Бастард Императора. Том 26
Шрифт:
— Зришь в корень, — произнёс старик, и в его голосе не было ни капли смущения.
Ещё немного пройдясь, я остановился и медленно повернулся к Яне. Несколько секунд просто смотрел на неё, потом чуть улыбнулся, так как видел, что девушка, хоть и скрывает, но переживает из-за всех этих переговоров, и после этого снова перевёл взгляд на старика.
— Слабо, — произнёс я разочарованно. — Очень слабо.
Авадий чуть сузил глаза.
— У тебя в руке единственный козырь, и-то это не козырь, а просто карта с высоким счётом, и ты пытаешься разыграть её
Остановился прямо напротив него смотря сверху вниз и продолжил:
— И именно поэтому предлагаешь мне эту сделку. Потому что в заложниках у тебя остаётся моё имя. Если я побеждаю, ты получаешь для себя выгоду. Если на тебя начинают давить — ты разыгрываешь эту же карту уже против Сарнойлов. Играешь сразу на три стороны, Авадий?
Он нахмурился. Пытается просчитать, к чему я веду.
— Вот только ты ошибся, — произнёс я спокойно. — Считая, что главный козырь в руке именно у тебя.
Авадий отвечал мне пристальным взглядом, с плохо скрытым интересом. Ему уже было понятно, что торг идёт совсем не по тем правилам, на которые он рассчитывал, однако старик не может остановиться. Хочет победить, поэтому ждёт, что же я ему предложу, чтобы опровергнуть.
Вот только я снова победил, ведь ранее, ещё на арене, прочитал его энергосистему, почти как открытую книгу.
Следующие мои слова прозвучали для него как удар, от которого старик дёрнулся:
— Я могу исцелить твою энергоструктуру.
Я замолчал и он, поражённый, тоже молчал, но не долго, быстро заговорив:
— Это не смогли сделать сильнейшие целители и артефакты… Но ты Вайторл… Твой Род на этом специализируется…
— Всё верно, — кивнул я. — Рана, которая тебе нанесена, повредила энергетические узлы и каналы на подуровне, в районе души. И я смогу тебе помочь вновь встать на ноги и использовать твою силу.
Вот оно. Его взгляд. Взгляд человека, видящего перед собой надежду, но в то же время неверящий в неё. Сейчас он сомневается, но лишь потому, что давно потерял надежду. А значит пора добивать…:
— Более того — ты сможешь развиваться дальше. И кроме этого — я помогу и твоей дочери. Ведь она родилась после этой раны, и это на неё повлияло. Твой Род сможет продолжиться в основной ветви без каких-либо изъянов.
Взгляд старика стал цепким и жёстким. Ему не нравится, что я заговорил о Роде, но эта мысль засела уже слишком глубоко в нём. Он разомкнул губы, спрашивая хриплый голосом:
— Что… Ты за это хочешь…?
— Принеси мне клятву верности, — произнёс я ровно, глядя ему прямо в глаза, — и я сделаю так, что ты снова сможешь пользоваться силой. Я помогу тебе стать одним из сильнейших и ты сможешь разобраться с тем, кто нанёс тебе этот удар.
Глава 18
Прибытие Клариссы
Авадий усмехнулся, но слишком уж ровно для человека, которого мои слова не задели.
— А у тебя губа не
Я спокойно смотрел на него, не отвечая сразу. Снаружи он держится уверенно, даже с насмешкой, но за такой выдержкой слишком часто прячется другое — быстрый расчёт, сомнение и страх ошибиться в момент, когда ставка вдруг становитсяь слишком высокой.
Для практика развитие не пустой звук. Мы живём этим. Кто-то развивается из жажды силы, кто-то — из желания стать лучшим, кто-то — из-за долга перед Родом, перед страной, перед людьми, которых не может позволить себе потерять.
Но дело не только в целях. Есть ещё сама энергия. Её движение, её рост, ощущение внутренней высоты, к которой тянешься годами. В этом мы мало чем отличаемся от учёных, которые всю жизнь идут к новому знанию. Практик точно так же не умеет стоять на месте.
И потому я не сомневался: мои слова уже успели задеть его куда глубже, чем он хочет показать.
Передо мной сидит человек, который когда-то мог ходить, мог пользоваться силой, мог чувствовать себя целым, а потом лишился этого. И не просто лишился — был вынужден жить дальше с раной, которая тянется слишком глубоко, почти до верхнего уровня души.
Когда практик перестаёт чувствовать энергию, внутри него не остаётся тишины. Там начинается пустота. А пустота почти всегда сводит с ума сильнее боли.
Авадий перестал улыбаться. Хмуриться тоже не стал. Его лицо будто застыло, а взгляд сделался внимательнее и суше.
— Если ты так уверен, что можешь меня исцелить, — произнёс он наконец, не отрывая от меня глаз, — то почему считаешь, что я просто не смогу схватить тебя и узнать всё сам? — он сделал короткую паузу, после чего мельком посмотрел на Яну. — Или её, — добавил он уже тише. — Схватить девчонку и заставить тебя выполнить обещанное.
Я даже не повернул головы в сторону Яны. Ответил так же ровно, как отвечал ему всё это время:
— Ты этого не сделаешь. Не сделаешь ни мне, ни кому-либо из моих людей. И мы оба прекрасно понимаем почему.
Эту партию снова веду я. Кто бы знал, что ситуация вообще к этому придёт, но я рад, что так вышло. Всё же в нашем мире очень многое значит именно информация. Я узнал достаточно о нём по энергии, и теперь могу задавать свои условия. Уже не как равный, а тот, кто имеет собственные интересы.
Он мне не друг, и даже скорее враг. Продешевить в этой ситуации — значит поставить себя в заведомо низкое положение. А среди сильных это не просто слабость, это подчинение.
Если я исцелю его за услугу — это совсем не значит, что в дальнейшем мы не столкнёмся лбами. Даже если этой услугой станет то, что он забудет моё имя. Нет. Исход в этой ситуации только один — подчинить. Только это станет гарантом того, что однажды против меня точно не ополчатся святые этой империи. Как и он сам.