Белладонна
Шрифт:
— Мистер Скотт пока еще не готов принимать посетителей, — не двигаясь с места, сообщила ему Алтея. — Но мы можем поехать в центр и встретиться с Клайном и Доннером. Они помогут освежить вашу память.
— Я никуда с вами не поеду. — Ньюмэн вскочил. — Я терпеливо и разумно отвечал на все ваши вопросы. Если вы продолжаете настаивать на задержании, я должен связаться со своим адвокатом.
— Пожалуйста. — Алтея указала на телефон. — Он может подъехать в участок. А я тем временем прошу вас вспомнить, где вы находились ночью 25 октября. Вы можете представить алиби.
— Зачем?
— Было
— Это абсурдно. — Он вытащил из нагрудного кармана носовой платок и вытер лицо. — Вы не имеете права вламываться сюда и обвинять меня невесть в чем.
— Я не обвиняю вас, мистер Ньюмэн. Я спрашиваю, где вы находились 25 октября между девятью и одиннадцатью вечера. Вы можете также рассказать своему адвокату, что мы будем спрашивать вас о пропавшей девушке, известной как Лэйси, и о похищении Элизабет Кук, которая в настоящее время находится под охраной. Лиз очень умная и наблюдательная девочка, правда, Найтшейд?
— Да.
Алтея просто великолепна, подумал Кольт. Она раскалывала Ньюмэна одними лишь намеками.
— У нас есть показания Лиз и наброски, которые сделал полицейский художник, так что информации более чем достаточно.
— Мы не рассказали мистеру Ньюмэну о рисунках. — Алтея закрыла блокнот. — Или о том, что вчера были допрошены и Клайн, и Доннер. Конечно, Скотт все еще находится в критическом состоянии, так что нам придется подождать, когда он сможет начать давать показания.
У Ньюмэна посерело лицо.
— Они лгут. Я уважаемый человек. У меня есть рекомендательные письма. — У него сорвался голос. — Вы ничего не докажете, основываясь на показаниях двух никудышных актеришек.
— Я не припомню, что мы говорили, что Клайн и Доннер актеры, ведь так, Найтшейд?
— Точно. — Ему хотелось расцеловать ее. — Мы об этом не упоминали.
— Должно быть, вы ясновидящий, Ньюмэн, — заметила Алтея. — Почему бы нам не отправиться в участок и не посмотреть, на что еще вы способны?
— Я знаю свои права. — Глаза Ньюмэна налились кровью от злости, когда он понял, что мышеловка захлопывается. — Я никуда с вами не поеду.
— Придется настоять, — заявила Алтея и встала. — Можете позвонить своему адвокату, Ньюмэн, но сразу после этого вы поедете вместе с нами для допроса. Сейчас же.
— Ни одна женщина не смеет мне приказывать, что делать. — Ньюмэн рванулся вперед, и, хотя Алтея была абсолютно спокойна и даже весела, Кольт шагнул между ними и одним ударом повалил Ньюмэна обратно на кушетку.
— Нападение на офицера полиции, — спокойно заметил он. — Думаю, мы можем привлечь его за это. И у тебя будет достаточно времени, чтобы получить ордер на обыск.
— Более чем достаточно, — согласилась она и достала наручники.
— Ах, лейтенант… — Кольт наблюдал, как она надевала наручники на худые запястья Ньюмэна. — Ведь полиция не обнаружила наверху никаких отпечатков, правда?
— А я и не говорила, что полиция их обнаружила. — Она откинула волосы назад. — Я просто спросила, как бы он это объяснил, если бы отпечатки действительно были обнаружены.
— Я ошибался, — признался Кольт. — Мне очень нравится твой
— Спасибо. — Алтея довольно улыбнулась. — Интересно, что спрятано в этих аккуратно упакованных коробках?
Они обнаружили много интересного. Пленки, фотографии, даже журнал с подробными отчетами, написанными почерком Ньюмэна. В нем старательно была описана вся его деятельность, его мысли, его жгучая ненависть к женщинам. Там описывалось, как была убита девушка по имени Лэйси, а ее тело закопано за домом в горах.
К полудню у них набралось достаточно улик, чтобы засадить его за решетку на всю оставшуюся жизнь.
— Я немного разочарован, — заметил Кольт, направляясь следом за Алтеей в ее кабинет, где она собиралась писать отчет. — Он был настолько отвратителен, что я с трудом сдерживался, чтобы не придушить его.
— Тебе повезло, что сдержался. — Она села и включила компьютер. — Послушай, если это послужит хоть небольшим утешением, я верю, что он сказал правду насчет того, что не притрагивался к Лиз. Готова поспорить, что психиатр подтвердит это. У него импотенция, сопровождаемая ненавистью к женщинам, и склонность к вуайеризму [7] .
— Ему просто нравится наблюдать. — Его ярость нахлынула и бесследно исчезла. Алтея была права, что прошлое нельзя изменить.
— И зарабатывать кучу денег на своем хобби, — добавила она. — Собрав команду из оператора и парочки захудалых актеришек, он начал свой бизнес, потакая желаниям извращенцев. Надо отдать ему должное. Он собрал целую коллекцию книг по порноиндустрии. Приобрел антиквариат и шелковые галстуки.
7
Вуайеризм — половое извращение, получение сексуального удовлетворения при созерцании чужих половых органов или эротических сцен. (Примеч. ред.)
— Все это не понадобится ему в камере. — Кольт положил руки ей на плечи. — Ты отлично поработала, Тея.
— Как всегда. — Она взглянула на него через плечо. Теперь ей осталось только решить, как поступить с Кольтом. — Послушай, Белладонна, я действительно хочу как можно быстрее покончить с бумагами, а затем мне надо немного отдохнуть. Ладно?
— Конечно. Я слышал, что сегодня вечеринка у Флетчеров. Ты придешь?
— Еще бы. Почему бы нам не встретиться там?
— Хорошо. — Он наклонился и поцеловал ее в макушку. — Я люблю тебя, Тея.
Алтея закрыла за ним дверь. «Я знаю, — подумала она. — Я тоже тебя люблю».
Алтея отправилась навестить Лиз. Ей стало легче оттого, что она сумела вселить решимость в девочку и ее близких. Кольт уже успел побывать здесь, он приходил навестить их до ее прихода. Но Алтея чувствовала, что Лиз необходимо было услышать слова поддержки именно от нее.
— Мы никогда не сможем вас отблагодарить. — Марлин обнимала Лиз за плечи, слов но была не в силах оторваться от дочери. — Нет слов, чтобы выразить, как мы благодарны вам.