Бастарды
Шрифт:
Ветераны быстро сообразили, в чем сила противника. Он сражался в одиночку, постоянно перемещаясь. Это делало его менее уязвимым. Кроме того, они нападали скопом, друг другу мешая, ему же помогая.
В очередной раз нападавшие откатились назад, не веря собственным глазам. Воспользовавшись передышкой, Ал-Тор отряхнул
Теперь он остался совсем один. Один против целого отряда. Вершина холма была усеяна телами, а трава стала алой от пролитой крови. Руки воина опустились, словно налитые свинцом. Меч и кинжал стали непомерно тяжелыми. Глубокий вздох, и воин снова поднял голову, окидывая врагов презрительным взглядом.
– Кажется, это наш с тобой последний бой, – услышал он голос клинка.
– Боюсь, ты прав, дружище, – ответил Ал-Тор и снова взглянул на врагов.
– Их слишком много, – продолжил меч.
– Вижу. Значит, постараюсь захватить с собой как можно больше. В чертогах Одина они будут прислуживать мне и всем пирующим.
– Ты веришь в это? – В голосе стального клинка прозвучало неподдельное удивление.
– В это верила моя мать. Сейчас, я готов поверить во что угодно, если только это поможет мне победить.
– Что ж, раз это наш последний бой, я тоже хочу рассказать тебе кое-что, бастард. Я, как и ты, изгой.
– Ты?!
– Да, воин. Не удивляйся. Оружие, как и его носители, бывает очень нетерпимым ко всему непривычному. Очень давно, когда мой первый человек привез меня в южные края, мой вид сделал меня изгоем. С тех пор я пережил многих своих носителей, но только ты стал моим настоящим другом. Даже твой учитель
– За что?
– За все. Ты помог мне вспомнить то, что я считал давно забытым. Теперь, готовься. Они идут.
Клинок замолчал. Ал-Тор вскинул меч и по лезвию пробежал сполох яростного огня. Наступавшие наемники замерли в нерешительности. Ропот растерянности пробежал по рядам солдат.
– Он колдун! – пронеслось по рядам.
– Я – воин! Воин! А вы просто стая шакалов! Нападайте, твари! Если это мой последний бой, то вы запомните его надолго! – выкрикнул Ал-Тор и издав леденящий душу боевой клич северных варваров, бросился в бой.
Неожиданно за его спиной раздался конский топот и на строй солдат обрушился ливень арбалетных стрел. В несколько секунд от большого отряда осталось несколько десятков. Развернувшись, наемники бросились бежать. Погонщики, подчиняясь приказу, развернули вьючных животных и носилки сатрапа. Телохранители прикрыли отступление, держа наготове взведенные арбалеты. Ал-Тор остановился и оглянулся назад. На гребне холма стояли ветераны.
…Закатное солнце окрасило осеннюю степь в розовый цвет, придав всему находящемуся на нем оттенок крови. Они стояли на холме, глядя на учиненное ими побоище сквозь пелену, застилавшую глаза. Он и меч. Он, полукровка, не признанный ни благородными, ни плебеями, и меч, созданный под стать ему сумасшедшим кузнецом, длиной больше одноручного, но меньше двуручного. Оба, не принятые и непризнанные, они смотрели на поле боя, понимая, что это далеко не последняя их битва…