Шрифт:
Кани Джеронимо
Beauty
повесть
посвящается
той девочке, которая
держит меня за руку
в повести использованы выдержки из
Нежность (альб. "Ткани") / Дельфин
Тебя (альб. "Ткани") / Дельфин
Расстреляли рассветами (альб. "Мир номер ноль") / DDT
Глава 01
Почувствуй боль. Почувствуй страх. Если ты не чувствовал подобных чувств, значит ты не жил.
Я шел по улице. На часах, минут двенадцать первого ночи. На мне были надеты синие джинсы, красная рубашка на выпуск, застегнутая на четвертую пуговицу снизу, и синяя джинсовая куртка. На левой руке у меня два кольца: на
Вообще я не люблю носить нижнее белье, но об этом не сейчас.
Так вот, я шел по улице вдоль дороги. Машин в это время обычно не много. В большинстве своем такси.
Мне вспомнился один момент в моей жизни. Я вам его расскажу.
Когда-то давно, лет шесть тому назад я не мог ночью уснуть. Было начало пятого утра. Я вышел на балкон и увидел несколько молодых людей у себя во дворе. Они громко разговаривали и смеялись.
Стоп. Наверное, надо сказать, откуда они там взялись.
Я жил тогда у бабушки в двухкомнатной квартире. А мои родители снимали однокомнатную квартиру в каком-то спальном районе. У соседки моей бабушки была внучка, которая не жила в той квартире, но постоянно устраивала там вечеринки, как только ее бабушка уезжала на дачу. В ту ночь была как раз такая вечеринка.
На улице уже светало. Как я уже говорил, молодые люди весело проводили время во дворе, а двое из них, парень и девушка, отошли на метра два от своей компании. Она села на качели, а он стал перед ней. Она расстегнула ему ширинку и запустила руку в штаны. Он откинул голову назад и, как мне показалось, простонал. Она начала совершать возвратно-поступательные движения, и его штаны упали вниз. Теперь он стоял с голой задницей на детской площадке, на которой через пару часов должны были играть маленькие дети со своими мамами. Девушка чередовала свои движения рукой с поцелуями пениса своего друга. Я первый раз в жизни видел подобное. Она не просто целовала его член. Она брала его в рот, и двигалась, совершая движения подобные тем, что делала рукой. Потом она снова начала мастурбировать ему. И все закончилось тем, сто он кончил ей на джинсы. Она собрала его сперму в руку и вытерла ее о качели. Парень надел штаны, повернулся и пошел обратно к своим друзьям. Через минуту она тоже к ним присоединилась.
То, что я увидел, меня очень сильно впечатлило. И я тогда твердо, решил, что никогда не буду стесняться сексуальных отношений. Нам с детства вбивали в голову, что секс - это плохо. Что им можно заниматься только в зрелом возрасте и только с мужем или женой. Мастурбация - это величайшее зло.
И только когда я воочию увидел, как люди делают друг другу приятно, я понял, как это прекрасно - СЕКС, и все, что с ним связано.
Я подошел к частному сектору. Перешел дорогу. Сначала одну, потом другую. Поднялся по горке, ведущей к рельсам - так короче, можно сразу выйти к вокзалу, а там я почти дома.
Прошел метров тридцать и увидел впереди троих молодых парней, идущих мне на встречу. Нет. Их было пятеро. Я сразу не заметил еще двоих сзади. Я снял часы и кольца и спрятал их в карман.
Мы подошли друг к другу. Они окружили меня.
– Здорово!
– говорит один из них, нагло улыбаясь. Остальные смеются.
– Здравствуй, - отвечаю я ему.
– Дай мобилу, позвонить.
Ну и как мне ему объяснить, что я не пользуюсь мобильным телефоном. Он у меня есть. Но я им не пользуюсь. Я всегда оставляю его дома. Я ненавижу
– У меня нет мобильника, - говорю я и тут же получаю сильный удар по почкам с правой стороны. Я упал на колени и получил еще один удар в затылок. Через секунду я уже лежал лицом вниз и пытался закрыть голову руками. Я слышал только глухие звуки ударов и их смех. Они били меня ногами. Несколько ударов пришлось в пах. Ужасная боль прошлась по всему телу.
Они били меня, а пыль и песок попадали мне в рот и глаза. Вскоре им надоело это занятие. Они нанесли еще несколько ударов, и, смеясь, пошли своей дорогой. На прощание один из них ударил меня с силой в живот, а другой - наступил на мое тело.
Я лежал так, пока их голоса совсем не смолкли. Потом я поднялся с земли - это оказалось проще, чем можно было подумать - и направился в сторону вокзала.
Там было много народу. Они все провожали меня своими взглядами.
Я шел и глотал собственную кровь. Я чувствовал ее повсюду у себя во рту. Мои губы слиплись от крови. Я читал, что можно выпить пинту крови, прежде чем тебя стошнит. По-моему в тот вечер, я выпил ее гораздо больше.
Одной влюбленной парочке я показал свой кровавый оскал. Она смотрели на меня ошеломленными глазами, а он прижал ее к себе.
Проходя мимо кафе, я заглянул в его зеркальные стены. Да, выглядел я действительно не важно. Моя одежда была вся грязная. Губы разбиты. Из носа сочилась кровь. Переносица была рассечена и кровоточила.
Я пошел дальше. Идущий мне на встречу, патрульный милиционер в белой рубашке по случаю праздника, не решился ни проверить мои документы, ни предложить помощь. Я улыбнулся своим кровавым оскалом и ему и пошел дальше.
Люди все продолжали на меня глазеть. Я вышел из тоннеля и решил свернуть во двор, потому что мне надоело, что меня рассматривают, как какой-то экспонат выставки под названием "Катастрофы человеческого тела".
Я пошел по дороге усыпанной камнями. Знаете, такие камни серые, которыми посыпают дорогу перед тем, как положить асфальт. На встречу мне ехала какая-то машина. Она ослепила мене фарами дальнего света. Как оказалось, это была патрульная милицейская девятка. Они проехали мимо, а я пошел дальше.
Наконец, я подошел к своему подъезду. Набрал код: 5-2-8. Повернув ручку и потянув дверь на себя, вошел в подъезд. "Интересно, - подумал я.
– Кто вкрутил лампочки?" Тут редко бывает так светло, даже днем.
Вот я и дома. Дрожащими руками я вставил ключи в замочную скважину и сделал два оборота. Потом другой замок. И тоже два оборота.
Зайдя в квартиру, я первым делом, сняв ботинки, зашел в ванну. Завтра мое лицо распухнет, а все тело быть ныть весь день. Смыв кровь с лица, и прополоскав рот, я зашел к себе в комнату.
Там, бросив куртку на пол, я лег на диван прямо в грязной рубашке и джинсах и закрыл глаза.
Мне приснился сон.
Я вижу ее грудь. А потом и все ее тело. Она стоит в одних колготках, одетых на голое тело. Через них я вижу проступающие черные волосы на лобке. Она улыбается, а ее правая ножка согнута в колене. Я подхожу и начинаю целовать ее грудь. Правую. Потом начинают сосать ее сосок, как младенцы сосут материнскую грудь. Сосок твердеет и становится похож на жирный мрамор. Вторую грудь я глажу и сжимаю правой рукой. Моя левая рука лежит у нее на талии.