Бегство из рая

Митчелл Фрида

— Боже, как ты красива! — выдохнул Винс. Его возглас походил на стон. — Я знал, что твое тело окажется именно таким. Очень женственным и в то же время сильным. Я только сомневался, натуральная ли ты блондинка.

— Выходит, ты помышлял о том, чтобы заняться со мной любовью?

— Все мужчины думают о сексе, — пожал Винс плечами. — Вполне естественная реакция на привлекательную женскую внешность.

Он произнес это совершенно сознательно. Рита должна понять, что ей не стоит вкладывать в происходящее какой-то особый смысл. Она обязана усвоить простую истину: на Вин-са действует ее нагота, и только. Разумеется, он

понял, чего Рите хочется — признания, что его эротические фантазии насчет нее так же трепетны и ярки, как ее собственные по отношению к нему. Однако он не дал ей возможности высказать это. Он ловко скользнул рукой между ее ног, принявшись исследовать и ласкать интимный участок умелыми пальцами. Вскоре ему удалось достичь желаемого: испытав сильный прилив наслаждения, Рита издала долгий стон.

Скосив на него взгляд, она пыталась разгадать выражение глаз Винса. Что это, обычное мужское самодовольство? Или нечто более личное?

Пока Рита размышляла, он уложил ее на кровать, а сам расположился сверху. Опершись на локти, он посмотрел сверху вниз прямо ей в глаза. В этот миг она готова была поклясться,что они обменялись взглядом разделенных обстоятельствами любовников, которые наконец встретились, чтобы дать выход страсти.

В следующую секунду он вошел в нее, сразу глубоко, до конца. И Рита приняла его твердую плоть, всю без остатка, подавшись бедрами навстречу ему.

Все было так, будто они занимались любовью сотню или даже тысячу раз. Рита двигалась в странно знакомом ритме, задаваемом горячим мужским органом, который сновал то вперед, то назад, каждым долгим посылом словно все круче вздымая волны блаженства.

Она и не помышляла о том, чтобы закрыть глаза. Она прикипела взглядом к лицу Винса, напряженному и слегка искаженному страстью. Ей захотелось погладить щеку с едва заметной порослью темных волосков, что она и сделала, попутно проведя кончиками пальцев по его верхней губе.

Тот взял один палец в рот, пососал, потом нежно стиснул зубами, не прекращая действовать в ритме, неуклонно подводившем Риту к заветной черте.

При этом чувствовалось, что Винс намеренно сдерживается. Она видела, как пристально он всматривается в ее лицо в поисках неких тайных признаков, внимательно вслушивается в издаваемые ею звуки, все сильнее и сильнее внедряясь в нее разгоряченной плотью.

Лишь когда Риту сотряс жаркий, затмевающий сознание взрыв наслаждения, Винс позволил себе расслабиться и испытать свою долю блаженства...

Когда все кончилось, он не остался с Ритой. Не обнял ее, не поцеловал. Потому что это было бы слишком.

Вместо этого Винс спрыгнул с постели, сгреб в охапку свою валявшуюся на ковре одежду и направился в ванную.

Однако он все же не удержался и оглянулся на лежащую на кровати Риту. Та выглядела ошеломленной, опьяненной и вместе с тем полностью удовлетворенной.

Винс понимал, что ему придется стереть с ее лица это выражение. Поэтому он заметил:

— Что ж, опыт прошел блестяще, но перед вылетом на Орхидею нам еще предстоит уйма дел. Ты можешь воспользоваться второй ванной. Когда оденешься, займемся изучением материала, который удалось собрать по этому делу.

Разочарованное выражение, появившееся на ее лице, едва не заставило Винса вернуться и вновь улечься рядом с ней, чтобы обнять, прижаться губами к шелковистым белокурым волосам, приласкать. Словом, сделать

то, чего ему хотелось с самого начала.

Но он лишь крепче стиснул в руке брюки.

— Я заказал сюда ужин, так что тебе лучше поторопиться. Наверняка ты не захочешь встретить официанта в чем мать родила. — И чтобы не сказать чего-нибудь еще более обидного, он повернулся и скрылся в ванной. Захлопнув за собой дверь, Винс прислонился спиной к ее твердой поверхности. Он тяжело дышал, осознавая, какую гадость сделал только что. Затем швырнул одежду на туалетный столик и шагнул под душ.

Прошло минут пять, а он все еще стоял под горячими струями, пытаясь смыть с себя чудесный аромат женской кожи, который как будто не хотел покидать его.

С первого мгновения, когда пару лет назад Винс впервые увидел Риту, в нем зародилось желание. Он захотел эту девушку со страстью, граничившей с безумием.

Однако он никогда не показывал Рите, что испытывает к ней нечто большее, нежели

восхищение ее деловыми качествами.

Действительно, работа была для Риты смыслом существования. Точь-в-точь как и для ее отца, Ноэла Уинтера. Именно он воспитал Риту в духе преданности делу. И она была вполне довольна жизнью до тех пор, пока пять дней назад дуреха Синти не подсыпала ей в кофе снотворного и не сбежала из уютного загородного особняка своего папаши!

Как только Рита вызвала Винса и объяснила ситуацию, он сказал, что ей не следует винить себя за побег глупой девчонки. Дочка Стейнхарта все тщательно спланировала. Она воспользовалась доверием Риты и беззастенчиво предала ее.

Однако увещевания Винса ничему не помогли. Его слова отскакивали от Риты, словно капли дождя от поверхности прорезиненного плаща. Видя, как она переживает, он счел своим долгом помочь ей исправить положение.

Но позже у него появились сомнения. Он предупредил Риту обо всех опасностях, но у него не сложилось уверенности в том, что она правильно усвоила сказанное. Поэтому сегодня он попытался представить предстоящую работу настолько отвратительной, чтобы та сама от нее отказалась.

Вместо этого она исполнила каждое грязное требование. Включая секс.

Впрочем, нет. Возможно, началось все с секса, но закончилось любовью, потому что по-другому он не мог.

Боже правый! Ведь он только что осуществил свою самую заветную мечту — заняться любовью с Ритой Уинтер! Причем она оказалась настолько страстной, ласковой и податливой, что это превысило его самые смелые ожидания.

Однако его давнему приятелю, отцу Риты, случившееся наверняка представилось бы в ином свете. Проведав об этой истории, он не раздумывая схватил бы мачете и изрубил его на кусочки — если бы был жив. Да, твердокаменный Ноэл Уинтер был крут. Он ни за что не спустил бы Винсу подобного прегрешения.

И тот не стал бы обижаться на Уинтера. Поделом.

Что же касается Риты, то она-то уж точно его сейчас ненавидит. И единственное, чем можно хоть как-то помочь делу, это представить ситуацию как можно более безличной. И предотвратить любое развитие так называемых отношений. Ибо если Винс и успел узнать что-нибудь о Рите Уинтер, так это то, что она в первую очередь дочь своего отца. Твердая снаружи и мягкая внутри. И верная, несмотря ни на что, компании «Стейнхарт индастриз», а также традициям, установленным в службе охраны ее отцом.