Беглая монахиня
Шрифт:
— Мое почтение, дева! Если бы вы не были женщиной, из вас получился бы прекрасный врач! Где вы черпали ваши знания?
— Уж точно не в университете, — хмыкнула Магдалена. — Существует масса хитроумных книг, которыми можно воспользоваться, сидя в тихой келье. Если ты, конечно, умеешь читать. Хотелось бы только спросить, какие физические или умственные качества могли бы помешать женщине стать врачом?
Словно внимая беседе, Рименшнайдер открыл глаза и сердито сказал медику:
— Благодарю вас, вы можете удалиться! С девой я в надежных руках.
Йорг, на
— Отец только что вырвался из лап смерти, — вполголоса заметил он, — и еще немного не в себе.
Обиженный медик с гордым видом удалился.
— Простите, что я заподозрил вас, — робко заговорил Йорг, когда они покинули комнату больного, — но я не мог иначе объяснить состояние отца. Приношу свои извинения!
— Ладно-ладно, вас можно понять, — отмахнулась Магдалена. — Без сомнения, кто-то поставил себе целью отравить вашего отца. Вчера в трактире я обратила внимание на одного незнакомого мужчину, который не спускал с нас глаз. Тогда я не придала этому значения, но теперь все выглядит иначе. Честно говоря, часть вины я за собой чувствую. Кому-то очень не хочется, чтобы я общалась с Тильманом Рименшнайдером.
К ним подошел Свинопас и вытащил из кармана куртки клочок пергамента, на котором он записал надпись Тритемия.
— Надеюсь, она вам пригодится, — заметил Йорг. И добавил, обращаясь к Магдалене: — Будем считать, что это моя благодарность за то, что вы вернули жизнь моему отцу. Мне лично эти буквы ничегошеньки не говорят.
Прищурившись, Магдалена разглядывала пергамент, который поднесла к скудному свету. Один раз, второй, снова и снова скользили ее глаза слева направо по надписи. Наконец она спросила Венделина:
— Ты что-нибудь понимаешь в этих буквах? Ты ведь встречался в книгах с такими сокращениями!
— Я же не ясновидец! — с сожалением воскликнул Свинопас. — А вас, Йорг, благодарю за отзывчивость и доверие.
Пообещав заглянуть и проведать хозяев через пару дней, они вышли из дома и направились в сторону монастыря Святого Якоба.
— Я не хотел, чтобы молодой Рименшнайдер что-нибудь понял в эпитафии, — заметил на ходу Свинопас. — Никогда не знаешь...
— Не хочешь ли ты этим сказать, что ты ее...
Свинопас огляделся по сторонам, чтобы удостовериться,
что за ними никто не следит. У колодца на Рыночной площади, где Магдалена когда-то впервые повстречалась с Тильманом Рименшнайдером, они остановились и присели на ступенях, обрамлявших фонтанирующее сооружение. Оба воззрились на пергамент.
I.aet.ta.li.Johannis. Trithemii.s.loc. dom. Cae.Hen.
Магдалена медленно, почти благоговейно прочитала вслух таинственную строку. Потом молча взглянула на Свинопаса.
Тот показал на последние буквы.
— Dominus Caesar Henricus,— неуверенно произнес он, — господин наш император Генрих.
— Император Генрих? — На лице Магдалены отразилось крайнее
— Это и мнесразу пришло на ум, однако дело от этого легче не становится. Но тем не менее какая-то связь между ним и оккультистом Тритемием должна быть, иначе с чего бы он стал упоминать его в своей эпитафии.
Задумчиво вперив глаза в пергамент, оба замолчали, пока Магдалена вдруг взволнованно не воскликнула:
— Связь между императором Генрихом и аббатом Тритемием в самом деле есть: Тильман Рименшнайдер!
Свинопас недовольно затряс головой, после чего Магдалена предпочла оставить свои мысли при себе. Вскоре они расстались: Магдалена пошла в свою гостиницу, а Венделин отправился в аббатство, где его ждал брат Люциус.
Почему он, собственно, должен утаивать от незрячего библиотекаря обнаруженные подробности? Поскольку старый монах лично знал окруженного ореолом таинственности аббата и не слишком благоволил к его памяти, он мог бы быть полезен при расшифровке надписи.
Поначалу старик даже отказывался верить, что Свинопас знает утраченный текст эпитафии, потом произнес:
— Прочтите мне строку, чтобы я мог видеть ее перед моим мысленным взором.
Свинопас выполнил его просьбу.
— А теперь назовите мне прописные и строчные буквы!
— Строка содержит пять больших букв, — перечислил Венделин, — I в начале, j и T от Иоганна Тритемия, С и Нв двух последних сокращениях, здесь бесспорно речь идет об императоре Генрихе. Или вам приходит в голову что-то иное?
— Нет, вы совершенно правы. Сае. Неn.— часто встречающееся сокращение. Начало строки тоже не нуждается в особо долгой дискуссии. Раннехристианские отцы Церкви, такие как Исидор Севильский или Иоанн Дамаскин, часто его употребляли. І.аеtозначает in aeternum ,то есть «навечно». Для экономии времени, места и чернил они пользовались этим сокращением. Но все остальное мне непонятно. ta.li .может означать и все, и ничего.
Свинопас провел рукой по лицу, как делал всегда, когда заходил в тупик. В порыве безропотного смирения он с печалью заметил:
— Если аббат Тритемий воспользовался при составлении этой надписи одним из своих криптологических открытий, тогда и вовсе нет никакой надежды разгадать тайну. Если только не...
— Если только не... что? — переспросил брат Люциус с самодовольной ухмылкой.
— Ну, я хотел сказать, что книга, которую ученый аббат написал о криптографии, возможно, приблизила бы нас к решению, но папские похитители книг наверняка и ее переправили в Рим. Кто знает, в какой библиотеке Запада хранится еще один экземпляр. Вы не могли бы сказать, брат Люциус, что вас так веселит в моих словах?