Бегущая
Шрифт:
Вечер был окончен.
Побег
На следующий день, когда Адара открыла глаза, она увидела яркий свет дня, пробивавшийся сквозь плотную ткань закрытых занавесей. Она приподнялась на кровати и растерянно оглядела комнату. Вчерашний день, будто выпал из ее жизни и казался нереальным.
— Сколько времени? — Спросила она сама у себя.
— Уже второй час дня. — Ответил у нее за спиной голос Натальи.
Адара повернулась и увидела лежащую на краю кровати подругу.
— Ты что здесь спала? — Поинтересовалась она.
— Нет.
— Что это было? — Тихо промолвила Адара. — Вчера.
— Ты что, ничего не помнишь?
— Помню, до того момента, как мы вышли из зала, а потом….. только смутные воспоминания.
Наташа усмехнулась.
— Видимо ты слишком много выпила «колючего напитка». — Подразнила она подругу.
Адара медленно покачала головой, вспоминая свои вчерашние ощущения.
— Нет, не то. Что со мной было? Мое тело обезумело, а потом был взрыв и я будто растаяла. Что это? Неужели это от шампанского?
Наташа перестала смеяться, ее лицо сделалось злым.
— Это любовь подружка.
— Что? — Адара не поверила своим ушам и гневно сверкнула глазами.
— Да ладно, брось! — Продолжала Наталья. — Если ты и не любишь его, то, по крайней мере, он тебе нравиться и очень сильно, иначе бы ты не дала ему обнимать себя.
— Да это из-за тебя. Из-за того, что он угрожал тебе.
— Конечно, ты так на него смотрела. А спала в машине у него на коленях тоже из-за меня? — Ехидно поинтересовалась Наталья.
— Я что? — Снова не поверила Адара.
— Да, да. И он гладил тебя по волосам, а потом сам принес тебя в эту комнату и положил на кровать.
Адара почувствовав, что в горле у нее пересохло, она сглотнула и расширившимися глазами смотрела на подругу, ожидая конца рассказа. Наталья, увидев такую реакцию, ухмыльнулась.
— Можешь не бояться. Он не тронул тебя. Приказал Фариде приглядеть за тобой. Сам он, вместе с Тимсоном, похоже, всю ночь просидел в кабинете. Сегодня его нигде не видно. Наверное, отсыпается.
Адара отметила чрезвычайную осведомленность подруги о времени провождения Стаковского, но ничего не сказала. Ей было важно знать, что она сама не натворила глупостей.
— И ты хочешь меня убедить, что ты ничего к нему не испытываешь после всего этого? — Вновь завела Наталья.
— Ты повторяешься. — Адара почти пришла в себя и ей начинали надоедать эти допросы.
— А ты и не ответила.
— Я тебе уже все сказала.
— А я не верю тебе. Он богат, красив, и так к тебе относиться…. Да это просто невозможно…
— Уходи. — Остановила Адара распылившуюся подругу.
Наталья, лицо которой стало не красивым от злости, развернулась и вышла, хлопнув за собой дверью. Адара повалилась на кровать и еще долго переживала вчерашние события, но в итоге, не выдержав, уснула.
Проснулась она поздним вечером, позвала Фариду и попросила ужин к себе в комнату. Ей не хотелось выходить из своего уютного убежища. Поев, она включила настольную лампу, открыла занавески, передвинула большое кресло поближе к окну и, устроившись в нем, стала читать. Сквозь стекло заглядывала яркая, почти полная луна, ветер лениво шуршал листвой, а с улицы доносились веселое пение сверчков. Медленно текли минуты, ей было тепло и спокойно. Она так
— Что тебе надо? — Напряженным голосом поинтересовалась Адара.
— Зашел посмотреть на тебя. — Просто ответил Давид.
— Спасибо. Я в порядке. — Поблагодарила она и отступила на шаг назад, желая увеличить расстояние между собой и Стаковским. Тот последовал за ней.
— Я рад.
Он сделал еще шаг к Адаре. Она попятилась от наступавшего на нее Давида, с опаской глядя в разгорающиеся страстью глаза. В полной тишине они двигались вдоль окна.
— Чего ты боишься? — Ласковым голосом спросил Стаковский.
Он хотел успокоить Адару, но та, видя его хищное лицо и напрягшиеся скулы, поняла, что он вовсе не ждет от нее ответа. На нее снова нахлынули вчерашние воспоминания. Адара будто заново увидела окружающие ее со всех сторон желтые глаза, ощутила разливающееся тепло внутри тела и взрыв… В этот момент, она наткнулась спиной на преграду и очнулась.
— Я не боюсь. — Прошептала она.
Стаковский слабо улыбнулся.
— Именно поэтому ты вжалась в стену?
Адара поняла всю нелепость своего ответа и, пытаясь оставаться как можно спокойнее, сделала шаг в сторону, чтобы уйти. Давид преградил ей путь, положив свою руку на стену. Она вскинула голову и, посмотрев ему в лицо, дернулась в сторону балкона. Через секунду, с другой стороны от нее так же оказалась рука Давида. Он почти прижал ее к стене всем телом, блестя своими медовыми глазами.
— Пусти. — Едва слышно, но твердо произнесла Адара.
— Чего ты боишься? — Повторил вопрос Стаковский, но она не ответила. — Вчера ты не боялась меня. Что изменилось за эти сутки?
Адара молчала, глядя куда-то в сторону.
— Посмотри на меня. — Потребовал Давид.
Она с вызовом подняла на него потемневшие серо-металлические глаза. Стаковский, будто поймав ее своим взглядом, продолжал спрашивать:
— Чего ты боишься? Почему ты не хочешь быть со мной?
— Почему? — Отозвалась, наконец, Адара. — Потому что ты уб…
— Да, да, — не дал договорить ей Стаковский, — потому что я убил твою мать за то, что она убила моего отца, а тот убил твоего отца. Печальная история. — Говоря это, он горько усмехнулся и замолчал, все так же глядя на Адару. Вдруг, он наклонился к самому ее уху и прошептал: — Скажи, когда мы, наконец, перестанем жить чужими жизнями? Когда ты, наконец, полюбишь меня Адара?
Она замерла, загипнотизированная этим шепчущим властным голосом, он проник ей в самое сердце, он ласкал и звал ее, требовал и упрашивал одновременно. Адара почувствовала, как левая рука Давида скользнула по ее спине, а другая легла на ее шею так, что пальцы его руки обхватили затылок. Она ощутила его дыхание на своей щеке, а затем увидела его напрягшееся лицо. Он осторожно правой рукой притягивал ее к себе. Их губы почти встретились, когда Адара, сделав над собой усилие, грустно произнесла: — Прости. Я не могу забыть, — и отвернулась от него лицом к комнате.