Беглянка
Шрифт:
Микеле долго изучающе смотрел на нее.
– Ты причинила мне такой вред, - наконец произнес он. На мгновение ей показалось, что с него упала маска и она видит Микеле таким, каким он был в детстве. Когда погибла его любимая собака и ей пришлось утешать его.
– Ну пожалуйста, Микеле, - прошептала она.
– Отпусти его. Теперь мы вместе, и он для нас ничего не значит. Ведь он взялся за это только из-за денег. Я намеренно не говорила ему, кто ты, иначе он бы мне не помог.
Облизнув пересохшие губы, она уставилась на своего бывшего жениха.
–
Но Микеле, теперешний Микеле, стоял перед ней, не скрывая презрения.
– Ты опозорила меня перед всей семьей, - сказал он, - ты для меня ничто.
Бесполезно. Бесполезно даже надеяться на то, что ей удастся его одурачить. Гнев и разочарование навалились на Джулию.
– Да, я всегда была для тебя ничем, - горько бросила она, - ты хотел жениться на мне лишь для того, чтобы укрепить отношения с моим дядей.
Уголком глаза она заметила движение.
Леон тихо, как кошка, крался к Микеле с другой стороны. Внезапно у нее появилась надежда на то, что ей удастся отвлечь Микеле, помочь Леону.
– И у тебя была любовница, а я была для тебя всего лишь собственностью.
Лицо Микеле потемнело.
– Да, это так, но ты была моей.
– Не верю, что разговариваю с мужчиной в конце двадцатого века. Да такой образец, как ты, надо набить опилками и выставить в музее.
Вид у Микеле сделался такой изумленный, как будто бы она ударила его. Она мельком взглянула на Леона, и сердце у нее учащенно забилось: он был почти за спиной у Микеле.
– Уйди, Джулия, - прорычал Микеле.
– Или я пристрелю вас обоих и плевать мне на последствия.
– Не посмеешь, - издевательским тоном промолвила Джулия, надеясь, что теперь-то уж окончательно выведет его из себя.
Микеле шагнул вперед, оказавшись как раз между ней и Леоном.
– Плевать мне на тебя! Ты сделала мне доброе дело, сбежав из церкви.
– Вот как?
– Джулия отступила, стараясь отвести его от Леона. А самоуверенный Микеле не обращал внимания на то, что делается за его спиной.
– Конечно, - огрызнулся он.
– Да, я хотел жениться на тебе из деловых соображений, но теперь-то ты мне не нужна.
– Он сделал шаг вперед, поближе.
– Более того, теперь, когда твой дядя умер, иметь с тобой дело может быть опасно.
Джулия так разозлилась, что даже забыла об опасности.
– Да как ты смеешь так говорить о человеке, который всегда обращался с тобой, как с сыном!
– выкрикнула она.
Микеле протянул руку и сжал пальцами ее щеки.
– А почему бы и нет? Учитывая, что я собирался жениться на его дочери? Ты что же, до сих пор не знала, что он был твоим отцом?
– Эти слова ударили ее словно кнутом. Джулия не могла продышаться. Микеле убрал руку.
– Вижу, что нет. Но это не имеет значения. Он умер, ты мне больше не нужна. Но этому парню я еще отомщу.
Едва Микеле повернулся,
Джулия тупо смотрела на упавшего у ее ног человека. Выронив бутылку, Леон привлек ее к себе, прижал так крепко, что ей трудно было дышать, и стал гладить ее по волосам.
– Ты.., ты что?.. Все-таки неравнодушен ко мне?
– ошеломленно спросила девушка.
– Неравнодушен? Джулия, я люблю тебя сильнее, чем можно выразить словами! Ты даже не знаешь, как мне пришлось... О, черт, - пробормотал он. Вот что я к тебе чувствую!
– И он стал целовать ее так, как будто никогда не желал бы остановиться.
Но вот из-за угла дома выбежали гости, чтобы узнать, что же происходит.
Лишь позднее, много позднее, им удалось поговорить. После того, как явилась полиция и Микеле увезли под усиленной охраной, и после того, как всех гостей успокоили, влив в них много вина, а потом отправили по домам, и они ушли, счастливые, им было о чем посудачить, обсуждая поразительные события дня, пока они шли домой, спотыкаясь в бархатистой темноте.
Наконец-то они оказались в комнате, в которой они с Леоном словно прожили уже многие годы.
– Просто не могу поверить в том, что дядя умер, - прошептала Джулия. Думаю-думаю и не могу поверить. Ну что ты на меня так смотришь? У тебя такое выражение лица, будто ты знаешь что-то такое, чего я не знаю.
Леон пожал плечами.
– Я солгал тебе насчет дяди.
– Что?
– Я сделал это, чтобы заставить Микеле выдать себя.
– Ну спасибо, что сказал.
– Если помнишь, в то время я был занят чем-то другим - тобой.
– С ним правда все в порядке?
– Напряжение оставило ее, когда Леон кивнул головой.
Он так смотрел на нее, что ей захотелось подойти к нему, поцеловать, почувствовать его сильные руки. Но у нее остался еще один вопрос.
– Это правда? Правда.., насчет другого?
– Что я люблю тебя?
– Нет, - улыбнулась Джулия.
– Мой дядя - на самом деле мой отец?
– Да.
– А моя мать?
Леон подошел к ней.
– По-моему, ты знаешь.
– Фанни, да?
– Я повстречался с ней, когда собирал материал для книги про Микеле, а когда она узнала, что ты собираешься выйти за него замуж, то позвонила мне и попросила поехать туда, узнать, счастлива ли ты, не нужно ли тебе что-нибудь.
– Ты так ужасно рисковал, - прошептала девушка, и рука ее скользнула в его ладонь.
– Ну, я знал, на что иду, а еще мне было любопытно, я решил, что никто не ожидает меня там увидеть, да и не знает, как я выгляжу.
Похоже, мой риск окупился.
– Но ты не говорил про Фанни, когда я сказала, что хочу поехать к ней.
– Я же тебя тогда не знал, - просто ответил Леон.
– Не знал, могу ли я тебе доверять. А Фанни сказала мне, что если ты захочешь уехать, то она сама тебе все поведает. Но теперь Микеле арестовали, ты узнала правду о дяде, бессмысленно скрывать от тебя все остальное.