Башня Рассвета

Маас Сара

— Но это не бессмысленные личинки.

— Да, и это было то, что я хотела проверить вчера. Каково сознание темноты. Какова их власть. Оставался ли у тебя какой-то паразит в крови. Его нет, но… остался еще один паразит, помогающий ему обрести контроль.

Он молчал.

Ирэн прочистила горло, проводя пальцем по его запястью.

— Я поняла это раньше ночью. У меня тоже было такое. Моя ненависть, гнев, страх и боль — все они были паразитами. Питались мной эти годы. Поддерживали меня, но и питались мной.

И как только

она поняла, что место, в которое она больше всего опасалась ступать, было внутри её самой, боялась признать, что именно это в ней и обитало…

— Тогда я поняла, что Валг действительно в глубине души. Как и твои собственные тени. Паразиты. И поэтому я напала на него, как на болезнь: окружила его. Подтолкнула его к тебе, чтобы ты смог побороть его. Поэтому ты смог войти туда, куда больше всего боялся — и понял, наконец, что сможешь победить.

Глаза у него были ясные, яркие.

— Это большое открытие.

— Да — она подумала о том, что он имел в виду — о Аэлине и демоне внутри мёртвого короля. — Огонь очищает. Но серди целителей он редко используется. Слишком опасный. Вода лучше настроена на исцеление. Но иногда есть и такие целебные дары. Как мои.

— Свет. — сказал Шаол. — Это выглядело так, словно рой светящихся огоньков выступил против темноты.

Она кивнула:

— Аэлине удалось спасти Дорина и его отца так. Грубо и слишком рискованно. Но что, если целители с даром вроде моего, могут лечить кого-то, кто был заражён Валгом? Кольцо, ошейник. Как плохая вода или испорченная еда. Просто ядро тех демонов, которые затем прорастают внутри хозяев. Удаление — первый шаг, но ты говорил, что демон может остаться даже после этого.

Его грудь начала вздыматься в неровном ритме, когда Шаол кивнул.

Ирэн прошептала:

— Я думаю, что смогу их исцелить. Я думаю, что Валги… Думаю, что они паразиты, и я смогу вылечить людей, которых они заразили.

— Тогда все, кого Эраван поработил, удерживал кольцами и ошейниками…

— Могут быть освобождены.

Он сжал её руку:

— Но тебе нужно будет для этого приблизиться к ним. И их сила, Ирэн…

— Я думаю, что Аэлина и Дорин в этот момент будут держать их.

— Однако нет возможности проверить, можно так сделать или нет. Без значительного риска.

Его челюсть сжалась.

— Именно поэтому шпион Эравана охотится на тебя. Чтобы убрать это знание. Не позволить тебе понять это, исцелив меня. И передать знание другим целителям.

— Если это так, то… Почему? Зачем так долго ждать?

— Возможно, Эраван даже не подумал об этом. Пока Аэлина не очистила Дорина и короля от Валга. — он потер грудь. — Но есть кольцо. Оно принадлежал Атрилу, другу короля Брэннона и Маэвы. Оно предоставило Атрилу иммунитет от Валга. Был потеряна история его создания — единственного в своем роде. Аэлина нашла его. И Маэва очень хотела его назад. Легенда говорит, что Мэла сама сделала его для Атрила, но… Мэла

любила Брэннона, а не Атрила.

Шаол поднялся с дивана, и Ирэн наблюдала за ним.

— Был гобелен. В старой комнате Аэлины. Гобелен, на котором были изображён олень, и который прятал вход в гробницы. Это был первый намек на путь Аэлины, который ей предстоит пройти.

— И? — выдохнула она.

— И сова была среди прочих лесных животных. Это была животная форма Атрила. Не Брэннона. Все это было закодировано — гобелен, гробница. Символы символов. Но сова… Мы никогда не думали об этом. Никогда.

— О чём?

Шаол остановился посреди комнаты.

— О том, что сова может быть не просто звериной формой Атрила, а его символ из-за преданности кому-то еще.

И, несмотря на теплый день, кровь Ирэн похолодела, когда она сказала:

— Сильба.

Шаоль медленно кивнул.

— Богиня исцеления.

Ирэн прошептала:

— Мэла не сделала это кольцо.

— Нет. Она этого не сделала.

Сильба сделала.

— Нам нужно отправиться к Хафизе, — тихо сказала Ирэн. — Даже если она не позволит нам брать книги, мы должны попросить ее взглянуть на них — самим убедится, что могло сохраниться за всё это время. То, что эти лекари-фэ, возможно, узнали об этой войне.

Он жестом пригласил ее встать.

— Мы пойдем сейчас.

Но дверцы в комнату открылись, и Хасар зашла внутрь, ее золотисто-зелёное платье развивалось от быстрого шага.

— Что же, — сказала она, ухмыляясь, замечая отсутствии одежды, растрепанные волосы. — По крайней мере, вам комфортно.

У Ирэн было ощущение, что мир вот-вот улетит из-под её ног, когда принцесса улыбнулась Шаолу.

— У нас есть новости. Из твоих земель.

— Что?

Хасар посмотрела на свои ногти.

— О, просто то, что флот королевы Маэвы сумел найти Аэлину Галантию. Была битва.

Глава 59

Шаол размышлял над тем, не задушить ли ухмыляющуюся принцессу. Но ему удалось держать руки по бокам, поднять подбородок, несмотря на то, что он был только в одних брюках, и сказал:

— Что случилось?

Морской бой. Аэлина против Маэвы. Что, если он опоздал?..

Хасар подняла глаза от ногтей:

— Видимо, это было потрясающее зрелище. Флот Фэ против человеческих сил…

— Хасар, пожалуйста, — пробормотала Ирэн.

Принцесса вздохнула и закатила глаза:

— Хорошо. Маэва была повержена.

Шаол опустился на диван.

Аэлина — слава богам, что Аэлина смогла найти способ…

— Хотя были некоторые интересные детали.

Тогда принцесса рассказала факты. Цифры.

Треть флота Маэвы, которая была под знаменем Уайтхорнов, развернулась и присоединилась к флоту Террасена. Дорин сражался на линии фронта с Рованом. Затем из ниоткуда появились драконы — чтобы сражаться за Аэлину.