полыхающими алым кончиками ушей, которые виднелись из-за распущенных волос, собралась было сорваться с низкого старта, как вдруг Тони перехватил ее со спину за талию, положил подбородок на плечо и вкрадчиво произнес:

— Я тоже… надеюсь на твою сознательность, — с последним словом он прикрепил к кармашку блузки напротив сердца тонкую серебристую пластинку, кажется,

с изображением лилии.

Сдерживающие девушку руки в миг исчезли. Она быстро-быстро заморгала, скрывая беззащитное выражение в глазах и быстро скрылась за дверями.

Ри поняла, что Старк понял, что именно она хотела ему сказать. А он понял, что она поняла, что он понял… Драккл, как же запутано! Но самое главное, он, с этой его тягой ко всеобщему обожанию, с его эгоизмом и какими-то скрытыми комплексами, заставляющими каждый раз буквально нарываться на комплименты… он не стал требовать от нее большего, позволив повиснуть недосказанности. Хотя, какой еще недосказанности? Как будто им нужно поизносить вслух то, что обоим и так понятно…

Тони хмыкнул вслед убегающей ведьме. И, резко посерьезнев, понадеялся, что его подарок на прощание ей все же не пригодится. Над пластинкой, на самом деле представляющей собой саморазвертывающийся при выраженной угрозе щит, испещренный рунами (цепочки вытребовал у Макгарден, под честное слово не рассказывать о готовящемся сюрпризе подруге), он работал уже давно.

Он более-менее представлял, на что способны волшебники. И конечно отдавал себе отчет, что его жена — далеко не из слабых. Но даже самого могущественного мага можно застать врасплох, а вот как раз этого для своей супруги Тони хотел избежать всеми силами.

Если что-то пойдет не так — а мужчина нутром чуял, что эта внезапная поездка на родину не так проста, как Ри ее описывает — его изобретение сможет помочь в ключевой момент.

По крайней мере, Старк на это надеялся.

Очень сильно.

***

До аэропорта Хэппи домчал ведьму в миг. На регистрацию она успела вовремя. И уже сидя в мягком сидении в бизнес-классе (об общем Тони даже слышать не хотел) и наблюдая за стюардессами, которые рассказывали о действиях пассажиров в случае чрезвычайной ситуации, девушка стерла с лица маску спокойствия и напряженно поджала губы.

Она до последнего старалась держаться, чтобы Тони не заподозрил неладное, но сейчас…

В памяти снова вспыхнули воспоминания о битве с Альтроном и последующее пребывание на Грани.

Там было темно и на удивление пустынно. Хотя, чего она ожидала от границы с Царством Мертвых? Однако несмотря на то, что вокруг никого не было, до волшебницы периодически долетали еле-слышные отголоски слов и песен. По инерции она попыталась прислушаться, но тут же одернула себя.

Нельзя слушать.

Чем больше прислушиваешься, чем громче звучат голоса, тем дальше ты заходишь в Мир Мертвых. Даже если все это время стоишь на месте.

— Мисс

Эванс? — удивленно спросил мужской голос.

Девушка удивленно распахнула глаза — сама не поняла, как зажмурила их — и уставилась на полупрозрачного мужчину. Потрепанное, но добротное пальто, трость в руках. Седые волосы и лицо, испещренное морщинами. Она не могла отсюда разглядеть цвет его глаз, но почему-то он казался… знакомым.

— Не узнаете? — по-доброму улыбнулся мужчина. — Я тоже вас не сразу узнал. Я Джон Миллер, дедушка Бетти.

Селвиг? Бетти?

Точно!

Девушку осенило.

Как она могла забыть свою первую пациентку? Девочку направили к диагносту, чтобы проверить организм на возможные отклонения. Кажется, ей собирались делать какую-то незначительную операцию и просто решили перестраховаться. А Ри заметила у Бетти раннюю стадию рака.

На тот момент, его еще можно было вылечить без серьезных последствий. К счастью, родители девочки не стали игнорировать заявление тогда-еще-студентки и спохватились вовремя. Ведьма не следила за жизнью Бетти, но судя по присылаемым каждый год открыткам на рождество, подписанных ее рукой — та о ней помнила.

Удивительно.

Обычно люди быстро забывают тех, кто принес им добро. Помнят только плохое.

Но, постойте…

— Почему вы?..

— Умер? — понятливо закончил за нее мистер Миллер и пожал плечами, словно говорил о досадной случайности: — Попал в автокатастрофу. Ехал ночью домой, когда навстречу вылетел пьяный водитель. Жаль, не успел отвезти дочери подарок на день рождение.

— Соболезную, — склонила голову Ри.

Джон рассмеялся.

— Не стоит. Здесь… здесь мне хорошо и спокойно. И никаких волнений о налогах, сумасбродном работодателе и будущих ухажерах Бетти.

— Но почему вы здесь? — неопределенно махнула рукой девушка. — Разве вы не должны быть…

— С той стороны? Да. Я частенько прихожу сюда, — мужчина огляделся. — Жду своих. Думаю, им будет приятно встретить знакомое лицо. К тому же, я уже присмотрел для наш неплохой уголок, там всем будет комфортно. А вот почему вы здесь? Насколько я вижу, ваше время еще не окончено.

— Я… — Ри опустила взгляд.

За время разговора она успела забыть, что предшествовало появлению в Мире Мертвых. Но сейчас это не важно. Она не жалеет.

— Так получилось.

— Понятно, — кивнул Джон и вдруг подметил: — А вы изменились. Нет, конечно, что-то подобное от вас и раньше чувствовалось, но сейчас… Вы словно расцвели вовсю.

Волшебница грустно улыбнулась.

Она представляла, что имел в виду мужчина. Да и мог ли призрак не заметить одну из «поцелованных Смертью»? Вроде бы, так в древних трактатах называли некромантов.

— Боитесь меня? — вскинула брови девушка.

— Нет. С чего бы? — развел руками Миллер. — Я не сделал ничего плохого ни вам, ни вашим близким. Бояться нужно вашим врагам.