Бель-Роз

Ашар Амеде

— Да, мсье, — ответил человек в черном (Врач, — подумал Бель-Роз про себя), — и многократная. Но она не калечит.

Бель-Роз взглядом поблагодарил начальника и выпил кружку. Вторую не допил до конца. Один из палачей откинул ему голову назад и насильно влил в рот все до последней капли. Бель-Роза охватила дрожь. Новая кружка. Зубы Бель-Роза застучали после первых же глотков, и вода пролилась ему на грудь. Палач сунул ему в рот железную воронку и разжал зубы. Новая кружка. Бледный Бель-Роз вцепился в шесты. По всему его телу пробегали конвульсии.

Весь мир, казалось, сошелся в воронку, из которой вливалась смерть. Но в сознании у него все ещё вспыхивали время от времени образы любимых. И, странное доле, воронка делалась меньше, а весь его организм как бы становился нечувствительным к ней. Но зато потом действие воронки становилось ещё более мучительным. Врач, наконец, приложил руку к его сердцу.

— Ну? — спросил его начальник.

— Похоже, скоро конец. Одну, от силы, две кружки. С третьей появится риск смерти.

— Слышит ли он нас?

— У нас есть средство, которое заставит его слышать в любой момент.

— Какое?

— Раскаленное железо.

— Оно готово, — произнес один из палачей. На лице начальника проступили ужас и сострадание.

— На сегодня хватит, — отрезал он. И когда носилки с Бель-Розом скрылись за дверью, пробормотал:

— Я же предупреждал, что он промолчит.

ГЛАВА 29. ЧЕГО ХОЧЕТ ЖЕНЩИНА, ТОГО ХОЧЕТ БОГ

Начальник тюрьмы информировал Лувуа о результатах допроса Бель-Роза.

— Совершенно очевидно, — сказал Лувуа, пожав плечами, — что Бель-Роз выполнял получение герцога Люксембургского. В других условиях он вел бы себя иначе.

— Как! Вы, оказывается, все знали, монсеньер!

— Да, я все знаю: пока вы вели допрос, ко мне из Фландрии прибыл курьер и рассказал всю историю этого молодого офицера.

— Но тогда, значит…

— Да, дальнейшие допросы бесполезны.

— И пленник может быть свободен?

— Нет. Я просто о нем забуду.

Ужасное значение этих слов, разумеется, было понятно начальнику.

— Вы же знаете, — продолжал министр, — то, что может быть сделано по моему приказу, не может быть сделано без моего приказа.

— Позвольте надеяться, что однажды вы предоставите мне возможность осуществить это правило на практике.

— Согласен. Этот день наступит через двадцать лет.

Наступил четвертый день пленения Бель-Роза, когда тот же тюремщик, что уже приносил ему записку, принес и вторую. Бель-Роз прочитал:"Если вы больны, оставайтесь болеть. Если нет, держитесь.»

На этот раз записка была от Сюзанны. Бель-Роз поцеловал её и прижал к сердцу.

Между тем мадам Шатофор потерпела крах в своих попытках пробиться к Лувуа. Однажды, находясь в своей молельне, она увидела, что к ней пришла мадам Альберготти, и бросилась к ней.

— Спасен? — было её первое слово.

Сюзанна отрицательно покачала головой.

— Как! И это с таким королем…

— Король — это король, — ответила Сюзанна, — со всем королевским эгоизмом.

— Он погиб! — вскричала Женевьева.

— Пока

нет. Вы же видите, я надеюсь. Я уже не та, что была в Компьене. Я рискну всем для его спасения, и верю, что мы добьемся его освобождения.

Женевьева подавила вздох сомнения.

— Попытайтесь, мадам. Все, что могу, я сделаю для вас.

Сюзанна спросила, как шли дела после пленения Бель-Роза. Узнав о пытке, она пришла в ужас.

— И это позволяет Людовик XIV, король Франции! — вскричала она.

В это время вошедший лакей доложил, что у входа герцогиню ждет некий Ладерут.

— Пусть войдет, — сказала она.

— Что ты хотел получить от меня? — спросила Ладерута герцогиня, когда тот ей представился.

— Мне нужно, чтобы мой лейтенант был свободен. Надеюсь, вы хотите того же.

— Он убежит, — сказала Сюзанна.

— Из Бастилии? Бежать можно отовсюду, но не оттуда. Да там одни стены имеют двадцать футов толщины.

— Для воли нет ничего невозможного.

— Если этому помогает время. Вы разве не знаете нашего государства? Да здесь сидят шпион на шпионе, и стоит кому-нибудь сбежать, его немедленно перехватят. Нужно просидеть до седых волос, чтобы тебя не узнали, а тогда бежать. Вы хотите подождать, мадам?

— Что же делать?

— Нужен приказ министра об освобождении.

— Но к Лувуа даже не подступиться! — вскричали обе дамы.

— Попытаемся, — ответил Ладерут. — Видите ли, есть ведь ещё и маленькая Бастилия, но в провинции. Нужен лишь приказ о переезде туда. Остальное — за мной.

— О чем ты говоришь, поясни, — произнесла Сюзанна.

— Вот мой замысел. У меня есть друг, капрал Гриппар. Он командует несколькими старыми саперами, готовыми ко всему. Не забывайте также о бешеном ирландце. Вот команда, которая нанесет удар…Понятно?

— Но это же целое сражение! — воскликнула Женевьева.

— Мадам, если пуля захочет, чудо случится.

— Хорошо, — сказала Сюзанна, — я добуду приказ. Готовьтесь.

— Но нужно золото.

— Вот мои изумруды, — произнесла герцогиня.

— Прекрасно! Эти маленькие камешки делают большие дела. Пошлите лейтенанту записку, чтобы он притворялся больным. Будет легче добиться такого приказа.

В тот же день Бель-Роз получил такую записку от Сюзанны, а сама она пошла к Лувуа.

— Странно, вы опять здесь, — сказал он, увидев её входящей в его кабинет. — Ведь я, кажется, уже отказал в освобождении вашего протеже.

— Однако я пришла, будучи уверенной в вашем великодушии.

— О чем вы?

— О приказе об освобождении по состоянию здоровья или, по крайней мере, об облегчении его содержания ввиду плохого состояния здоровья.

— Он болен?

— Вы приказом обусловите ответ на этот вопрос.

— А почему вы так хлопочете за него?

— Я его невеста, — покраснев, ответила Сюзанна.

— Тогда ваше желание должно быть исполнено, — сказал Лувуа и быстро написал приказ, который тут же передал на исполнение вошедшему секретарю.